Глава 1. Пролог
Вечер к морю тихо звал меня,
Как в мечтах забытых, светлых.
Вдаль судьба чередою уносила,
Где волны плещут, играя с ветром.
В тишине я слышал зовы,
Сквозь туманы — ясный след.
Там, где дух неугасимый,
Страж хранит — незримый свет.
Страж:
— Будь героем честным, верным,
Береги любовь в пути своём,
Учись не гаснуть в тяжких испытаниях —
Пусть в душе живёт твой огонёк.
И этот свет в глазах твоих горит,
Как утро нежно проникает в сон,
Я вспоминаю, как душа поёт,
Когда цветёт в душе восходящий дом.
Глава 2. Воспоминания в пути
На тихом заревом просторе
Глаза твои сияют по утру.
Ты — как солнце на летнем взгорье,
Река поёт, встречая берега уют.
Твой смех звенит, как колокольчик в поле,
Где ветер стих, и небо — как хрусталь.
Над ним — как вздох — застыло время,
Как вечер тёплый — дивное виденье.
Ты для меня — как синичка над рекою,
Летишь со мной, несёшься в высь мечты.
Твой образ рядом, он передо мною,
Ласка дарит нежность и покров.
Пусть не покинет нас простая вера,
Сквозь гром и бури ведёт тропой любовь,
В доме наших сердец и теплоты вновь.
Глава 3. Встреча
На дальних берегах, где шумит прибой,
Внезапно явилась ты мне под луной.
Русалочка — дар моря влюблённого поэта,
Ведёшь меня в сновиденья лета,
Прельщаешь взглядом уголки души.
Русалочка:
— Я — голос прибоя и шёпот волн,
Не отпускай меня — сердце храни.
Разлука нам не страшна никогда,
Волны несут меня в объятия тумана,
Где ночь хранит секреты океана.
Герой:
— Словно капли мёда в солнечных окол,
Каждый штрих твоих глаз в душу мне вонзён.
Как свет в темноте — Венеры таинственный взор,
Твой образ — как ветер, что гладит волны нежно,
И в сердце моём живёшь, любовью безмятежно.
Но уходят дни, и тени прочь бегут,
В душе сквозит тревога и холодок,
Любовь хранит сердца свет и звон чудес,
Но тёмный вихрь разрывает покой лес.
Глава 4. Перемены
Уходили дни — вечерние сумерки,
Как в небе тучи, таяли без следа.
Думы скользили меж забот и скуки,
Я вновь вращался в суете дел важных.
Покой лишь тенью оставался в жизни,
Листом бумажным — хрупким и пустым.
Сердце искало тихой равновесности,
Душа летела в мир неведомый, родимый.
В тот вечер забыл я дорогу к морю,
Не вышел на берег — и не встретил тебя.
Лишь издали глядел, сквозь сине-золотой свет,
На образ твой, уносимый волной навсегда.
Ты уходила вдаль, за грань заката,
В тающий сумрак последнего дня.
А сердце, дрожа, словно тонкая пелена,
Плыло меж грёз, не найдя тебя.
Но в этой тьме рождалась тихо мечта,
Веду искать тебя в волнах огня,
Я в даль плыву, что манит без конца,
Чтоб обрести души своей конца.
Глава 5. Поиски
Объездил моря и далекие океаны,
В каждой бухте искал светлый образ твой.
У солнца спрашивал, у луны и светил —
Но Русалочки моей свет не видел.
Светлячки сияли в безбрежном просторе,
Искал ладонь твою в каждой волне.
Тосковал по ласке, что ночью грела, —
По нежности тихой, ушедшей в мечты.
И тишина в сердце пела без ответа,
Как шёпот ветра сквозь старые дюны.
Звёзды мерцали — мне путь указывая,
И набрёл я на удивительное место,
Где зарождалась совесть, где был я наедине
С самим собой — меж дьяволом и Богом —
Выбор острый, как меч, и долг мой неизменен,
Где веет живой огонёк надежды,
Манящий меня в безбрежные дали,
Где светлым факелом горит мечта моя.
Иду сквозь шторм, сквозь ночь и тьмы тропы,
В надежде найти тебя и покой души.
