Barklai

Приходится констатировать, что в последнее время на ресурсе страсть к осознанному/"бессознательному" манипулированию приобретает прямо таки пандемические масштабы. И если раньше это являлось привилегией тех, для кого это - жизненно-необходимая функция, то теперь народу может прилететь по башке оттуда, откуда вообще не ждали. Поэтому, даже и не определить сразу, сделано это просто сдуру или - тщательно продуманная акция. Причём, схема протекания вирусного заболевания в своей острой стадии - одинакова:

1. Сделать нужный/дурацкий вброс.

2. Дождаться бабку с семками.

3. Тихо смыться под шумок (от стыда или - "так и было задумано").

И вот, " а у нас во дворе"... неожиданно раздаётся вопль: "Доколе? Нет, вы видали, как "дама просто приятная"прижала хвост "даме, приятной во всех отношениях"? Безобразие!" Жильцы в испуге оборачиваются с вопросом: "Где пожар?" - и начинают скапливаться вокруг "очага возгорания", в центре которого стоит кричавший, весь красный от возмущения. Вокруг него - недавно отмытый от следов предыдущего мордобоя асфальт, уже обильно забрызганный слюной его "праведного гнева". Поняв, что пожара нет, жильцы успевают слегка навалять виновнику кипеша за "ложный вызов", но тут из подъезда выплывает та самая "бабка с семками" и, расположившись на лавочке, начинает лузгать семечки и выплёвывает вместе с шелухой следующую вводную: " А вы чё, не знали, что Анна Семённа - тупорылая оффца?" Толпа начинает разворачиваться к ней. Бабка счастлива, кричавший доброхот - тоже, ибо, если он её ждал, то план сработал, а если сдуру завёлся, то она как раз вовремя, чтобы его перестали бить. Бабка, купаясь в лучах сиюминутной славы, охотно начинает объяснять всем: кто, откуда и зачем... доброхот задворками уползает в безопасное место зализывать раны. Разборки заканчиваются, ессно, ничем. Жильцы (включая упомянутую всуе Анну Семённу), недоумённо пожав плечами, расходятся по своим делам. Однако, все при результате. Тот, кто начал этот перфоманс, словил свою минуту славы/позора, бабка хайпанула и кайфанула одновременно, народ, так или иначе, поучаствовал в мероприятии и заодно размялся. На опустевший двор многоквартирного дома тихо спускается тёплый сентябрьский вечер. Начинается дождь, который к утру дочиста отмоет асфальт, покрытый слюной, кровью и шелухой от семечек. Завтра начнётся новый день. Занавес.