Ищу Критика! Пилигриммм.

Ищу критика!

13 сентября 2016

Пилигриммм.

ПОМОЛИСЬ ОБО МНЕ НА РАССВЕТЕ 

Автор: Попов Шурик

Давайте в очередной раз условимся, что критик обязан сделать всё, что в его силах, для того, чтобы помочь автору повысить уровень написания произведений. В этом сайте абстрактные рецензии, в которых демонстрируется знание критиком стихотворных размеров и терминов и понимание смыслов, заложенных автором, – не нужны. Более того, они загромождают рецензии, тем самым рассеивая внимание авторов и читателей. В результате учебная эффективность рецензий – резко снижается.

ЗДЕСЬ критик должен быть учителем, а не фотомоделью, любующейся собой в зеркале. Говорю об этом – без каких-либо намёков, обращаясь в том числе – и к себе самому.

Именно за этим сюда тянутся авторы.

Итак…

Помолись обо мне на рассвете,
Если я не вернусь из боя!    –      А почему – именно НА РАССВЕТЕ? Вечерняя молитва – не дойдёт, что ли? Тогда – почему не дойдёт? Вот ввёл автор деталь, не привязанную ни к чему – и появились непрописанности и неадекватности.
Пусть молитву на крыльях ветер
До меня донесет. Мне покоя  –   Вот, вроде бы, нет ничего страшного в том, что строку завершает начало следующего предложения, но всё же возникает некая неловкость текста. Читателю приятнее, когда новая мысль начинается с новой строки, уж так мы устроены, так привыкли. О комфорте читателя автор должен помнить всегда, если пишет не только для себя. Хотя, повторюсь, ошибки тут нет.
В этом мире всегда не хватало:
Весь в делах, маете, да ссорах,  –  Вторая запятая поставлена ошибочно. Если последний член ряда перечислений присоединяется союзами и, да, или, то запятая перед ним не ставится.
А судьба, как изгиб лекала -
Вкривь да вкось по бескрайним просторам.  – Слишком яркий звук (М) замыкает ответную рифму. Нужно помнить, что рифма – это созвучное эхо. Крикнул …АХ, а вернулось …АМ! Ой!)

Мне до Неба осталось немного,  –  Эта строка выглядит декларативно. Автор должен был поставить это как вариант, по крайней мере, элемент сомнения обязан здесь присутствовать. А так получается, что лирический герой идёт на осознанную смерть.Ко всему здесь обнаруживается текстовое противоречие со второй строкой, в которой этот вариант выставлен условием: «Если я не вернусь…»
Да боюсь - ошибусь тропою.  –  А это – вообще нонсенс. Пути души после смерти от неё самой едва ли зависят.
Пусть молитва к чертогу Бога   –  Получается, что молитва обращена к чертогу Бога. Это первое. А второе, хотелось бы понять, что автор подразумевает под понятием ЧЕРТОГ БОГА? Как мне представляется, это – минимум Вселенная, в одной из точек которой и находится лирический герой, ищущий тропу, как мне хотелось бы считать, к Райским вратам, а отнюдь не к ЧЕРТОГУ Бога.
Станет мне путеводной звездою! –  Нельзя сказать, что это – не рифма, но нельзя не сказать, сто она – очень слабенькая, на одних гласных. Этого маловато для полноценной рифмовки, для эффективного созвучия.