Глава 6. Веяние живого огонька
Живой мой огонёк, что годы греет,
Ты в бурю будь мне крепкой стеной.
Пусть ветер мчит над зыбью моря —
Не погасит свет твой живой.
А если тьма ко мне вдруг придёт,
Оскалясь, как зверь ночной,
Ты стань лучом в моей глубине,
Прорвись сквозь мрак, что глух и немой.
Я знаю — даже в глухой мгле
Тлеет искра новых дней.
Ты — моё дыхание в тьме,
Ты — причина быть сильней.
Горишь. Молчишь. Терпишь. Светишь.
Без тебя — словно свет погас.
По тихим водам моря я иду,
Чтоб к Русалочке дорогу найти.
Глава 7. Встреча с мудрецом
По тихим водам скользила тень,
Слыхал я о мудреце далёком,
Что меж звёзд живёт и зорко взор
Ведёт мир к свету ясного дня.
Спросить у мудреца совета,
Куда же путь мне укажет он,
Где вспыхнет ярко свет надежды,
Где найти ту, что ждёт меня.
Там не увидел я берёзок,
На вершине, где горят огни,
Сидел мудрец в задумчивости —
Пришлось карабкаться мне ввысь.
По ветвям тонким, но крепким,
И всю жизнь вверх поднимался я,
Пока осознал, где был не прав,
Кого обидел я ненароком,
Где в борьбе стоять должен был,
Тайна пути мне открывалась —
Куда ведут и шаги, и ночь,
Как жить — у звёзд я узнавал.
Всё выше, выше поднимался,
И краше путь был выстлан мной
Из планет далеких, восходящих,
Что пляшут зорко своим взглядом.
Дороги светилам выстланы,
Манят их миры вдалеке,
Я трепетал, не знал, что ждёт
В глубоких глазах мудреца.
Сидел он тихо, взор как звёзды,
В руках клюку держал из развилок —
Знак вечного пути и силы,
Что ведёт сквозь мрак и шум времен.
Мудрец молвил, словно ветер:
— Слушай вечность, голос тишины!
Если любишь и ищешь ту,
Ради которой выберешь свет, —
Выбирай одну из светящихся
Дорожек межпланетных.
Я выбрал ту, что из золота,
Путь ярчайший меж звёзд и света.
Мудрец сказал:
— Она поведёт к Купцу —
Быть может, он поможет,
Укажет путь к любви твоей.
Зов к огоньку:
— О, огонёк мой живой!
Веди меня сквозь вечные тьмы,
Подскажи, где та тропа звёздная,
Что к Русалочке сердце ведёт.
Мудрец стал считать звёзды,
И напоследок дал совет:
— Любовь тем сильней, чем сердце горячей,
Она — в Русалочке и в душе твоей.
Пускай свет ведёт тебя сквозь тьму и сомненья,
Несёт покой и путь хранит в судьбе.
Глава 8. Тропа злата
Шёл по тропе, что золотом соткана,
Где каждый шаг — мерцающий мираж.
Хранитель злата, взгляд его тоскливый,
Ловил лишь блеск, не слушал сердце.
Купец прищурился: «Ты здесь, мой друг,
Весь мир пред тобою — как взмах крыльев ветра,
Летящий в высь за мечтой и зарёй.
Луна и солнце — лишь блики поэта.»
Я в ответ ему: «Пуст твой звёздный прах,
Не греет блеск твой холодный меня.
Жажду лишь я вернуть любовь, что в страх
Сковала сердце и назначила судьбой».
«Брось золото в глубины морей, —
Пусть Русалочка свет его узрит, —
К тебе приплывёт, как тихий пыл
Мечты, навек покинувшей свой причал».
Купец меня взглядом сухим пронзил,
С горькой улыбкой молвил тихо он:
«Ах, как прекрасен этот мир, где всё,
Что хочешь, купить можно за злато!»
Монеты сыпал я в волны звонкие,
И море окрасилось в золото.
Но лишь прибой, смеясь и грустно шепча,
Твердил мне: «Нет в злате счастья светлого,
За блеском злата — лишь звон, что душу сковал».
(Продолжение, как будет время, напечатаю. Простите…)
