Под прикрытием

 
По характеру я авантюристка, а по жизни « Лягушка- путешественница». Вся жизнь на колёсах. Я даже родилась проездом. Мой папа военный. Настоящий полковник! Командир полка. Я его обожаю! Где мы только не жили, даже за границей. Где-то мы зависали на год-два, а где-то всего на пару месяцев. Сейчас мы в Краснодаре. Мне всего семнадцать. Я лёгкая на подъём, и завтра мне предстоит романтическое путешествие. Всё складывается удачно. Мама в командировке. Папа с утра до ночи на службе. Я сама себе хозяйка. Настроение отличное. Билет куплен. Чемодан собран. Но что-то тревожит папу. Содержимое моего чемодана больше подходит для выхода на подиум, чем для прогулок по берегу моря. А я, вроде бы, еду к морю с родителями подруги. Вроде бы? Да… Это прикрытие! Я лечу в Ереван! Там живёт моя первая любовь! Что такое первая любовь, думаю, знает каждый. Даже моя прабабушка в свои девяносто забывала порой как её зовут, но первую любовь помнила всегда. Наверное, я такая же. И хотя мы с Робертом были знакомы всего пару недель, этого было достаточно, чтобы понять: Он — рыцарь! К тому же, самый красивый на свете!
— Доченька! Я бы хотел познакомиться с родителями твоей подруги, — огорошил меня папа, — давай-ка съездим к ним.
— Как? Прямо сейчас?
— Прямо сейчас!
— Ммм… Да поздно уже, и живут они за городом, ты же знаешь, — не сдавалась я, — а мне ещё собираться надо.
— Разве ты не все наряды из шкафа выгребла?
Папа был непреклонен. И как я ни старалась отнекиваться, ничего не получалось. Он догадывался, что здесь что-то не то. Я тоже понимала, что врать не хорошо… Но врать — не воровать! А врать ради любимого — это почти подвиг! Покажите мне хоть одного ребёнка на планете, кто ни разу не врал родителям… И если найдётся такой праведник, то кто ж ему поверит?
Мы долго спорили, я стояла на своём, и папа решил ехать самостоятельно. Предупредив, что при таком раскладе, я уже никуда не поеду. То, что я не помню точного адреса — не беда. Он найдёт (мы недолго жили в этом районе до получения квартиры в центре) там все друг друга знают. Это провал! Во время войны, папа был разведчиком, я понимала, что он найдёт… Я задыхалась от отчаяния и жалости к самой себе. Надо спасать репутацию! Сейчас я думала только об этом. Если всё откроется, моя жизнь превратится в кошмар, комната — в гауптвахту. За мной будут следить, и разрешение ехать в Москву для поступления в МГУ накроется медным тазом. Меня засунут в какой-нибудь местный вуз, выдадут замуж за «надёжного» человека, и жизнь моя кончится! Нет, нет и нет!..
Я выскакиваю из квартиры вслед за папой, ловлю такси. Уговариваю водителя ехать как можно быстрее. Пока папа разыщет нужный дом, у меня будет время поговорить с родителями подруги. Пусть они скажут, что поездка отменяется, пусть скажут всё что угодно, лишь бы… Я очень люблю отца, и очень не хочу его огорчать! Он строгий, но справедливый! Он военный; и в общении со мной в его лексиконе иногда проскакивает команда «Шагом марш!» Но я не обижаюсь, перевожу всё в шутку, отвечаю «Есть» и иду, куда послали.
…Я на месте! Сбивчиво объясняю тёте Рае суть дела. Она, добрая деревенская женщина, не сразу понимает, что от неё требуется, задаёт много вопросов, переспрашивает и ведёт себя растерянно и тревожно.
А вот и папа. Он подходит к калитке с каким-то молодым человеком. Меня прячут в маленький сарайчик, сляпанный из старых драных досок, похожий на собачью будку. В нём тесно и темно, давит удушающий запах красок и ацетона. Но это не страшно, главное, не раскашляться! Я всё слышу и вижу сквозь щели. Папа ведёт себя корректно, не выражает сомнения в возможной поездке к морю, мирно беседует и даже шутит. Его расположение и доброжелательность вселяют в тётю Раю уверенность и спокойствие; я вижу, она меня прикрывает. Когда он удалился, меня выпустили из заточения, произнеся всего одну фразу: «Если вздумаешь улететь - пеняй на себя! Получишь по полной». Я обняла тётю Раю, пообещала быть послушной.
Теперь надо успеть вернуться домой раньше папы. Машин на дороге мало, кругом темень непролазная. Пытаемся с подругой кого-нибудь тормознуть, никто не останавливается. Не напороться бы на папину машину! Послышался звук мотоцикла. Это оказался мотоцикл с коляской. Два милиционера везли пьяного мужичка в вытрезвитель. Мужичку повезло! Его отпустили. Подруга была знакома с одним из ментов, они вошли в моё положение, посадили меня в коляску, добросили до оживлённой трассы и тормознули «москвича». Да! Мир не без добрых людей!
Я прилетела домой за несколько минут до появления папы. Он был ласков со мной, и мне даже показалось, горд за стойкий характер своей дочери, а я гордилась тем, что провела командира полка.
Всю ночь я не могла уснуть! Что делать? Лететь или не лететь?! Я перебрала массу вариантов, и остановилась на самом авантюрном. Я полечу! Конечно, я рисковала во всех смыслах! Что ждёт меня в Ереване? А вдруг?.. Что ждёт меня по возвращении? Да ладно! Не дрейфь! Ты же дочь офицера!
Рейс задерживался… Появилось время ещё раз всё хорошенько обдумать. Нет! Всё-таки полечу!
… Два часа ночи. Мы приземлились. Спускаюсь по трапу. По лётному полю к самолёту бежит парнишка. За ним, шагах в двадцати, двое в служебной форме. Причём расстояние между ними всё увеличивается и увеличивается…
Это Он! Любовь есть! И её невозможно ни догнать, ни остановить!
Проголосуйте, чтобы увидеть комментарии
Отказ от голосования во всех работах этого конкурса: 2