Половинкина Татьяна


9 кубковых грехов

 
20 мар 20189 кубковых грехов
Наконец, завершилась моя «страстная кубковая неделя голосования».
 
Работы были разного уровня, встретилось несколько настоящих прорывов. Довольно часто пользовалась средней оценкой, точнее, средних у меня было в арсенале две: «7» (средний уровень с перевесом недостатков) и «9» (средний уровень с перевесом достоинств).
Колов в сердца не вбивала.
 
Настало время всем вместе отмолить накопленные грехи))
 
 
Итак, девять кубковых грехов:
 
 
1. Мелкотемье. Проблема не столько в том, что количество тем ограничено, а в узости подачи этих тем. Хочется думать, что это лишь от нехватки мастерства, ведь его можно развивать. А если просто сказать нечего, это уже серьёзно.
 
 
2. Безыдейность. Должно же быть какое-то целеполагание: зачем это всё? Почему автор хочет этим с читателем поделиться? Есть ли здесь для читателя что-то, что он откроет для себя в этом лирическом рассказе? Зачастую символически предложенной идеи оказывается слишком мало, чтобы я как читатель вдохнула, настроилась и прожила какое-то чувство с авторским стихотворением.
 
 
3. Эпигонство и обилие штампов. Всё-таки время штука безжалостная в человеческом измерении. Сейчас уже не напишешь: О, Русь, малиновое поле И синь, упавшая в реку...
Клишированность может проявляться не только в расхожем сочетании слов, но и в самом образном строе. Когда из века в век повторяются одни символы (душа, ангел, Бог... особенно Бог), ненамеренно, но всё же происходит некая девальвация слов, даже таких – тем более таких. Пожалейте, будьте милосердны, не надо направо и налево мучить эти слова. Хотя мне действительно очень трудно упрекать авторов, ведь каждый хочет дойти до самой сути, и до Бога, и до души, и до ангелов, но надо быть с этим чрезвычайно, чрезвычайно бережным.
 
 
4. Эскейпизм в красивости. Тенденция ухода от образа-переживания в сторону очерка действительности, внешнего мира поддерживается либо повествованием, попыткой рассказать, либо описательными конструкциями, рядами перечислений, повышенной метафоричностью… Многие полагают, что чем больше туману в стихах, тем больше в них всеобщего смысла. Особенно часто молодые поэты, наделённые даром ассоциативного мышления, видят в метафоре средство сгущения смысла и отражение многообразного опыта.
 
 
5. Многословие. В данном случае речь об удлинённой строке, которая приглашает читателя, не прерываясь, просмотреть её «на одном дыхании», чтобы не растерялся её эмоционально-экспрессивный запал, И здесь недостаток мастерства сводит на нет всю идею, всю эстетику «уитменовской строки». Искусственно заполняя пустоты, автор, как правило, не выдерживает качественного показателя, роняет планку.
 
 
6. Нетехничность. Мысли преломляются в стихи через поэтическую технику – то, что делает поэзию поэзией, «язык в его эстетической функции», то есть "приём", и лишь затем – вопрос о его оправдании: мировоззрение, эмоции, биография, духовный опыт.
 
 
7. Спекуляции и пафос. Понимаю стремление авторов к высокому, всё это творчество о творчестве, социальные ужасы войны и так далее. Однако, чаще всего это глобальность, до которой ещё далеко, покуда не решено самое простое в стихах.
 
 
8. Скудословие. Ощущение, что авторам предложили некий лексический «суповой» набор, из которого надо сделать стихотворение. Из текста в текст одно и то же.
Вот, например, начинающие авторы часто наполняют свои стихи «музами», «девами» и прочими «младостями» – всей этой обветшалой лексикой пушкинских времён. Притом чувства, лежащие в основе их стихов, вполне современны, просто для выражения всех этих чувств не хватает подходящего «строительного материала». Необходимый «материал» начинающие берут с единственного доступного склада – из школьного Пушкина. Пожалуйста, читайте ещё кого-то, кроме Пушкина! Оставайтесь верным ему, углубляйте в себе понимание его поэтики, но читайте ещё кого-то.
 
 
9. Безграмотность. Рецепт тот же, что и в п.8
 
 
Помня об этих соблазнах, я желаю всем без исключения участникам победить в кубковой борьбе, в первую очередь, своих демонов. А потом уже критиков и жюри))