Рубиновый дар

Этот сон явился толчком для написания автором повести, в основу которой легли реальные события из жизни женщины.
…Сумрак поглотил лес, сквозь который пришлось пробираться, нещадно сбивая ноги о коряги и расцарапывая руки о ветки колючей акации. Я шла куда глаза глядят, кричала, звала на помощь, но в ответ только злобно ухали совы. Жутко…
 
Вдруг показалась лачуга, покрытая корой деревьев. Древний мох позеленил кровлю, кое-где молодые деревья повырастали на ней. Покосившаяся дверь висела на петле. Передохнуть надобно, дождаться утра. Я приблизилась к двери, оглянулась. Тихо кругом, даже птицы умолкли. К добру ли? Осторожно толкнула дверцу, она со скрипом открылась. Я вошла внутрь лачуги. Кругом паутина, старинные горшки, густо покрытые вековой пылью. Проведя ладонью по полке, нашла небольшую свечу и огниво. Долго сбивала пальцы, чтобы высечь искру и воспламенить фитиль. Раза с десятого получилось запалить свечу. Осветила жилище. Ещё на подходе к странному сооружению заметила, что лачуга располагалась на дне оврага, прислоняясь одной стеной к холмистой части. Внутри земляной пол уходил под уклон, спускался в подземелье. Страшно было мне, но любопытство пересилило боязнь – надо было посмотреть, куда вёл подземный ход. Я двигалась медленно, внимательно смотрела под ноги, чтобы не зацепить корни деревьев, которые, пробиваясь сквозь землю, искали место для роста.
 
Но вот открылась взору округлая галерея, и в ней (о, ужас!), на столбах качалось два гроба на проржавевших от времени цепях. Я осела на пол и невольно перекрестилась. В чью усыпальницу попала? Переведя дух, поднялась, обогнула склеп и двинулась дальше. Долго я шла, придерживаясь рукой за сырые стены, пока не наткнулась на ещё одну галерею, в которой находилось три двери. Я остановилась в нерешительности – куда идти? Вспомнив детскую считалочку: «На золотом крыльце сидели царь, царевич, король, королевич…» – понадеялась на судьбу, указующую на ту дверь, в которую нужно войти. Палец остановился на двери слева. Я со всей силы дернула за ржавую ручку. Дверь поддалась неожиданно легко, как будто петли были смазаны заранее. Я подняла повыше свечу и чуть не вскрикнула: посередине комнаты в высоком кресле сидела необычайной красоты женщина, даже румянец можно было разглядеть на её щеках.
– Давно же я тебя ждала, – подняв палец, сказала она. – Подойди ко мне, не бойся...
Я несмело сделала несколько шагов, невольно залюбовавшись статью женщины. Рыжие волосы были заплетены в две тугие косы, алое платье выгодно очерчивало все прелести фигуры. На шее – жемчужные нити, а на указательном пальце, который был выставлен на меня, горел перстень.
– Ближе! – приказала женщина. – Я не причиню тебе зла. Сними перстень и возьми с собой. Он убережет тебя от колдовства. Неужели ты не поняла тех знаков, что были даны мной, когда ты находилась на грани жизни и смерти? Ты сама догадываешься, по какому пути пойдёт твоя жизнь, если не сумеешь обмануть судьбу. Потому ты должна противостоять злым силам, что преследуют тебя. Ты – избранная. Возьми этот перстень с рубином. Этот камень – символ любви, жизненной силы и удачи, счастья и долголетия. Он пробуждает духовную энергию. Кто носит его, тот не увидит лихих снов. Рубин укрепит сердце, убережет от удара молнии и вынесет из огня, спасёт на воде. Силу даст, когда воля твоя пошатнётся…
Я кивнула, но продолжала находиться в оцепенении, не в силах сделать хотя бы один шаг к этой властной и притягательной женщине, что вещала мне:
– Рубин – это застывшая кровь демона, который когда-то подчинил себе Вселенную. Сила камня помогает тому, кто добр душой, излечивает многие болезни, избавляет от проклятий. Тебе владеть этим перстнем. Он твой…
 
Я сняла перстень с пальца, и в тот же миг молодая женщина начала превращаться в прах и осыпаться в кресле, как осыпается труха истлевшего дерева. Я пронзительно закричала… и проснулась. Рука была сжата в кулак до того, что следы от ногтей остались кровавыми вмятинами на коже ладони.
 
В окно бил рассветный луч, а я лихорадочно складывала в уме обрывки сна, чтобы понять суть увиденного и сказанного мне.

Проголосовали