Ищу критика! Сергей Крюков.

Ищу критика!

4 апреля 2017

Сергей Крюков

Дункельгайст Aлександр 

Мгновение

Из огня, прям, в полымя,

Отдав одно, другое взял.

Не отступив, я вовремя

Талант на жизнь обменял.

Но не желаю сокрушаться,

Хоть я ушел, исчез на век,

В сердцах у всех я смог остаться,

Как друг, чудесный человек.

Поверь, это мое решение,

Меня никто не заставлял,

Ведь нет в душе и сожаления,

Когда судьбу определял.

Пусть будет лишь одно мгновение,

Но проживу его горя,

Чем вечность жизни, скука тления,

Уйдя, ни что не сотворя.

Из огня, прям, в полымя,

Стихи начались с УСТОЙЧИВОГО фразеологизма. А что такое УСТОЙЧИВЫЙ фразеологизм? Это лексема нестандартной структуры (с использованием устаревших слов, иронично включаемых тавтологий, слов, поданных с нарушением тех или иных правил языка), употребляемая так в силу укоренившейся традиции на протяжении длительного времени. Эти элементы языка идиоматичны и неизменны, заповеданы. И, наверно, продуктивнее головой каменные стены крушить, нежели пытаться ломать устойчивые обороты речи.

Поэтому выглядит странным замена союза ДА на наречие ПРЯМ, несущее в данном ракурсе абсолютно тот же смысл. Да и ко всему – невесть зачем выделенное  запятыми. Это – не вводное слово, не уточняющий, сравнительный или причастный оборот, поэтому запятые здесь неуместны. Как, собственно, неуместна и сама замена союза на наречие.

Отдав одно, другое взял.  

Из огня да в полымя — попасть из одного неприятного положения в другое, более сложное; то же самое, но хуже (огонь и полымя — синонимы)
Латинский аналог поговорки — Аbyssus abyssum invocat («бездна бездну призывает»)
Английский аналог From bad to the worse («oт плохого к худшему»)
Французский аналог de Charybde en Scylla («очутиться между Сциллой и Харибдой»)

Как видим, автор, используя фразеологизм, не разобрался, что оный означает.

И это – досадно.

Не отступив, я вовремя

Ага, малюсенький аргумент в пользу замены союза на наречие, тем не менее – не оправдывающий её, нашёлся.  Автор хотел, видимо, обогатить слабую рифму (ударные слоги ПОЛ / ВОВ), раздвинув рамки созвучия в обе стороны от акцента. Буква Я, присутствующая в слове ПРЯМ – действительно рифмовке помогает.

Теперь по поводу наречия ВОВРЕМЯ, выступающего обстоятельством времени действия. Если автор упоминает о преимуществе СВОЕВРЕМЕННОГО действия, он обязан это в тексте обосновать, показать, что в иной момент времени действие было бы ущербным по отношению к описываемому. Иначе обстоятельство выглядит посторонним, притянутым за уши. Здесь конкретно – автор его поставил ради рифмы, и это – грех не из самых смертных. Как говорит Котюков, рифма в свободном творчестве порой ведёт автора к новым открытиям. Но эти «открытия» необходимо ПРОПИСЫВАТЬ, иначе это будут не открытия, а нонсенсы, как в рассматриваемом случае.

Талант на жизнь обменял.

То есть у автора или «лирического героя» от рождения был талант, который не позволял ему жить в дальнейшем – и он обменивает этот талант на бездарную жизнь? Дорогой автор, будь Вам хоть 5 лет, а не 16 (вспомним, в каком возрасте Пушкин писал свои первые оды), – и тогда следовало бы задумываться над логикой сказанного. Ведь строка эта говорит ровным счётом обратное – заложенному Вами в стихи смыслу.

Замечу, что Юрий Кузнецов утверждал, что понятие ЛИРИЧЕСКОГО ГЕРОЯ, применяемое к главному действующему лицу стихотворного произведения, чаще всего – лукавство авторов, не желающих прямо сказать, что пишут они именно от своего лица. Некая формальная ширма. И трудно с этим не соглашаться.

Но не желаю сокрушаться,

Много патетики, однако оснований для неё не видно. Зачем же сокрушаться, сделав осознанный выбор?!

Хоть я ушел, исчез на век,

То есть – ушёл НА ВЕК, а через век – вернулся? Синоним наречия НАВСЕГДА – наречие НАВЕК. И это в 16 лет уже нужно прекрасно понимать, чувствовать.

