I.
 
знаешь, у меня всё что у всех — целлюлит-седина-колит,
недовыплаканный смех, недолайканный общий вид,
лощины-морщины, цинична усмешка, крив рта уголок,
сеансы гламурных салонов туда же: невпрок-сырок,
сурок настигает, сурок бесконечный, суровый рок.
вот так постою с тобой по-над бережком-речкой-дугой,
половлю тени-блики, луч солнца над головой,
обернусь сентябрём-угрём, послежу катерки-курки,
погляжу, как мечут внахлёст сети-удочки рыбаки,
подышу тонким ветром осенним, послушаю злой матерок
и пойду, пока пёрышко в небе пишет чей-то последний срок,
а потом голубиной почтой его адресату несут,
призывною повесткой-судьбой меж мозолей в ладони кладут.
 
придержал мои пальцы в сухой и горячей горсти —
и я слышу: у сердца металл просвистел — и уже не спасти!
помогай тебе господи-боже на долгом и пыльном пути,
и прости меня тоже, быть может сумеешь, прости!
я печаль твою кожей несу и суметь бы её донести:
не раздать, не разъять бы, на атомы не растрясти..
 
..сквозь трамвайный звонок, на восток — ах, позвольте, позвольте пройти!
 
 
II.
 
зацепиться случайно сердцем за крючок-ништячок рыболова,
смаковать макуху, макову росинку, снова-здорова,
подержать в ладонях кончики пальцев — побежалость-жалость:
да я оставлял, вот те крест, звал с собой, только ты не осталась!
нет, не осталась ты, и не сбылась, не сошлась как пасьянс, вслед не оглянулась,
покачалась с мыска на пятку, углами губ улыбнулась,
и пошла странной походкой витой, как по болотине птица,
по неметенной мостовой, по серым осенним лицам,
вдоль унылой жизни моей, в направленьи земного рассвета,
я стоял на ветру, растягивал трамвайный звонок
на невыносимый литавр конца света, разрезал свою жизнь этим
звуком на раньше и позже, чтоб когда-нибудь, через добрую сотню лет-зим,
посреди ли монгольской степи, на площади в польше
повстречать тебя вновь, на рогатину сна напоровшись
чутким сердцем седым, не щадя ни желудочков и ни предсердий.
я сто раз уходил-годил, наглотался нездешних поветрий,
я калёным железом травил, в океане солёном топил бесконечную память свою,
изворотливый, злой, гибкий вервий.
 
пощади меня, тонкая кость, карий глаз, мой манок, мой силок-оселок,
моя дудочка крысолова!
..только леса натянуто-сладко дрожит,
и стальной крючок сердце рвёт снова, и снова, и снова..
 
 
14-16.09.2016г. (в праздник Середины Осени) г. Ростов-на-Дону, Пушкинская, 173А

Аудиозапись

00:00

Голосовать

Оценка жюри
12.11
Общая оценка
16.11
Народное голосование
4

Проголосовали