Ищу Критика

Продолжаем... Лирическое отступление. Тем, кто не застал первых выходов рубрики, а таких, я знаю, большинство, должен повторить, что советы и замечания делаются не для неукоснительного их выполнения, а с целью – показать, как стихи смотрелись бы лучше – по большому счёту, то есть – к чему автору нужно стремиться. Не всегда даже гению удаётся создать технически идеальное произведение. Авторы зачастую вынуждены жертвовать одним ради другого, на первый взгляд, одним им ведомого. Так, например, думаете, Маяковский не понимал, что «Товарищу Нетто, пароходу и человеку» – звучит неловко, даже не вполне этично по отношению к памяти погибшего дипкурьера Теодора Нетто? Даже если и не понимал, то не мог не услышать негативное мнение по вопросу – от Осипа Брика, мужа своей подруги Лили, который наставлял Владимира Владимировича в литературе на путь истинный и издавал его стихи, опуская глаза на его тесные взаимоотношения с женой.. Думаете, мог Борис Пастернак не слышать фонетических проблем и спорных моментов в своём гениальном стихотворении «Любить иных – тяжёлый крест…»? «…прекрасна без извилин…», «…шелест новостей и истин…» Ещё как слышал, ведь он был ещё и скрипачом, пусть и без идеального слуха. Но пойманная гением тонкая поэтика текста заставила ошибки сохранить. Правда, есть у Пастернака моментик, который он либо не заметил, либо оставил, специфично понимая стилистику языка, – в стихотворении «На ранних поездах»: «Я под Москвою эту зиму, Но в стужу, снег и буревал Всегда, когда необходимо, По делу в городе бывал…» Не нужно быть филологом, чтобы увидеть двойной ляпсус: во-первых, в предложении нарушено единообразие подачи действий – в первой части глагол опущен, в то время как во второй стоит «бывал»; во-вторых, отсутствие того глагола как бы указывает, что и к первой части относится глагол второй части, что не соответствует описываемому: под Москвою (в Переделкино) поэт не «бывал», а жил «в эту зиму». Об этом и говорит противопоставление частей союзом «но». Тем не менее, стихи живут и звучат, и весь текст подтверждает высокий уровень поэтического слога. Но вполне понятно, что без ляпсусов стихи бы только выиграли, а найти верный вариант без досадных потерь – в этом случае было Пастернаку, как мне видится, по силам. Это – не тонкая любовная лирика, где поэтика подчас висит на невидимом волоске. Гораздо более грубая стилистическая ошибка сидит в стихотворении Иосифа Бродского: «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку. Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку? За дверью бессмысленно все, особенно — возглас счастья. Только в уборную — и сразу же возвращайся. О, не выходи из комнаты, не вызывай мотора…» Два совершенно одинаковых по структуре предложения, открывающие строфы, здесь лишены падежного единообразия. Если написано в винительном падеже «не совершай ошибку», то должно стоять «не вызывай мотор», Если же брать за основу родительный падеж «не вызывай мотора», то – «не совершай ошибки». Но Бродский этого явно не знал в силу отсутствия литературного образования. Про «Шипку» и «Беломорканал» продолжать не буду… Можно приводить в пример и множество других ошибок у классиков, но для иллюстрации моей мысли приведённого материала – достаточно. Стихи наших авторов, подающих оные на разбор, далеки по уровню и качеству от классических, но это не даёт им прав не стремиться к высотам русской поэзии. Над этим мы с вами здесь и работаем. Сорокин Владимир -https://poembook.ru/poem/2849365-pograpnichnik ПОГРАНИЧНИК Всё как вчера: тают звёзды в глубинах моря, Лунные блики дарят простор эфиру – Этих глубин пограничник спускаюсь с гор я, Сменив на ночное море пространство мира. И я погружаюсь на дно, как лихое слово, Как в небеса погружался, пока был светел День, но теперь он завешен тяжёлой шторой - Глубины его небес превратились в пепел. И был он един, но давно разделён хронос, Где прошлое с будущим как зеркала Линча, А между ними, то ли светел от звёзд космос, То ли – к морю спускается с гор пограничник. А за спиной его время /как будто небо/, Скоро опустится штора – станет былое. Ведь пограничник неисповедим, неведом И все на замке границы, ты спи в покое. Вот интересные стихи. Но это понимаешь – только после двукратного их прочтения. То есть – главный эффект постижения читателем авторского образа – безнадёжно утерян. Эмоциональный резонанс читателю с автором – не поймать. А всё потому, что опять-таки подкачала авторская