В сердцах у всех я смог остаться,

Как друг, чудесный человек.

Декларативное заявление по поводу своих качеств заставляет улыбнуться. СМОГ – слишком смелая глагольная форма для этой мысли, здесь допустимо – МОГ. И фраза говорит о том, КАКИМ остаётся лирический герой, В КАКОМ КАЧЕСТВЕ. Здесь нет сравнительного оборота, поэтому запятая после ОСТАТЬСЯ – категорически запрещена. Можно употребить тире.

Поверь, это мое решение,

Здесь автор допустил два ритмических сбоя. Во-первых, выбранный ямбический дольник разрушается указательным местоимением ЭТО. Во-вторых, изменилась ритмическая длина строки из-за того, что автор предпочёл полную форму слова РЕШЕНИЕ – краткой форме РЕШЕНЬЕ. И дальше по тексту та же проблема сохраняется. А нужно было просто поискать чего-то типа:

Поверь, я твёрд в своём решенье.

Меня никто не заставлял,

Ведь нет в душе и сожаления,

Когда судьбу определял.

А здесь – пересказ всё той же патетической мысли иными словами, с той лишь разницей, что обозначенная союзом ВЕДЬ причинно-следственная связь – остаётся лишь номинальным обозначением, потому как одно из другого не вытекает. И достаточно было использовать, вместо специального союза, – простой соединительный союз И.

Пусть будет лишь одно мгновение,

Но проживу его горя,

Чем вечность жизни, скука тления,

«Проживу горя, чем вечность» – это примерно то же самое, что и, например: звезда – лучше, чем обедать.

Ни в одном языке мира нельзя сравнить существительное с глаголом.

Неужели автор ТАК разговаривает с родителями или сверстниками, с учителями, наконец? Или он считает, что разговаривать можно – соблюдая правила построения фраз, а писать – не соблюдая?

Уйдя, ни что не сотворя. 

По-русски это выглядело бы как-то так:

Уйдя из жизни, ничего не сотворив.

Что тут можно сказать? Задумка, в принципе, имеет право на жизнь. Вернее – имела бы, если бы до того в гораздо более выгодных ракурсах не была  многократно реализована задолго до настоящей попытки.

Повторю в сотый раз, что поэзия начинается с новизны, а если в произведении поднимается старая тема, авторский взгляд на неё должен быть принципиально новым. Вот – как, например, Горький раскрыл тему в своей «песне о Соколе».

Здесь можно найти лишь отголоски криков, звучащих в произведении классика.

Зато – нескромности в самооценке – выше крыши.

Автор утверждает, что он и бесспорно талантлив, и друг хороший, и человек чудесный.

Открою автору секрет, как можно легко и непринуждённо отворотить читателя от своих трудов: достаточно серьёзным образом хоть раз заявить о себе как о гении или хотя бы о наличии у себя таланта. В ироничном плане это сказать иной раз можно, но на полном серьёзе – упаси Бог! Второй раз таких самозванцев читать не будут.

А каким образом автор хочет обменять остаток своей жизни на талант – вопрос, на который читатель ответа получить не может, потому что для этого нужен, ну, по крайней мере, – чёрт, а лучше – сатана. Но и сатана не поможет в том случае, когда речь идёт о таланте, УЖЕ ИМЕЮЩЕМСЯ у автора.

Кстати, раз речь зашла о таланте, понимает ли автор, что такое – талант?

Талант в любом виде искусства – это одарённость индивидуального толка, непохожесть, уникальность. Автор должен отдавать себе отчёт, в чём его сильные стороны, не похожие на акценты других.

Теперь – о технической стороне.

В ритмическом плане у автора проблемы пока есть, но есть и надежда, что здесь дело поправимо. Вот с рифмами – беда. Рифмы нужно учиться слушать, ловить созвучия, уходя от примитивно-очевидных. Глагольные, особенно – глагольные грамматические – использовать лишь в тех случаях, когда это обосновано содержанием и подачей текста, о чём в альбомных статьях, посвящённых рифмовке, мы здесь и пишем. Понять бы, для кого пишем, если на разбор подают произведения, в которых всё это многими полностью игнорируется.

