Литературная Гостиная
Литературная Гостиная
11 октября 2018
Ведущая рубрики: Иванна Дунец
«Сталкер»
|эссе|
Сложно создавать классику во второй половине 20-го века. Огромное количество предшествующих творцов в своих произведениях уже вдоль и поперёк избороздили поля человеческой психологии и моря всевозможных сюжетов. Но братьям Стругацким удалось создать произведение, получившее отклик и признание во всём мире. Фантастическая повесть «Пикник на обочине» (1972 г.) — это классика уже наших времён. Психологическая составляющая произведения, в общем-то, ничего нового не преподносит, но сюжет и ракурс, в котором всё это происходит, очень свежи, интересны и необычны. И это, на мой взгляд, главное достоинство «Пикника…» как фантастическо-драматической вещи. В подробности сюжета я не стану углубляться не только по той причине, что формат Чтений не позволяет этого, но и потому что (надеюсь) произведение не нуждается в особом представлении. Ведь его экранизация в 1979 году стала поистине знаковым явлением в мировой культуре. Это кино просто нельзя не знать, не смотреть. А, если у кого-то в этом деле имеется пробел, то считайте моей целью заинтересовать вас этим удивительным произведением, изменив ваше отношение к нему.
Почему нужно смотреть и пересматривать «Сталкера»? Прежде всего, потому что фильм не просто философский, а проповедующий нам о том, что если мы перестанем философствовать, то потеряем смысл своего существования. И ещё, если какая кинолента и оправдывает свой статус «художественная», то данный фильм – прежде всего. Художественная эстетика в нём на такой высоте, что можно брать огромное количество отдельно взятых кадров фильма и рассматривать их как художественную фотографию, будь это пейзаж, вид интерьера квартиры или портретная работа. Наслаждайтесь!.. Но для того, чтобы это кино пришло в нашу жизнь, потребовалась невероятная жертва, величиною с работу по созданию полноценного художественного фильма. Волею судьбы первая его версия была принесена в жертву: она погибла в результате ошибки при проявлении киноплёнки. Этот удар должны были выдержать все участники картины. Выдержать, не сломи(а)ться и войти в реку уже во второй раз.
Книга или экранизация? Возможно, раньше бы я ответил: однозначно, экранизация. Но, по мере углубления в произведение, всё же говорю себе: и то, и другое — достойнейшие явления в искусстве, остро и тонко освещающие тему психологии нравственности. Это, по-моему, ценно в творчестве, прежде всего. К вопросу о создании кино по мотивам произведений можно относиться по-разному. Хочу поделиться своим взглядом. Перед нами прекрасное литературное произведение. Да, мы часто смотрим на него как на безупречный творческий продукт, чуть ли не обладающий свойством личности. Но можно взглянуть и иначе: литературное произведение – это лишь красивая попытка копнуть истину и извлечь что-то ценное на поверхность. Такая попытка может явиться для другого объектом вдохновения, открывающим некую «новую грань» содержания. И он становится уже соавтором. На мой взгляд, кино — это та сфера, которая не только имеет право, но и может довольно органично создавать экранизации по мотивам. Если режиссёр талантлив, то, перенесённое в другую среду, литературное произведение не обязано жить там под копирку (если на то, конечно, нет особых оснований в замысле режиссёра).
В данном случае, Стругацкие вдохновили большого художника Андрея Тарковского на новую философскую историю, и я лично признателен за это их музам. Знаю, что в этом вопросе были трения между ними, но я на стороне Андрея Тарковского. И вот, почему: Андрей Арсеньевич отсекает многие событийные детали сюжета и переносит произведение в духовно-психологическую плоскость, отправляя зрителя в путешествие не куда-нибудь, а к самому себе. Поэтому, возникает явное ощущение тандема даже не двух соавторов, а трёх. Зритель здесь не просто созерцатель, а завершающее звено действия. Зритель призван и активно думать, и перенести действие в собственный мир, и по-своему дописать картину, ответив на вопросы: что есть Зона в нашей личной жизни, и где в ней сферы нашего сталкерствования?
Я хочу, главным образом, остановиться на фильме и его воздействии на меня. И сразу оговорюсь: фильм содержит множество подтекстов, метафор, смыслов, порой противоречивых, но я рассмотрю лишь некоторую их часть. Проецирование образа Зоны на собственную жизнь лично для меня — просто находка. Очень люблю применять это понятие к своим «зонам» – сокровенным жизненным интересам и сферам, куда проникаю с трепетом и верою, порой преодолевая себя и трудности. И действительно, этот образ имеет довольно широкое, универсальное значение. Если ты артист, то выходишь не на сцену, а в Зону – опасную и возвышенную, требующую предельной мобилизации и откровенности. Даже когда ты, к примеру, находишься на природе, то это тоже становится, в какой-то мере, посещением Зоны, где ты призван слушать, смотреть и читать мудрейшую из книг. Ты можешь быть испытан и там. Поэтому, лично я не терплю выхода на природу под шашлычок, не приемлю охоту.
