Когда Нарасхватов перебирался в отдел незаботы о клиентах, то был на все сто уверен, что единственным его делом будет красивый росчерк в табельном журнале при выходе и входе в офис. Он даже придумал себе изящную каллиграфическую подпись с завитушками и точечкой.

 

Но звёзды выстроились не в его пользу, и теперь он ломал голову над тем, как в срочном порядке довести до ума дело, недоделанное предшественником: не помешать одному индивиду покончить с жизнью. Дело в том, что ещё в прошлом квартале за не услуги отдела от анонимного не-заказчика на счета компании поступила солидная сумма.

 

Билеты на подобные зрелища раскупались мгновенно. Ожидалось фееричное мероприятие с предсмертной речью и прыжком с многометровой высоты в смородиновые воды.

 

Однако курирующий Нарасхватова дроид не сообразил заблокировать его органы чувств. И теперь в Нарасхватове пробудилось сочувствие к ближнему — несанкционированное, острое, несовместимое с должностной инструкцией. Он категорически не мог допустить летального ухода клиента.

 

«Может слегка покалечить?.. пролить масло... а дальше по ситуации...»

 

Сказано – сделано.

 

Местом подобных акций обычно становилась Набережная Плача. Нарасхватов ещё издали заметил, как живое море накатывало на кварцевое ограждение и откатывалось обратно к трибунам. Клокочущий рёв стихии, резонируя, смешивался с людским, отражался от хромированной поверхности защитного купола и мурашками расползался по возбуждённым телам.

 

При виде главного не-исполнителя толпа почтительно расступилась. Он выдвинулся в образовавшийся проход, но что-то пошло не так. Откуда-то возникшая чайка зловеще рассмеялась ему в лицо и с размаху влепила пощёчину крылом. От неожиданности Нарасхватов уронил бутыль с маслом. Настил мгновенно стал скользким. Он оступился, рухнул и приложился головой о точёную балясину. В глазах тут же потемнело. Из носа тонкой струйкой потек ликвор, а с ним и остатки надежды выжить. Толпа исступлённо взвыла.

 

Последнее, что он расслышал перед отключкой, был механический голос дроида:

 

— Капризный клиент пошёл. Передумал топиться, травиться будет.

 

На следующее утро Нарасхватов снова сидел в своём в кабинете. На столе лежало свежее дело: ночное отравлении с летальным исходом. Лаборантам-дроидам ещё предстояло выяснить, каким образом в дыхательные пути пострадавшего попали капли оливкового масла. Нарасхватова сей факт не волновал. Органы чувств у него были надёжно заблокированы. Только голова неприятно ныла. Он машинально пролистал пару страниц «Энциклопедии высокомолекулярных ядов», захлопнул книгу и вернул на полку.

 

На панели задач тихо пульсировал статус: «Смерть подтверждена».