Ну, а рифма ВЕК / ЧЕЛОВЕК – на три порядка хуже любой грамматической, поскольку назвать её очевидно ожидаемой и заезженной – значит зацепить лишь краешек этой болячки. Это – рифма для песенных текстов, не более того.

Ну, и, наконец, сторона грамматическая. А здесь – тихий ужас. Нет понимания языка как такового. Я уж не говорю про точки над Ё, над буквой, ничего общего по звучанию и применению с буквой Е – не имеющей.

И возникает естественный вопрос: автор хоть раз брал в руки шедевры русской литературы? Ознакомился с тем, что и как до него писали другие? Или всё, что он прочёл, ограничивается рамками литературных сайтов с точно такими же грамотеями?

А ведь уже – 16 лет…

Александр, я даю Вам полгода на самообучение. Читайте избранную лирику Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Блока, Есенина, Маяковского, Пастернака, Твардовского, Смелякова, Заболоцкого, Рубцова, Кузнецова…

Категорически не читайте публикуемое в литсайтах.

Полгода на избранное – срок достаточный.

Что получится после этого написать, высылайте мне в личку,

Потом будем говорить, что можно и нужно будет из современной поэзии читать – после обретения хоть какого-то базиса.

________________

Khelga 

Инжир

Преодолев крутые виражи

Опасных троп - и сдержанно ликуя,

Ты рвёшь молочной спелости инжир,

Ты льёшь во флягу воду ключевую.

И вдруг решишь: давно пришла пора,

И зашагаешь поступью упругой

В саманный дом, упрятанный в горах -

К стареющей и любящей подруге.

Ей про тебя лазоревки поют;

И на разлуку долгую пеняя,

Она лелеет весточку твою,

Твою рубашку нежно починяет.

Приблизившись, ты выдержишь момент:

Прогонишь суетливых певчих птичек,

Приладишь запоздалый цикламен

В потрёпанную временем петличку.

Она, тебя завидев, побежит

Навстречу - спотыкаясь и немея.

...А я, любимый, не терплю инжир.

И зашивать рубашку не умею.

В противовес предыдущему, Ольга – автор интересный, непростой и грамотный. Недаром, в её послужном списке множество достойных побед. Но – тем приятнее пытаться находить моменты, улучшение которых потенциально могло бы помочь сделать талантливые произведения – ещё гармоничнее, ещё ярче и богаче…

Здесь автор, или, как модно говорить в писательской среде, авторесса,  представила на суд читателя некий горный инжирно-саманный любовный треугольник, где весь сюжет – оригинальная романтическая аллегория одной из любовных перипетий.

Тем не менее, несмотря на условность сюжета, точность выстраивания образа обязана быть абсолютно логичной и детально правдоподобной.

Преодолев крутые виражи

Опасных троп - и сдержанно ликуя,

Здесь есть некая неловкость подачи ТРОПИНОК. Если по ним лирический герой едет на быстроперемещающемся транспортном средстве, КРУТЫЕ виражи играют роль при их преодолевании. Если же герой перемещается пешком, ПРЕОДОЛЕНИЕ КРУТЫХ ВИРАЖЕЙ – едва ли настолько существенно, чтобы подавать это действие заглавным в ОПАСНОМ маршруте. А про мото или велотехнику история здесь умалчивает.

Ты рвёшь молочной спелости инжир,

Ты льёшь во флягу воду ключевую.

И вдруг решишь: давно пришла пора,

Здесь формально нарушен принцип однородности глагольных форм. Рвёшь, льёшь, решАЕшь, но в этом «нарушении» нет стилистической ошибки, поскольку первые два действия создают всего лишь детальный фактурный фон, на котором и созревает ключевое для сюжета решение.

И зашагаешь поступью упругой

В саманный дом, упрятанный в горах -

К стареющей и любящей подруге.

СТАРЕЮЩЕЙ и ЛЮБЯЩЕЙ – качества совершенно разноплановые, поэтому их не следует соединять ни запятыми, ни соединительным союзом И. Другое дело – союзы противопоставительные: «стареющей, НО любящей».

И не стоит апеллировать к тому, что очень часто наши классики грешили подобным образом, потому что наличие союза И здесь ошибочно – по самой сути.

Ей про тебя лазоревки поют;

И на разлуку долгую пеняя, 

Деепричастный оборот – НА РАЗЛУКУ ДОЛГУЮ ПЕНЯЯ – должен выделяться запятыми с обеих сторон, поэтому после союза И – запятая обязательна.

