Литературная Гостиная

Литературная Гостиная

27 октября 2019

Автор рубрики: Иванна Дунец

Дайан Китон

«Кое-что ещё…»

|англ. «Then Again», мемуары, 2011|

«Интересно, как бы изменилась наша жизнь, получи мама титул “Миссис Америка”? Стала бы она выступать на телевидении, как Бесс Майерсон? Или ездить с лекциями, рассказывая о прелестях бытовой техники Philco? Или писать колонки в журнал McCall? И что бы стало с моими мечтами о славе, если бы реализовались мамины мечты? Тогда титул достался чьей-то ещё маме, но меня это мало волновало: я просто радовалась, что мне не придется делить маму с остальным миром…»

Д. Китон

Жизнь каждого человека начинается с трёх главных моментов. Первая боль — вдох. Первый крик — наши реакция и стремление сказать окружающему миру, что нам больно. Первые взгляд и прикосновение мамы — рождение надежды, что её любовь будет самым стойким и вечным обезболивающим средством в данной реальности. Таинство этих трёх незыблемых вещей — бесценно. Мы можем не помнить их, мы можем никогда и не задуматься о них, но на протяжении всей нашей, такой сиюминутной в планетарных масштабах, жизни они будут иметь огромное значение для нас самих.

Я люблю читать мемуары. Мне интересна история жизни человека. Интересно слышать человека. Интересно интерпретировать и отражать в зеркале бытия одну миллиардную чуда творения личности. Но при этом я очень редко пишу обзоры на книги подобного жанра. Почему? Не знаю. Можно, конечно, создавать, своего рода, play (book) листы людей мира. Можно. Возможно, обзором мемуаров «Then Again» Дайан Китон им будет положено начало. Время покажет.

Из аннотации к книге:

«У Дайан Китон репутация самой умной женщины в Голливуде. В этом можно легко убедиться, прочитав её мемуары. В них отразилась Америка 60-90-х годов с её иллюзиями, тщеславием и депрессиями. И все же самое интересное - это сама Дайан. Переменчивая, смешная, ироничная, неотразимая, экстравагантная. Именно такой её полюбил и запечатлел в своих ранних комедиях Вуди Аллен. Даже если бы она ничего больше не сыграла, кроме Энни Холл, она все равно бы вошла в историю кино. Но после была еще целая жизнь и много других ролей, принесших Дайан Китон мировую славу. И только одна роль, как ей кажется, удалась не совсем - роль любящей дочери. Собственно, об этом и написана её книга “Кое-что ещё…”.

Сергей Николаевич, главный редактор журнала “Сноб”»

Дайан Китон. Талантливая актриса. Умная женщина. Сильная. Открытая и закрытая, одновременно. Муза Вуди Аллена, Аль Пачино и Уоррена Битти. Я люблю её фильмы. Люблю её образы. Все эти несуразные шляпы в попытке спрятать своё лицо (себя) от этого мира. Все эти странные «унисекс» брючные костюмы и галстуки. Невероятно красивую улыбку. Такую искреннюю и открытую, что становится неловко от того, что ты не улыбаешься в ответ. Сказать, что мне было не интересно увидеть её путь и размышления во время оного — неправда. Меня всегда восхищала её история. Но, как она сама её трактует? Вот в чём вопрос. Её зазеркалье, думала я, должно быть нестандартным. Не 90-60-90. А более сложное и настоящее. Знаете, Дайан Китон у меня всегда ассоциировалась со стойким оловянным солдатиком Андерсена, почему-то. (Открою вам секрет, девчонки тоже могут им быть). Но, только прочитав её книгу, я поняла, что невольно угадала её настоящую. Так бывает.

«…Мое первое воспоминание – тени на стене, складывающиеся в узор. Лежа в кроватке, сквозь прутья я вижу женщину с длинными волосами. Она загадочная и непонятная – даже когда склоняется надо мной и берет на руки. Мне кажется, я уже тогда знала, что жизнь в этом мире будет странной и неоднозначной, но притягательно прекрасной. И на протяжении всей этой жизни я буду пытаться понять свою маму. Было ли оно так на самом деле или я это придумала уже сейчас, сложно сказать…»

Я прочла её историю за два вечера. Но сказать, что это была её история — слукавить. Это её дар памяти человеку, который до конца своей жизни был для Дайан тем самым обезболивающим. Мама. Дороти Диэнн Китон Холл. Человек, который научил Дайан видеть. Человек, который верил в неё. Как никто другой. Никто! История мамы. История жизни одной из мам в нашей реальности, отраженная дневниками и коллажами. Тайна жизни Дороти, рассказанная миллионам людей, чтобы хотя бы на миг вернуть её самой Дайан.

