потому что ждут
Пространства больше нет. его куски
внутри пятнистой скорлупы застыли.
а нож слугой у Хроноса. тиски
эмульсии весь контур растворили.
все плоскости Земли свернулись в круг,
оставив белую, как иней, часть,
где венчик, вырвавшись из пленных рук,
минутам не даёт вовек пропасть.
поток идёт на дно, за слоем слой,
и капли глади, заменяя твердь,
смыкаются над мертвой скорлупой,
в которой нечему уже черстветь.
Что было «там» — теперь сырой белок,
не знающий чистилищей невкусных.
и уксус совершает свой бросок,
растягивая блеклость на искусных
фарфора льдах. и время мчит во тьму,
сужаясь до краев на тесной кухне.
и это не постичь уже уму,
пока вселенная моя сама не рухнет.
Сменив объем на белый ориентир,
где соус замещает твердь и тело,
душа, как перепёлка, сдав свой мир,
летит туда, где времени предела
уже не ищут.
потому что
ждут.