Она лелеет весточку твою,

Твою рубашку нежно починяет.

Вот тут я нахожу некое умозрительное противоречие текста, несовершенство аллегорического действия. Казалось бы, лирический герой очень давно не заглядывал к героине в саманном домике (долгая разлука), но та, тем не менее, день за днём починяет и починяет его рубашку. Может, глагол ПОЧИНЯЕТ стоит заместить каким-либо иным? А то уж больно неумелой выглядит в таком свете лирическая героиня.

Приблизившись, ты выдержишь момент:

Прогонишь суетливых певчих птичек,

Приладишь запоздалый цикламен

В потрёпанную временем петличку.

Она, тебя завидев, побежит

Навстречу - спотыкаясь и немея.

...А я, любимый, не терплю инжир.

В стихах мы часто вынуждены замещать родительный падеж винительным,

Бывает, что и поэтику в рамках правил нельзя удержать,

но помнить о том, что действуем так – вопреки правилам языка – необходимо.

Не терплю чего? ИНЖИРА.    

И зашивать рубашку не умею.

По  технике.

Ритмический слух наличествует у Ольги – от природы, тут говорить не о чем.

Рифмует она, постоянно используя «открытые» рифмы, то есть те, в которых на одном плече слово замыкается согласным звуком, на другом – нет. Злоупотреблять этим не здорово, потому что в рифме читатель ожидает эха рифмующегося слова, но, если при этом созвучие не режет читательского слуха, что определяется, прежде всего, практически, то ничего страшного в таких рифмах нет. Напомню литературный прецедент: Долматовский, преподавая в Литинституте, приучил к использованию открытых рифм целую плеяду поэтов, но сам при этом подобные рифмы не употреблял.

У Ольги в рифмовке раздражающих созвучий я не услышал. И скажу вдобавок, что самый «стрёмный» прецедент ВИРАЖИ / ИНЖИР, являющийся таковым в силу яркости замыкающего звука Р в рифмующем слове, – слышится здесь вполне приемлемо из-за наличия Р в середине рифмующегося слова. И одинаково замкнутая рифма последней строфы ПОБЕЖИТ / ИНЖИР на фоне предыдущей слышится менее созвучно. Это я сказал в защиту открытых рифм, применяемых именно Ольгой, но, повторю, далеко не всегда у других авторов они звучат гармонично.

По логике построения есть некоторая претензия.

Автор подаёт первым некоего лирического героя, обозначив его в тексте местоимением ТЫ. Чаще всего ТАК, во втором лице, автор – по русской стихотворной традиции – говорит о себе. И с этой мыслью читатель благополучно продвигается по тексту, пока у него не начинают появляться вопросы, разрешающиеся только в последних двух строках стихотворения.

Наверно, это специальный приём автора, одна из характерных черт поэтики Ольги, не ищущей прямых дорог ни в горах, ни в жизненных сюжетах. Но, тем не менее, вдумчивого читателя в тупики он ставит, замедляя восприятие сюжета.

Впрочем, эффект внезапной развязки с лихвой компенсирует эти затычки.

Сделаю «лирическое» отступление.

Поэзия, в отличие от прозы, рассматриваемой в обобщённом смысле, есть жанр первого прочтения. Это не означает, что вторичное прочтение не может принести читателю удовлетворения, но эффект неожиданности, чаще всего закладываемый авторами (начиная с шекспиров) в концовки произведений, работает только раз. В прозе тоже часто используется этот эффект, однако признаком прозаического жанра приём не является, как не являются его признаками и другие поэтические приёмы.

Именно для того, чтобы концовка единожды выстрелила, стихи стараются выстраивать так, чтобы сознание читателя подошло к эффектной развязке с максимальной скоростью.

В этом – характерный принцип построения логически замкнутого гармоничного стихотворного произведения.

Теперь вернёмся к нашим горным «баранам», без которых «саманный домик» едва ли бы удалось слепить.

Инжирный треугольник нарисован вкусно и интересно в обыгрыше эмоционального плана. Все три героя совершенно достоверно переживают свои ситуации, все их действия правдоподобны.

И, как это часто бывает в стихах Ольги, – дело не обошлось без мистики, выражающейся в способе передачи весточек лирическим героем своей избраннице.

Поэтика Ольги сугубо характерна, узнаваема, что говорит об авторском таланте.

Больше «ругать» не за что.