пунктуация. Здесь много неточностей, поэтому я не стану захламлять пространство разбора замечаниями о неверной пунктуации, а приведу вариант с верной – ниже. Всё как вчера: тают звёзды в глубинах моря, - не стану считать, что автор опустил как несуществующее – ударение в глаголе «тают», потому как дольник-дольником, а ударения в словах никто не отменял, тем более – в двусложных. Поэтому в строке, если не показать паузу между «вчера» и «тают», при чтении возникнет сбой ритма, заключающийся в двух ударениях в слогах подряд. А паузу проще показать либо с помощью тире, но это – когда пауза невелика, – либо разрывом строки. Есть в поэзии такой инструмент. Даю верную пунктуацию, чтобы работать с текстом, не отвлекаясь на неё. Всё – как вчера: Тают звёзды в глубинах моря… Лунные блики дарят простор эфиру… Этих глубин пограничник, спускаюсь с гор я, Сменив на ночное море пространство мира. – это едва ли выражено точно. Сменив – действие совершенное, спускаюсь – несовершенное. Вероятно, автор имел в виду – «сменяя». Образ прочитывается либо как добровольное заточение лирического героя, либо как возвращение домой после путешествия, похода, прогулки… Посмотрим, как это раскроется сюжетом. И я погружаюсь на дно, как лихое слово, – довольно странное сравнение. Как лихое слово погружается на дно? Проще представить, как оно рождается дном. Почему лиргерой, кем бы он ни был, должен ассоциироваться с лихом? Как в небеса погружался, пока был светел – здесь образовался сдвиг ПОКАБЫЛ с не слишком благозвучным фонетическим продолжением «был светел». Читаешь, как съезжаешь по ступенькам на пятой точке). День, но теперь он завешен тяжёлой шторой: Глубины его небес превратились в пепел. И был он един, но давно разделён хронос, Где прошлое с будущим – как зеркала Линча, А между ними – То ли светел от звёзд космос, – здесь – тот же момент с ритмикой, что и в первой строке. Может, автору виднее, но я не вижу здесь необходимости ломки ритмики. Лишний такт убирается легко: «А меж зеркал – то ли…» То ли – к морю спускается с гор пограничник. А за спиной его время (как будто небо), – трудно воспринимать лексему в скобках, которая по сути – сравнительный оборот. И оборот – не вполне удачный, потому что не наводит читателя на мысль о конкретике сравниваемых параметров: глубина, бесконечность, неохватность, ведь у неба есть и другие, специфические качества, которые отнести к времени не получается, например, цвет и яркость, которые лишь в определённом, специальном, ракурсе можно отнести к времени или его течению. Ко всему – сам оборот по своей структуре – достаточно несовершенен, поскольку в нём использована служебная часть речи «будто», которая в настоящем ракурсе (как и «словно») лишь паразитирует на тексте. Лучшие сравнения в стихах – когда автор сопоставляет элементы непосредственно. Сравните: «плывёт, будто (словно) лебедь» – «плывёт, как лебедь» – «плывёт лебедем». Скоро опустится штора – станет былое. – это – не по-русски, здесь – творительный падеж – кем/чем, каким: «Время станет былым». Ведь пограничник неисповедим, неведом – И все на замке границы, ты спи в покое. Лирический герой так и остался для читателя загадкой, что автор и отразил в конечных строках: «неисповедим, неведом». В этом ракурсе он – не ведом никому, в том числе – и автору. Можно лишь догадываться, что это – некая нематериальная временнАя субстанция, как бы следящая за суточными циклическими процессами. Причём – несущая противоречивые качества: с одной стороны герой гарантирует благополучие окружающим («спи в покое»), а с другой – его возможности ничтожны перед субъектом наблюдения. Собственно, кроме лицезрения, ничего и нет. Я вынужден здесь повторить одно из основополагающих определений, касающихся применения образов в литературе: описание явления, не имеющего физической подоплёки, именуется красивостью. Видимо, не все это знают. Но стихи, повторяю, интересные, автор талантлив. Следующий автор тоже бездарностью не отличился, и фантазия у него работает не хуже. Kарыч https://poembook.ru/poem/2866976-dura дура кончились праздники а с ними и одиночество не так азартно кусает за пятки забирается всё выше выше пробирается глубже глубже за окном зима одинокая кухня женщина одинокая неизвестная художница Татьяна А. погода сегодня хорошая вот бы всю зиму так... сыплет и сыплет с неба пером гусиным вроде бы вышла только до магазина хлеба купить да чего-нибудь для кота... час пауков-снегопрядов и снежных сов брачные