Угрызения совести

Ни убавить, ни прибавить, Ни поправить, ни направить, И на медленном огне всю жизнь гореть... Если дал ты мне, Господь, такую въедливую память, То зачем не дал мне сразу умереть?..

мечты и вещи не краду с марксистской этикой в ладу внимаю мыслям гения но гложет червь сомнения посыплю дустом пофигизма дождусь победы коммунизма

Ты редким меня рисовал экземпляром, Успела поверить в твою правоту. Вселился в наш омут немыслимый дьявол, Оставил в душе тяжкий груз, пустоту. Признали ошибку. Сердца повинились, Нам нечего в жизни делить на двоих. А души клещами за строчки вцепились. О! Как он прекрасен создания миг!

Я не хотел тебе писать, С былым надеясь распрощаться. Меня ты стала посещать, Я сам себе боюсь признаться, Что я по-прежнему люблю, Когда тебя во сне ласкаю, И как всегда боготворю, С надеждой имя повторяю... Да, я отверг твою любовь, Все говорили, мы не пара. Теперь кусаю губы в кровь, Любви настигла меня кара. Ты гордая и не простишь, Я это сердцем понимаю. Обиду на меня таишь, Мой шанс упущен, это знаю. Прочти последнее письмо, Зачем пишу, не понимаю. Быть вместе нам не суждено, Но как мне жить теперь, не знаю...

Про дождь вы мне не говорите, Что он никчёмной грустью полн. Он на волнах былых событий Качает память, словно чёлн. Вот незабытого детдома Приносят волны зимний двор – В нём снеговик стоит в три кома: На них так ярок был узор! А вот и двор любимой школы. Ну разве можно позабыть: Уроки, баню и уколы, И драки – как же им не быть. Гляжу – взбираются на плечи Катящейся ко мне волны Друзья. О, как же вы беспечны! Непозволительно юны! «Непозволительно» – не слово, А мудрость прожитых мной лет. Зачем она твердит мне снова, Что кто-то сед, кого-то нет…

Обходиться малым в жизни – глупо, Бояться ярко жить – так это тупо. Живу я раз, покуролешу круто, Блесну разок, отчаянно, не скупо. Вокруг кричат, что пропаду в аду! Надеюсь, буду в райском я саду. Вся наша жизнь – нечестная игра, А все вокруг – сплошная мишура!

Живите, в прошлое не глядя, Его, как шарик, отпустите. Хоть жизнь совсем не в шоколаде, Простите всех, себя простите. Не бойтесь изловить удачу, Пытайте счастье ежечастно, День нынешний, и не иначе, Важней всего. И то прекрасно!

да сколько ж можно киснуть в грусти нырну в загулы с головой я не shaman но тоже русский высокий светлый деловой

Сегодня только тихой грустью Рисует память эти дни, А мы с тобой опять одни И наши реки бли́зки к устью. Тогда ты тоже промолчала, А я никак не мог сказать О страсти что могла пылать И без конца, и без начала... Ты занята, я несвободен. Ты одинока, я один - Тогда хватило двух причин Средь поводов, почти двух сотен. Всё было правильно и верно Прошло всё так, как до́лжно быть... Нельзя любить, но разлюбить Нам было ношей непомерной.

Много наверное в жизни совершено ошибок, по глупости, по незнанию, из-за фальшивых слёз и улыбок... Ах, если бы знал заранее, не страдал бы затылок.

"Выводи по пять! Раздеться! Лицом к стене!" (грузовики у входа уже ждут "продукцию") Тонкие, змеиные губы скрипят в тишине: "Всё во имя неё - прекрасной революции! Мне плевать! У меня приказ! Значит так надо, чтобы мир изменился, стал добрым и сказочным! Да, пока что бетонный подвал, закон и порядок... А для совести муторной - пол-литра достаточно"

Ставлю оценку себе невысокую. Не из кокетства, не подлинной скромности – просто я, качеств таких не исполненный, несовершенными пользуюсь строками для выраженья души, что надеялась мир постигать и себя в нём не крошкою, а создающим большое хорошее, что для людей и с людьми же и делалось. Только слова пуще дела не ценятся, делать же ставят лишь то, что приказано – баре те столь одержимы фантазмами… Станешь мукой в жерновах этой мельницы. Вот и не пыжусь в тиши уже комнаты. На людях отбывать принуждение – брезгую. Глазу – стыдобою жжение. Сердце – перу. А перо, оно…, полноте.

Сгрызть меня пыталась совесть, Получилось урезонить И отправить в никуда Без особого труда. Но пришла зачем-то память, Чтобы жизнь мне устаканить, Нагнала стада стыда. Слушай, совесть: "Ходь сюда!"

Если бы было в судьбе мне возможно Ластиком сердца ошибки стирать, Я заменил бы на "вовремя" "поздно", И дописал бы: "Живи долго, мать..."

Откипели без возврата страсти Из безумств сколочен наспех крест, Знаю я превратности и счастье, Знаю я и перемену мест. И уже не то, что было прежде Зачеркнул я глупое вчера, Не томлюсь по прошлому в надежде, Отпевая грустью вечера. Ни к чему теперь тоскою давней Всё, что откипело бередить, Показалось даже, что забавней Кандылять за тем, что впереди. Источник: https://poembook.ru/poem/2241079-smirenie

Угрызения? Без сомнения! Вожделения. Прегрешения. Помутнения. Просветления. Направления. Исправления. Исповедь стихотворения.

Как страшно выть на кладбище пустом, когда дышать и плакать больше нечем, когда под каждым камнем и кустом мерещится притихнувшая нечисть, и березняк кладбищенской стеной дрожит, тревожа темень, над оградой, и рядом нет компании честной, с которой хоть в загул, хоть сразу падай, да хоть куда, хоть с песней прямо в ад, а землю пусть огонь весёлый лижет. Никто из наших не был виноват, и ты не виноватый в том, что выжил. А что теперь? И помыслы чисты, и встречи поминальные не часты, а вот сидишь и кипой бересты себя заткнуть пытаешься сейчас ты.

В глубине души, в собачьей будке Совесть недобитая живет. С голодухи гложет незбудки И нарциссы горькие жует. Дочиста подъета антитеза, Разгуляться не пускает цепь. Роет душный пол, на стены лезет, Засыпает с болью на лице. Лишь во сне жива и беззаботна И сыта, до одури сыта. И принять готова что угодно, И белее белого листа.

Мне от любви до нелюбви – один шажок. И – без оглядки. Зачем нужны мне обещания твои? Ты предал. Письма изорви. А я вздохну… Слеза – украдкой. На веки вечные судьбу перекроим.

Рвать и держать - времени было тьма. Плод разглядеть - времени снова мизер. Трудно не пасть и не сойти с ума. Только мечта - с яблони той огрызок.