А есть у меня и Зона, которая предельно напоминает повесть «Пикник на обочине». На одном из островов Селигера, оставаясь наедине с собою, собираю я необычные дары, которые волны преподносят живописным берегам: каменные и глиняные изделия в виде древних орудий труда и фрагментов керамики. Трудно описать те чувства, которые испытываешь, находя послания ушедших тысячелетий каменного века. С трепетом прикасаюсь к ним, разглядываю «следы» интеллекта и деятельности рук человеческих, чьё творчество составляло в своё время смысл их жизни. Но, чтобы встретиться с духом эпохи, да и вообще с чем-то необыденным, нужно непременно быть Сталкером своего дела — проводником собственной души. А её нужно опекать и направлять, ведь она может и облениться, и зачерстветь, покрывшись налётом праздности. В итоге, мы обнаруживаем, что Зона — это, прежде всего, путь к себе, дверь в свой духовный мир:
«… В Зоне вообще прямой путь не самый короткий… Зона — это очень сложная система ловушек, что ли…, стоит тут появиться людям, как всё здесь приходит в движение. Бывшие ловушки исчезают, появляются новые. Безопасные места становятся непроходимыми, и путь делается то простым и легким, то запутывается до невозможности. Это — Зона. Может даже показаться, что она капризна, но в каждый момент она такова, какой мы её сами сделали… своим состоянием. Не скрою, были случаи, когда людям приходилось возвращаться с полдороги не солоно хлебавши... Но всё, что здесь происходит, зависит не от Зоны, а от нас!..»
Но вернёмся к началу фильма, обратив внимание на некоторые моменты сюжета. Я уже ранее упомянул о трудностях сакрального пути. У Сталкера же они начинаются ещё дома, в лице совершенно отчаявшейся жены. Можно, конечно, сходу обвинить его в эгоизме за неоправданный риск, вызывающий столь болезненные трения в отношениях, приводящий к жестоким ударам, причём обоюдным. Но философия Сталкера такова: «Кто, если не я?»… Он проявляет жестокую твёрдость и верность высокому принципу, чем лишь подчёркивает своё одиночество. Сталкер будто бы говорит нам: «Будь готов к одиночеству и непониманию, твой духовный путь – не развлечение, а призвание и самоотверженное служение!». И почему-то веришь главному герою, отправляясь с ним в путь. Доверяются ему и его путники – Профессор и Писатель. Наблюдая за ними (их движением, диалогами), воспринимаешь их уже, как единую сущность, направленную к одной цели. Да, и все они — это тоже мы, в символическом образе нескольких ипостасей наших. Учёный – прагматичная сущность, руководство убеждениями. Писатель – пошловатая, разнузданная сущность. В ней немало скептицизма, сарказма, нигилизма, но есть и духовный свет, и искренность. Ну, а Сталкер – это вера, романтика. И все они сталкиваются с определёнными проблемами, решают их вместе, договариваются между собою и… неизменно движутся вперёд, к одной цели.
Следующим препятствием, которое должны преодолеть герои, является переезд в Зону. Преодолев его, режиссёр погружает нас в небольшой, но хорошо запоминающийся эпизод, предваряющий встречу с Зоной. Это сцена поездки на дрезине. Что же мы видим на экране? То мелькание движущегося плана, то невзрачные затылки и профили героев. И всё это, вместе с мистическими звуками движущейся дрезины, создаёт некое волшебное звучание кинообраза. Эта странная сцена словно испытывает зрителя – готов ли ты к дальнейшему, услышал ли за этим видимым бездействием нечто большее? Готов ли ты вместе с героями отправиться в путешествие, которое тебе, по сути, ничего не сулит, кроме встречи с самим собою? У меня с этой сценой возникли свои взаимоотношения ещё с давних пор, и всегда хотелось измерить её продолжительность. Теперь-то я уже знаю эту цифру – 3.40. Не так давно узнал о человеке, который в советские времена специально ходил в кинотеатр с секундомером, чтобы засечь её продолжительность. И, думаю, в этом мы с ним не одни. (Извините за столь интимные и несколько забавные подробности, но речь здесь идёт, главным образом, о магии восприятия). И мне думается, что эта простая сцена, как и сам фильм, со временем даются зрителю всё сложнее. Современный зритель, основательно подсаженный на «похлёбку» пустой драмы и банального экшна, проверяется «Сталкером» на предмет отношения к собственной Душе. Остались ли в ней ещё серьёзные размышления, переживания? Звучат ли в ней извечные вопросы к себе и Мирозданию? И не раз доводилось при этом видеть недоумевающего зрителя, словно, взор его был чем-то оскорблён…
Если помните, только с момента приезда в Зону появляется цвет в картине. Дрезина останавливается, путешественники неспешно осматривают вожделенное место и Сталкер произносит слова: «Ну, вот мы и дома... Тихо как!.. Это самое тихое место на свете. Вы потом сами увидите. Тут так красиво! Тут ведь никого нет…». Зона испытывает нашу цель и побуждения — насколько они искренни, испытывает их качества. Для этого в Зоне существует особая комната исполнения желаний. История Дикобраза (ещё одного Сталкера) является очень важной деталью картины:
