Про рыцарей
В сияющих стальных доспехах,
с копьем разящим, на коне,
он весь - ристалища утеха,
и люб зеваками вдвойне.
Он - рыцарь и меча и слова,
воитель грозный - сам король,
чьи брови сдвинуты сурово,
и чьи слова - как моря соль.
В сраженьи равных нет, едва ли
уносят ноги ездоки,
ристалища досель не знали
столь гневом ранящей руки.
И ран тот рыцарь не страшится,
и сердце бьется в унисон,
сердечку трепетной девицы,
что вышла скромно на балкон.
Он на щите цветок кровавый,
багровым цветом алый мак,
преподнесет лишь для забавы,
под визг толпы и вой бродяг.
На завтра - новое сраженье,
и новый бой и будет вздох
по новой девице в томленье,
чтоб также ей воздать венок.
******
В средневековье дело было то-
во времена тех рыцарских турниров,
когда сражались только за одно-
за честь и доблесть и во славу мира.
Турнира призом был любимой взгляд,
такой чудесный, нежный, благосклонный,
и не было порой других наград,
кроме букетов кинутых с балконов.
И вот в одной неведомой стране,
король созвал турнир себе в забаву,
не скучно было жить при короле,
и рыцари снискать желали славу.
Сражения те доблестно идут-
но вдруг- какой то рыцарь появился,
и самым метким стал его лишь лук,
и меч столь виртуозно в бое вился.
Восторженно воскликнул тут король-
"Ты будешь для меня любимым зятем,
разделишь со мной трапезу и соль,
купаться будешь в серебре и злате.
Но рыцарь почему то все молчал-
потом промолвил- "У меня невеста,
пускай еще нас храм и не венчал-
не изменю я ей- другого теста...
И пусть она бедна и не знатна,
но для меня не станет кто дороже,
любовь моя одна- совсем одна,
ее никто мне заменить не сможет".
Разгневался речами тот король-
и юношу казнить повелевает,
не ведома ему любови боль,
и верности ведь тот король не знает.
История из рыцарских времен,
мужчины где полны столь благородства,
измены нынче- как "хороший тон",
любовь предать- раз плюнуть- для "удобства".
******
Ах, как же хочется нам слов
любви и трепетных признаний,
чтоб рыцарь был за нас готов
сложить свою главу в закланьи.
Чтобы он мог ко всем чертям
послать врагов и даже друга,
уж если тот- да что уж там-
нам слово вымолвеет грубо.
Ну где ты, рыцарь, отзовись,
ты только в книгах и с портретов
старинных все взираешь вниз
на нашу жизнь... дивясь на это...
На равнодушие мужчин,
на их предательства и даже
самовлюбленность до "вершин",
на чувств и добродетель "кражу".
Нет рыцарей уже давно,
хотя скажу вам- может статься,
что их придумало перо,
чтобы в "романтику играться".
