Song of no tomorrow

Дно покажет коктейль в стакане – но во тьме ни путей, ни дна.
Завтра, может, и не настанет, но записочка – вот она:
дозой яда горит под кожей, в строки ноющих вен влита…
 
...Душит вакуум? Знаю, тоже. Вижу через стекло – пуста
ночь без ласки. Пройти пытаюсь сквозь пространство в твоё тепло,
стать течением, светом, счастьем. Разбиваю стакан назло,
но, бесцветную горечь множа, утром выльется пустота...
 
Я письмо не отправлю. Может, ты получишь его и так,
без метания электронов по кругам виртуальных сфер –
сердцем словишь. Ведь для влюблённых ни заборов, ни полумер
не придумано. И не рвётся нить, что держит прочней, чем сталь…
 
...То, что было и есть – непросто, но, любимая, мне не жаль.
От рождения до погоста ищем в космосе идеал –
не найдя, в пустоте колодца гаснем, тонем под толщей льда...
 
Без тебя не восходит солнце, не листается календарь –
жизнь бесцельно проходит мимо, приковав тишину к звонку…
Знаю, плохо тебе, любимый – но, жалея тебя – солгу:
раздражают чужие лица, да – бессилие, да – печаль…
 
...Ты и я – два крыла у птицы. И пускай на земле печать,
облака вознесут над морем, только знай: раствориться в них –
умереть. Мы на солнце смотрим, но не молимся «сохрани».
Хоть не видим друг друга – близко: две души на концах луча...
 
Плохо – в стену глухую биться и ответа не получать.
А у нас – общий пульс вселенной, небылицы и чудеса,
камертоновость – параллельно рассинхрону по адресам:
ни к чему башмаков железных – пара долгих минут и смарт…
 
...Запоёт, задрожит – без лезвий срежет время, сходя с ума
от звонка, я скажу: «Родная, только кажется, будто всё –
в липком сне. – Мы по дну плутаем, но любовь высоту спасёт
по весне – волшебство воскреснет, размотается дня чалма...
 
…Кто б сказал, что вот эта песня – тот же самый бесячий март:
время луж, время лживых сказок гидропонных цветов и тел, –
валентинки, сердца из стразов, море дури – а ты б хотел
настоящего, хоть на грошик, свет и темень родной души –
что не даст раствориться в прошлом…
 
Всё…
Целую. Люблю.
Пиши.
 
P.S.
 
Дни серее, длиннее ночи, в голове – только голос твой…
Это глупо, и даже очень, но глупее – совсем не то:
что болит, бережёт и снится – кинуть, будто ненужный хлам.
Самолёт – или крылья птицы? – режут небо напополам...
 
Горстку звёзд – половину рая – мне не нужно, что делать с ним?
Пополам и печаль, и радость. Значит, целое сохраним
на ладонях любви.
 
И мойры выпускают веретено:
пусть свободно плетёт узоры – превращая двоих в одно.

Проголосовали