Егор не был героем из кино. Он был обычным парнем, каких тысячи. Работал на заводе, слесарем.

Рос без отца, мать, Анна Петровна, тянула его одна. Она научила его главному: быть человеком. «Сынок, – говорила она, поглаживая его по голове, - чужой беды не бывает. Сегодня ты поможешь, завтра тебе помогут». И Егор впитывал эти слова, как губка.

Он не проходил мимо, если видел, как кто-то споткнулся и рассыпал покупки, тут же бросался помогать. Если слышал, как соседская старушка жалуется на тяжелые сумки, сам предлагал донести.

 

Он не искал похвалы, не ждал благодарности. Просто делал то, что считал правильным. Его совесть была его компасом, а доброта – его единственным оружием.

 

В тот вечер Егор возвращался с работы. Впереди, у автобусной остановки, он увидел, как молодой парень, явно нетрезвый, пытался вырвать сумку у пожилой женщины. Бабушка цеплялась за нее изо всех сил, кричала. Вокруг были люди, но никто не вмешивался. Кто-то отводил взгляд, кто-то ускорял шаг, кто-то просто стоял, наблюдая, как завороженный.

Егор не мешкал. «Эй, ты что делаешь?!» – крикнул он, подбегая. Хулиган опешил, отпустил сумку. Бабушка, дрожа, прижала ее к себе. Егор встал между ними. «Оставь ее в покое», – сказал он, и в его голосе прозвучала твердость.

Хулиган выхватил нож. Удар был быстрым, точным. Егор почувствовал жгучую боль, потом – холод. Он упал.

Люди вокруг ахнули. Хулиган, испугавшись, бросился бежать.

Егор лежал на асфальте, и жизнь медленно покидала его. Он видел над собой серое небо. Последнее, что он почувствовал, был холодный асфальт под щекой.

Его смерть не стала событием. Общество, занятое своими делами, не заметило потери бойца. Не заметило, что ушел человек, который был совестью этого мира.

Только Анна Петровна, его мать, знала, кого она потеряла. Она сидела в своей маленькой квартирке, обнимая старую фотографию, и шептала: «Сынок мой, Егорушка… За что же тебя так…» В его глазах на фото была та детская доброта и искренность.

А та бабушка, которую он спас, Мария Ивановна, была потрясена до глубины души. Ее внучка, юная Катя, была свидетельницей всего произошедшего.

 

Когда Катя выросла, вышла замуж, и в ее жизни появился первенец, она недолго думала над именем. «Егор», - сказала она мужу, и в ее глазах блеснули слезы. «В честь того парня, который спас мою бабушку. В честь его подвига, который никто не заметил, но который я никогда не забуду».