«…Однажды, когда в середине семидесятых я как-то приехала домой, во время проявки фотографий Атлантик-сити в темной комнате я наткнулась на кое-что совершенно неожиданное: что-то вроде блокнота, вместо обложки у которого был коллаж из семейных снимков. На блокноте виднелась надпись: “Важен процесс, а не результат”. Внутри обнаружились еще коллажи из фотографий и журнальных вырезок, но большая часть страниц были заполнены убористым почерком. Этот блокнот был не похож на все остальные мамины записные книжки с вклеенными внутрь черно-белыми снимками, разрисованными салфетками из кафе “У Клифтона” и моими позорными табелями с оценками. Этот блокнот оказался настоящим дневником.

Запись от 2 августа 1976 года гласила:

Если ты, читатель моих записок из будущего, добрался досюда – БУДЬ ОСТОРОЖЕН! На этих страницах я пишу только то, что думаю. В настоящий момент я вне себя от злости. Причина этому – Джек и все те скверные слова, что он сказал мне. Я НЕ простила и НЕ забыла их – и в этом, похоже, все дело. “Чертов ублюдок”, – это уже мои слова, прочувствованные на все сто. За кого он вообще себя принимает?

Тут я и остановилась – это было уже чересчур. Я не хотела знать подробности личной жизни родителей, особенно те, что могли разрушить мою веру в искренность их любви. Так что я убрала дневник к остальным восьмидесяти пяти блокнотам, вышла из темной комнаты и не открывала их вплоть до маминой смерти спустя тридцать лет. Но, как бы я ни пыталась делать вид, что дневников не существует, они то и дело попадались мне на глаза: на книжных полках, в кухонных ящиках и на тумбочках. Однажды, просматривая новый фотоальбом “Сто один цветок”, в нем я нашла дневник, озаглавленный “Кто сказал, что ты безнадежен?”. Он словно нашептывал мне: “Открой меня, Дайан. Прочти меня, Дайан”. Ну, уж нет, второй раз я на это не решусь. Хотя, надо сказать, меня восхищало мамино упорство – она продолжала писать, будучи абсолютно уверенной, что ее творчество никто и никогда не прочтет…»

Но, когда вы начнёте читать, то увидите, что и Дайан не обделена голосом в этой книге. Она не только пытается услышать Дороти Холл, но и сама пытается сказать всё-всё недосказанное где-то когда-то кому-то. Маме. Папе. Брату. Сёстрам. Детям. Вуди. Алу. Уоррену. Киноиндустрии. Лос-Анджелесу. Америке. Людям. Планете.

Откровения. Смелость, с которой она идет на человеческую «голгофу» достойна уважения. Так искренно обо всём. Летяще. С юмором. С болью. С какой-то невероятной энергией счастья быть самой собой. Несмотря ни на что. Не отрекаясь от себя во благо кому-то или чему-то. И знаете, я стойко-оловянно уверена, что её приемные дети — тот самый космос Дайан — счастливы быть рядом с ней. И, возможно, когда-то Декстер нам расскажет свою историю. Вернее, историю своей мамы. Дайан Китон. 

Дайан Холл Китон.

Девочка, считающая всю жизнь себя некрасивой, — одна из самых прекрасных людей.
Долгих и, по-прежнему, настоящих ей лет!

P.S: Жизнь каждого человека завершается только одним главным моментом.

Последний выдох.
Мы исчезаем?

«Так почему же я решила написать эту книгу? Потому что мама ещё не ушла до конца. Потому что она сама пыталась запечатлеть историю нашей семьи в своих записках. Потому что мне понадобилось несколько десятков лет, чтобы понять: прелесть мамы была в её непонятной, неоднозначной натуре. И потому что я не хочу, чтобы она исчезла без следа – хотя это уже и произошло…»