игры у них в январе в разгаре деву студёную катит на снежном шаре Пабло Пика́ссо а может быть Пикассо́... дура ты Танька всё то же из года в год... день проходила по городу бледным мимом зимняя сказка привычно проходит мимо вечер кофейник пыхтит засыпает кот дура ты Танька за тридцать а всё одна дура набитая чистым пушистым снегом это с тебя ведь когда-то писал Дейнека… дура набитая девочка у окна... Итак, приступим к анализу образца самоискательства, где автор не только пытается раздвинуть рамки своего творчества, но и прощупать заодно, в каких пределах это ему позволено. А позволено-то ровно настолько, насколько он сам себя хочет видеть в рамках – или за ними. И литературных рамках, и этических. кончились праздники а с ними и одиночество не так азартно кусает за пятки – азартно – эпитет явно не отсюда. Азарт и грусть (а то и тоска с депрессивными проявлениями) – не очень сочетаются. Напиши автор «нудно», я поверил бы ему. Да и не «кусает за пятки», а гложет изнутри. Давайте вспомним, как нарисовал одиночество Иван Алексеевич Бунин: И ветер, и дождик, и мгла Над холодной пустыней воды. Здесь жизнь до весны умерла, До весны опустели сады. Я на даче один. Мне темно За мольбертом, и дует в окно. Вчера ты была у меня, Но тебе уж тоскливо со мной. Под вечер ненастного дня Ты мне стала казаться женой... Что ж, прощай! Как-нибудь до весны Проживу и один – без жены... Сегодня идут без конца Те же тучи – гряда за грядой. Твой след под дождем у крыльца Расплылся, налился водой. И мне больно глядеть одному В предвечернюю серую тьму. Мне крикнуть хотелось вослед: "Воротись, я сроднился с тобой!" Но для женщины прошлого нет: Разлюбила – и стал ей чужой. Что ж! Камин затоплю, буду пить... Хорошо бы собаку купить. Но так страдают от одиночества – люди высокого интеллектуального уровня. А уровень пониже страдает так: Каменная леди, ледяная сказка, Вместо сердца – камень, вместо чувства – маска. И что? Больно всё равно. Одинокой кошкой, вольным диким зверем Никогда не плачет, никому не верит. И что? Больно всё равно. Одиночество – сволочь, одиночество – скука, Я не чувствую сердце, я не чувствую руку. Я сама так решила, тишина мне подруга, Лучше б я согрешила, одиночество-мука… В этом песенном эпатаже упоминается «одинокая кошка». Намёк на схожие с кошкой чувства автор проявляет и у лиргероини, отождествляя её в похотливых желаниях с мартовской кошкой, извивающейся на полу возле входной двери. Насколько этично писать подобное не о себе, а, тем более, о представительнице другого пола, – это как раз тот самый разговор о рамках человеческой этики. Спасибо, автор назвал только её имя, ограничившись в фамилии первой буквой, а не то – мог бы случиться судебный прецедент. Мужчина, унижающий женщину, казалось бы, безобидными словами… И здесь никакой роли не играет то обстоятельство, что повествование и раздумчивость идут от самой лиргероини. Важно, что мужчина это выставил напоказ. забирается всё выше выше пробирается глубже глубже за окном зима одинокая кухня женщина одинокая неизвестная художница Татьяна А. погода сегодня хорошая вот бы всю зиму так... сыплет и сыплет с неба пером гусиным – образ оригинален, но – точен ли?.. Хорошо – не страусиным. вроде бы вышла только до магазина хлеба купить да чего-нибудь для кота... час пауков-снегопрядов и снежных сов брачные игры у них в январе в разгаре деву студёную катит на снежном шаре Пабло Пика́ссо а может быть Пикассо́... дура ты Танька всё то же из года в год... день проходила по городу бледным мимом зимняя сказка привычно проходит мимо вечер кофейник пыхтит засыпает кот – насчёт кофейника – неудачно. Если он будет пыхтеть сколь-нибудь продолжительное время, в нём, вместо кофе, сварится бурда. дура ты Танька за тридцать а всё одна дура набитая чистым пушистым снегом это с тебя ведь когда-то писал Дейнека… дура набитая девочка у окна... На самом деле – если искательства укротить до пределов человеческой этичности, психологическая зарисовка-то получилась весьма славная. Вот только зачем автор полез раскрывать психологию другого пола в стихах? В литературе это не проходит, это – известная аксиома. Гендерность в лирических стихах строго привязана к автору. Думаю, и главная текстовая ошибка автора в этом стихотворении случилась именно в силу нарушения табу. Но да он – молодой ещё, научится, тем более, что не останавливается. Удачи обоим авторам. А лучше – успехов, результатов в устремлениях и трудах. Их перспектива видна.