Милана Рудова

Священное Писание говорит о молчании:

 

«Кто не согрешает в слове, тот человек совершенный, могущий обуздать и все тело» (Иак. 3, 2).

 

«Положи, Господи, охрану устам моим, и огради двери уст моих; не дай уклониться сердцу моему к словам лукавым для извинения дел греховных» (Пс. 140, 3-4).

 

«Я сказал: буду я наблюдать за путями моими, чтобы не согрешать мне языком моим; буду обуздывать уста мои, доколе нечестивый предо мною. Я был нем и безгласен...» (Пс. 38, 2-3).

 

Добродетельность молчания зависит от внутреннего делания, связанного с ним, от целей, ради которых оно совершается. Телесное молчание не всегда безгрешно. Если при внешнем молчании человек грешит в мыслях, то молчание его тщетно.

 

Говоря о внешнем молчании, святые отцы учат благоразумному молчанию - молчанию с рассуждением о том, когда оно полезно и необходимо, а когда от него надо отказаться. О том, что внешнее молчание не во всех случаях полезно, также как не всегда грешны разговоры, говорит, например, преподобный Пимен Великий:

 

«Иной человек кажется молчащим, но сердце его осуждает других. Труды его тщетны. Другой с утра до вечера говорит и вместе пребывает в молчании, потому что говорит одно полезное для души».

 

О том, что рассудительное, благоразумное молчание – начало очищения души, условие спасения, великая сила в духовной брани, охранение молитвы, помощь в борьбе со страстями и в возделывании добродетелей, единогласно пишут святые отцы.

 

Преп. Иоанн Лествичник:

 

«Благоразумное молчание есть матерь молитвы, воззвание из мысленного пленения, хранилище Божественного огня, страж помыслов, соглядатай врагов, узилище плача, друг слез, делатель памяти о смерти, живописатель вечного мучения, любоиспытатель грядущего суда, споспешник спасительной печали, враг дерзости, безмолвия супруг, противник любоучительства, причащение разума, творец видений, неприметное предуспеяние, сокровенное восхождение.

 

Любитель молчания приближается к Богу и, тайно с Ним беседуя, просвещается от Него».

 

Св. Исаак Сирин называет молчание таинством будущего века, «слова же суть орудие этого мира».

 

Преп. Амвросий Оптинский:

 

«Прежде всего знай, что, по слову святого Лествичника, безмолвие телесное означаетблагочиние чувств телесных, т. е. очей, слуха и языка, равно и чрева, а безмолвие внутреннее состоит в благочинии помыслов, чтобы отвергать не только страстные помыслы, но и гневные и осудительные, равно тщеславные и подозрительные. Начинать нужно с Божией помощью с благоразумного молчания. На вопросы отвечать кратко и кротко по потребности; по кельям без надобности не ходить и о ненужном не толковать; где придется быть, особенно беречься судить и осуждать, кольми паче никому ничем не досаждать. А если по немощи, по старой привычке, согрешишь в чем и напутаешь, приноси в этом покаяние сперва пред Богом, а потом и пред духовным отцом».

 

Преп. Макарий Оптинский пишет о нерассудительности в подвиге молчания:

 

«Безрассудное и не в разуме молчание хуже многоглаголания, а мерное или малое укрепление никакого вреда не принесет, а еще смирит и подаст силу к творению подвигов и трудов. Но безмерие и в том и в другом приносит весьма великий вред».

 

Невидимая брань:

 

«Молчание есть великая сила в деле невидимой нашей брани и верная надежда на одержание победы. Молчание очень любезно тому, кто не надеется на себя, а надеется на одного Бога. Оно есть блюстительница священной молитвы и дивная помощница при упражнении в добродетелях, а вместе и признак духовной мудрости. Святой Исаак говорит, что "хранение языка не только заставляет ум воспрянуть к Богу, но и в делах явных, телом совершаемых, втайне доставляет великую силу к совершению их. Оно просвещает и в сокровенном делании, если только кто соблюдает молчание с ведением" (Слово 31). В другом месте так восхваляет он его: "Когда на одну сторону положишь все дела жития сего (отшельнического), а на другую молчание, тогда найдешь, что оно перевешивает на весах. Много есть добрых для нас советов, но когда сблизится кто с молчанием, излишним для него будет делание хранения их" (Слово 41). В другом еще месте называет он "молчание таинством будущего века; слова же, - говорит, - суть орудие мира сего" (Слово 42). Святой же Варсонофий ставит его выше богословствования, говоря: "Если ты и едва-едва не богословствуешь, то знай, что молчание более достойно удивления и славы" (Ответ 36). Почему хотя бывает, что иной молчит, потому что не имеет что сказать, иной потому, что ждет удобного времени для своего слова (см.: Сир. 20, 6), иной по другим каким причинам, "славы ради человеческой, или по ревности о сей добродетели молчания, или потому, что держит сокровенное в сердце собеседование с Богом, от коего не хочет отойти внимание ума его" (Святой Исаак. Слово 76), но вообще можно сказать, что кто молчалив, тот показывает себя благоразумным и мудрым (см.: Сир. 19, 28; 20, 5).

 

К тому, чтоб навыкнуть молчанию, укажу тебе одно самое прямое и простое средство: берись за дело сие, - и само дело будет и научать тебя, как его делать, и помогать в этом. Для поддержания же усердия к такому труду, почаще размышляй о пагубных следствиях безразборной говорливости и спасительных следствиях благоразумного молчания. Когда же дойдешь до вкушения спасительных плодов молчания, тогда не потребуется более для тебя никаких в этом отношении уроков».

 

Любящий молчание пребывает близ Бога и Ангелов Его, и в вышних место его. Господь говорит, что Он тогда сохранит пути твои, — когда ты сам будешь хранить уста свои (см.: Притч. 13, 3) (прп. Антоний Великий, 89, 59—60).