«… Мне-то кажется, он просто возненавидел Зону… Он годами людей в Зону водил, и никто ему не мог помешать. Мой учитель. Он мне глаза открыл. И звали его тогда не Дикобраз, а так и называли — Учитель. А потом что-то с ним случилось, сломалось в нем что-то. Хотя, по-моему, он просто был наказан... В один прекрасный день Дикобраз вернулся отсюда и неожиданно разбогател. Немыслимо разбогател... А через неделю повесился…»
На вид, парадоксальная ситуация: разбогател и повесился. И в воздухе повисает писателево безответное: «Почему?». Поиск ответа на этот вопрос заставляет зрителя активно думать, но произносится ответ лишь в заключительных сценах... Дело в том, что Комната желаний исполняет не то, что человек озвучивает словами, а то, что он желает по сути своей. Дикобраз стремился обрести другое, возвышенное, но получил то, за что перестал себя уважать и полностью разочаровался. Посему, неспроста в картине за кадром читается Евангелие, пусть даже в художественно-философском контексте. Ведь Евангелие – это всегда свет Надежды в любом состоянии человека. Оно указывает и направление пути, которому вторит и сам сценарий фильма: «Царствие Божие внутрь вас есть». Удивителен уже сам факт, что Евангелие каким-то образом проникло к зрителю в те годы, когда существовал официальный запрет на религиозную идеологию. Для меня это явный знак того, что работой режиссёрского гения руководило Провидение.
И наконец, сам образ Сталкера, главного действующего лица экранизации. Неотъемлемым качеством сути его, помимо Веры и Посвящения, является гибкая, хрупкая, порой сомневающаяся, Душа. Внутренний монолог Сталкера: притча о дереве – ещё одна красная нить сюжета:
«… Пусть исполнится то, что задумано. Пусть они поверят. И пусть посмеются над своими страстями; ведь то, что они называют страстью, на самом деле не душевная энергия, а лишь трение между душой и внешним миром. А главное, пусть поверят в себя и станут беспомощными, как дети, потому что слабость велика, а сила ничтожна… Когда человек родится, он слаб и гибок, когда умирает, он крепок и черств. Когда дерево растет, оно нежно и гибко, а когда оно сухо и жестко, оно умирает. Черствость и сила спутники смерти, гибкость и слабость выражают свежесть бытия. Поэтому, что отвердело, то не победит…»
В фильме довольно много смысловых кульминаций, равных по своей значимости. Для меня лично одной из таковых является эпизод со Сталкером, вернувшимся из Зоны, и лежащим в постели (обессиленным, разочаровавшимся). Его утешает жена: она уже смотрит на него несколько иначе, готова поддержать, идти вместе с ним в Зону, к заветной комнате. И Сталкера это предложение неожиданно приводит в смятение и испуг. Он категорически отказывает ей в том. В его и нашем сознании ещё свежо воспоминание, когда трое героев, оказавшись у порога заветной комнаты, так и не решились туда войти... Не вошли, но узнали нечто сокровенное о себе. А в этом, как оказалось, и есть главное предназначение Зоны и её тайной комнаты. Сталкер отказывается брать жену с собой (он боится, что материализуются желания не те). Но ещё больше боится узнать о том, что никакой силы и тайны Комната в себе не содержит. А это навсегда убьёт веру Сталкера, как это случилось и с его Учителем. И нам становится понятно, что суть Сталкера в том, что он просто верует. Он не до конца понимает смыслы и даже в чём-то сомневается, но он живёт Верою во что-то возвышенное и больше всего боится это потерять… Так режиссёр демонстрирует нам то, что Человек обязательно должен хранить в душе тайну, жить ею, созерцать свою мечту и дорожить ею превыше всего. А мы оставим этот недосказанный сюжет, оставим Сталкера с главным его желанием и воззванием ко всем нам:
«… Ведь ничего не осталось у людей на земле больше! Это ведь единственное… единственное место, куда можно прийти, если надеяться больше не на что. Ведь вы же пришли! Зачем вы уничтожаете веру?!... Моего вы у меня не отнимайте! У меня и так уж все отняли — там, за колючей проволокой. Все моё — здесь. Понимаете! Здесь! В Зоне! Счастье моё, свобода моя, достоинство — всё здесь! Я ведь привожу сюда таких же, как я, несчастных, замученных. Им… Им не на что больше надеяться!..»
Эссе «Сталкер» в Чтениях «Экранизация»
https://poembook.ru/contest/1095-ekranizatsiya-%7Cliteraturnyj-zhanr---esse%7C/poem/80224-stalker
Художественный фильм «Сталкер», 1979 г.
https://www.youtube.com/watch?v=Ny0w64Q4ttI
P.S: Друзья, автору самого интересного вопроса или комментария к выпуску я с удовольствием вручу 25 серебряных монет от меценатов рубрики! А кому именно — выбор за Богуславом.
Хорошего чтения и просмотра!
