Литературная Гостиная
Автор рубрики: Иванна Дунец
31 января 2021
«Углы моей жизни»
|эссе|
Если бы ты знала, как устроен мир, девочка, ты бы не рисовала на парте солнце, ты бы сидела и плакала...
Сельский учитель естествознания
Мне много рассказывали о картине Казимира Малевича«Чёрный квадрат». Какие-то невероятные истории, что будто бы, если долго на него смотреть, твой разум перейдёт в другое измерение, что вдруг начинаешь понимать лучше вселенную, и на короткое мгновение у тебя появляется шестое чувство. Я не верила, ко всякой разной мистике я отношусь с предубеждением, но однажды решила проверить. Поехала в музей с чётким намерением провести над собой психологический эксперимент. Мне было интересно, какую психическую деформацию выдаст мой разум, если я, как страшный фанатик, уставлюсь в эту картину и буду долго-долго в неё «пялиться». То есть, сами понимаете, установка у меня была самая серьёзная, внутри себя я решила, что не уйду из музея, пока не почувствую вторжения в мою голову чего-нибудь необычного.
И вот я в музее, спешу, прям, лечу к единственному важному для меня объекту, все остальные великие и малые произведения проплывают мимо меня, как льдины мимо «Титаника». Они мне абсолютно «по борту», я ищу свой айсберг. И таки нахожу его. Признаюсь честно – без всякого придыхания, без какого-либо трепета в груди, без малейшего волнения, а с полной черепной коробочкой скептицизма, гляжу я на это плоское моно-чудо. Квадрат как квадрат, ничего интересного, кроме скуки и разочарования, не вызывает, никаких эмоций. Но я решила твёрдо – буду смотреть! Минут десять я боролась с собой, вперив взгляд в черную гладь картины, силясь почувствовать хоть что-нибудь, ежесекундно прислушиваясь к себе. Ну, хоть что-то. Нет, какая-то беспросветная безнадега. Секунды стучали в голове гулким набатом. А минуты казались бесконечным товарным поездом, последний вагон которого ждёшь с неописуемым нетерпением. И вдруг на исходе второго десятка противно длиннющих минут я почувствовала, как нечто странное нарастает в груди, необъяснимое чувство формировалось у меня внутри.
— Вот! — радостно подумала я. — Началось. Ну, давай, выползай, мистицизм, я жду тебя с распростертыми объятиями. Может быть, мир покроется поволокой тумана, лёгкий психоз, изменённое сознание? Давай, мистерия, бери меня, я готова!
Однако, кроме непонятного напряжения, ничего не происходило, я начала переступать с ноги на ногу. Где же ты, спонтанный выплеск психического? Сколько тебя ждать? Я вновь с осторожностью кошки, стоящей перед гастрономом, прислушалась к себе. Неожиданно до меня дошло – это нарастающее непознанно-мистическое нечто – всего лишь раздражение от осознания того, что я теряю время зря. Я стала злиться, а когда я злюсь, я становлюсь очень язвительной. Подойдя вплотную к картине, я заговорила внутри себя.
— Ты полная фигня, просто одноцветная квадратная мазня, даже чёрная дыра в отличие от тебя круглая, а ты полное ничтожество! Нет ничего в природе, чтобы хоть чем-то походило на тебя, в тебе ни единой круглой линии, ни одного намёка на чувства: ни любви, ни ненависти. Даже если бы на твоём месте был изображён сатана, и то к нему у меня было бы больше сочувствия, чем к тебе, уродец – тот хоть ангелом был когда-то, а ты чем был? Замыслом чего, воплощением какой идеи? Ты даже не пустота, в пустоте можно что-нибудь изобразить, чем-нибудь её заполнить, а ты уже заполнен чернотой, причём чернотой никакой: это не ночь и не зло, потому как ночь имеет свои краски, а зло свои образы. Ты нечто, не существующее в природе, ты отсутствие пустоты, невозможно создать что-либо более бесполезное, чем ты. Да, чёрт побери, что в тебе такого, что люди, брызгая слюной, визжа, сходят с ума?!
По мере произнесения моего монолога я распалялась все более и более, на какой-то момент мой мозг перестал даже выдавать слова, а сердце билось в бессильной злобе. Через силу дышала я носом, выпуская из себя все беды и болезни мира.
— Что ты? Что ты такое? Тьма над бездной? Но где бездна, а где тьма? Я сама сейчас стану тьмой, потемнее тебя, потому как, в отличие от тебя, я живое существо и тьма моя бесконечна, как бесконечна любая противоположность богу, а ты так и остаёшься просто рисованным квадратом!
Поговорив ещё некоторое время с квадратом в подобном духе, я почувствовала безмерную усталость, мысли мои стали путаться, превращаться в эмоции и затем полностью поглотились какой-то тёмной рекой. Река была текучая, разнооттеночная, страстная, быстрая, бурлящая, но совершенно невыносимая. Так и не получив от ненавистной картины ответа, я вслух практически крикнула:
— Я ненавижу тебя! Я тебя не понимаю! Но я пойму!
Затем я начала шептать какие-то не очень литературные слова. Но это уже было слишком. Хотя в тот момент мне так не казалось, все те слова, словно заговор колдуньи, исходили из меня, растворяясь в воздухе, и чего я пыталась добиться таким действием, было непонятно мне самой.
— Кто ты? Кто?
Усталость, бесконечная усталость – единственное чувство, которое я приобрела в общении с чёрным квадратом, и больше ничего. Ещё я почувствовала себя разочарованной и обманутой. Чёрный квадрат как будто съел меня целиком. Если это и есть тот мистический эффект, о котором все говорят, то он весьма прескверный.
— Все, сдаюсь.
Я решила отступить. Опустошённой и одинокой вернулась я домой. Долго сидела, тупо уставившись в стену.
— Какой вывод я должна сделать? Что мне теперь сказать себе? Я слабая? Я глупая? Кто я? Что за человек? Плохой? Хороший? Может, я сама чёрный квадрат? Нет, я живая, и даже если умру, квадратом не стану. Чёрных квадратов вообще не существует. Надо быть полным ничтожеством, чтобы нарисовать чёрный квадрат. Это издевательство над человеческой душой, насмешка над всем светлым и чистым.
Так решила я в итоге. Накинув куртку и взяв тёплые перчатки, я выбежала на улицу, тёплый месяц светил над моей головой, он мне улыбнулся. «Привет», — сказала я ему и улыбнулась в ответ. Стало как-то легче. Я двинулась вдоль дорожки, освещенной фонарями. Настроение улучшилось. Мне казалось, я убегала от кого-то, или даже из чьих-то крепких объятий.
— Надо бежать. Бежать туда, где нет чёрных квадратов, потому что там есть жизнь! И… смерть. По крайней мере, там хоть что-нибудь есть.
