Полуденное солнце раскалённым добела диском висело в небе. Сегодня знаменательный день. Жрецы закончили разметку будущей пирамиды, точно сориентировав её грани по сторонам света, а рабы уложили первый ряд каменных блоков по периметру. С этой работой справиться несложно, нужны всего лишь крепкие верёвки, брёвна-катки да беспощадные надсмотрщики, не жалеющие плетей для доходяг. А теперь все ждали Резонатора, человека, умеющего силой звука отрывать от земли многотонные камни и заставляющего их парить в воздухе и укладываться в стройные ряды, поднимая пирамиду всё выше навстречу солнцу. Только он один знал секрет исполнения этой чарующей мелодии, ломающей физические законы бытия и подчиняющей себе неживую природу.

          Резонатор опаздывал, сегодня утром у его жены начались схватки, и он тянул с отъездом, хотел дождаться рождения наследника, которому он потом передаст свой удивительный дар, эту способность сочинять особенную музыку и играть её так, что танцуют даже камни. Он почему-то был уверен, что родится обязательно мальчик. Но малыш упорно не желал появляться на свет, а колесница верховного жреца уже час ждала его возле дома. Надо ехать. Пирамида должна быть построена к тридцатилетию фараона, а господин не любит ждать, он молод и скор на расправу. Нужно закончить строительство до наступления полнолуния, иначе не сносить головы ни рабам, ни жрецам, ни самому Резонатору.

         Когда он добрался до места, солнце уже стояло в зените и невыносимо жгло кожу, а предметы перестали отбрасывать тени. Резонатор достал из сумки флейту и приложил её к потрескавшимся губам. Первые аккорды дались ему с трудом, мысли о жене мешали сосредоточиться. В голове крутилось одно: "О боги, будьте милосердны, избавьте мою супругу от страданий и пошлите мне сына!" Резонатор закрыл глаза: "Всё, я больше не буду думать об этом". И он представил себе, какой величественной будет пирамида, как прославит она имя фараона в веках, а правитель обязательно щедро наградит её создателя, и он, Резонатор, купит себе новый просторный дом с пальмами во внутреннем дворике и диковинным для здешних мест акведуком.

         Из флейты полилась необычная мелодия, сначала еле слышная, она всё набирала силу, заполняла окружающее пространство, проникала в мозг, в каждую клетку тела, становясь всё более ритмичной и медитативной. И вот, наконец, настал этот момент, когда пятитонный каменный блок оторвался от поверхности земли, подняв за собой облачко песчаной пыли. Рабы упали на колени и с благоговейным ужасом взирали на чудо, происходящее на их глазах. Жрецы из последних сил старались изображать равнодушие, но каждый из них уже прокручивал в уме, за сколько золотых монет удастся уговорить Резонатора продать им свой секрет. Первый камень проплыл в воздухе и аккуратно лёг на своё место под радостные вопли изумлённых рабов.

Нужно торопиться, темнеет в пустыне рано. Когда второй ряд был почти закончен, на горизонте появилась черная точка, которая быстро приближалась, приобретая знакомые очертания слуги Резонатора. 

— Это жена послала тебя сообщить мне радостную весть! Ну же, Ахмед, кто? Мальчик?

— Господин, твой сын... Твой сын... Он...

Резонатор пошатнулся, его лицо исказила гримаса боли, губы задрожали, и флейта издала протяжный звук, глухой, как стон. Каменный блок на мгновение завис в воздухе и рухнул вниз всей тяжестью, вдавив двух рабов и ступню левой ноги Резонатора в песок. Боль, теперь уже физическая, притупила все мысли и чувства. Резонатор выронил флейту из рук. «Пирамида... Полнолуние... Мой сын умер...» — это последнее, что мелькнуло в его воспалённом мозгу, прежде чем сознание погрузилось в полный мрак.

       "Где моя флейта и почему так темно, уже ночь или я умер?" – мысли путались, Резонатор силился открыть глаза. Он слышал странные звуки, это была музыка. Мелодия лёгким шёпотом пронизывала его тело, и казалось, что она звучит и внутри, и снаружи одновременно. Но что это? Это не та музыка, под которую парят тяжёлые мегалиты, ту мелодию он не спутал бы ни с какой другой. Звук нарастал и становился всё громче, всё навязчивее, и вот уже отчётливо слышны слова. Это же песня, его любимая, "Calling You", и играет она не в его голове, а где же? Сознание окончательно прояснилось. 

 

         Крановщик Василий открыл глаза. Его взгляд упал на приборную доску, на ней лежал смартфон и из его динамика звучала мелодия. Он сам установил её на звонок будильника, чтобы вставать под звуки любимой песни, а не под казённо-самсунговское: «Тринадцать часов. Время просыпаться». Полуденное солнце нещадно нагрело кабину подъёмного крана, в горле пересохло, левая нога, поджатая под себя, затекла, и при попытке её разогнуть онемение в раз сменилось резкой ломящей болью. Постепенно кровь начала пульсировать в сосудах, и кожу от ступни до голени будто пронзили сотни острых иголок.

        «Мне что-то снилось… Пустыня, фараон, раздавленные рабы, странная музыка, левитирующие каменные блоки… Проклятая жара, приснится же такое…» — подумал Василий, потирая ногу, и посмотрел вниз. Обеденный перерыв закончился. Рабочие цепляли стропы к бетонному фундаментному блоку и привычно матерились. Прораб, проверив крепежи, махнул рукой и крикнул: «Вира!» Василий нажал кнопку «подъём» и взялся за рычаги управления. Блок, медленно оторвавшись от земли, поплыл в воздухе. «Майна! Майна, помаленьку!» - кричал прораб. Отработанным до автоматизма движением Василий надавил на кнопку «спуск», и прямоугольный кусок железобетона, направляемый умелыми руками стропальщиков, лёг точно в предназначенное для него место. «Вира-майна-вира-майна!» - бригада такелажников работала чётко и слаженно, и фундамент семнадцатиэтажного жилого дома рос на глазах.

        Василию нравилась эта музыка стройплощадки, где в единый хор сливались крики рабочих, раскатистые удары копра по сваям и равномерный гул моторов самосвалов и экскаваторов. Он работал и думал о том, что до конца смены ещё четыре часа, и нужно кровь из носу выполнить план, иначе нормировщица срежет премию и ему придётся просить денег взаймы, чтобы вовремя заплатить за ипотеку. А ещё о том, что дома его ждут жена и маленький сынишка, который мечтает поскорее вырасти, стать крановщиком и построить самый высокий в мире небоскрёб.