Там от бед и сумятицы здешней
Отдохну под листвой кленовой.
Не печалься - рассветом вешним  –Вот опять автор не слышит написанного. Тире здесь не прописывает ситуацию так, как хочется автору. Верный смысл проступает лишь по прочтении следующей строки, но читатель к тому моменту уже ищет печали в вешнем рассвете. А первый воспринятый смысл всегда весомее последующих, точно так же, как в восприятии образа прямой смысл всегда первичен. Как в том анекдоте: вилки-то нашлись, но осадок остался.
Через годы увидимся снова...   –  Через годы здесь – неточно. Получается намёк на какую-то временнУю конкретику, нужно такие фразы прописывать с оттенком большей неопределённости: когда-нибудь или бог даст…
"Скоро бой" - нам сигналит дозорный,–  Я не большой знаток нынешних сигналов дозорного, но мне представляется, что они должны быть более конкретными, чем СКОРО или НЕСКОРО…
Погрустнели служивых лица.  –  А вот «отприлагательное» существительное СЛУЖИВЫЙ здесь употреблено неточно. Так военнослужащие (и не только военно…) лишь иронично или условно обращаются друг к другу, это как бы профессиональный жаргон. Максимум можно употребить слово в специфичной ситуации не в качестве существительного, а в качестве прилагательного – например, служивый люд, служивый народ, где опять-таки содержится намёк на некую сленговую или жаргонную составляющую.В описательном повествовании это существительное – не работает,
Ты, проснувшись в избе просторной,  – А здесь изба зачем-то оговорена как просторная. Зачем? В художественном произведении – это нужно помнить всегда – каждая деталь обязана играть свою роль. Зачем тут – ПРОСТОРНАЯ изба? Получается, что тот, к кому обращается лирический герой (сделаем вид, что мы догадались, что это его пассия, хотя в поданном виде вполне представляется и друг, и мать, и отец…), так вот получается, что в тесной избе он вправе забыть помолиться о лирическом герое. Кое-как прокатило бы, если бы было употреблено с местоимением СВОЕЙ. Но и всё равно этот эпитет здесь заработать не может.
Обо мне не забудь помолиться...

Стихи технически грубых сбоев не имеют, разве что рифмовка простовата, а вот в стилистике и семантике огрехов хватает. Но это здесь – не главное. Мало того, что тема заезжена, это не грех, но автором не предпринято попыток раскрыть её как-нибудь по-своему. Нет конкретной фактуры ожидания боя, нет обстановки, нет нервозности, без которой не бывает даже настройки человека перед выступлением на сцене или на спортплощадке… Создаётся впечатление, что стихотворение автор писал по заданию. И не важно – по чужому или по своему заданию. Скажем, к 23 февраля или к 9 мая.

О минутах перед боем писали многие.

Напомню стихотворение Владимира Орлова «Перед боем», написанное явно в патетическом ключе, кстати, схожее по построению с разбираемым,

песню Владимира Высоцкого «Письмо перед боем», стихотворение «В сыром окопе перед боем…» Сергея Крюкова, в котором несколько слов первой строфы – сразу зримо погружают читателя в ощущения бойца:

  «В сыром окопе перед боем
Под утро на передовой
В тревожной дрёме нам обоим
Укрыться сладко с головой…»

В противовес этому – в разбираемом произведении – какие бы то ни были детали отсутствуют. А ведь именно конкретная фактура и призвана вселять доверие читателя или слушателя к рассказчику.

Вроде бы всё верно выписано, образ стихотворения построен, но – не цепляет, нет изюмины, занозы, заковыки интересной… Даже если автор и находился в описанной ситуации, текст всё равно отдаёт вторичностью, если не надуманностью.

Может, это моё субъективное впечатление, но избавиться от него не могу. Поэзия начинается с новизны.

ОБНИМИТЕ МЕНЯ 

Автор: Тимченко Виктория

Обнимите меня, туманы, —
О моем позаботьтесь благе.  –  Это – грубо. Так может просить престарелая мать своего непутёвого сына, которому не терпится сдать её в дом престарелых. Автор, вероятно, не нашёл лучшей рифмы к ВЛАГЕ.
Ненадолго небесной манной
Станут капли живящей влаги.  –  Вообще-то говоря, ЖИВЯЩАЯ влага и НЕБЕСНАЯ МАННА в данном ракурсе – почти один и тот же образ. Сложилась как бы образная тавтология. Впрочем, я бы допустил с натяжкой её применение.

Обнимите меня, закаты, —
Цветом пламенным скрасьте будни.
Пусть бессонница — враг заклятый —
Обо мне в эту ночь забудет. 

Обнимите меня стихами,
Захлестните сердечной песней,  –  Автор не забыла, что обращается к закатам? Опосредованно закаты, конечно, могут погрузить лирического героя в стихи и песни, но это ли имелось в виду? По логике событий – нет. Ведь если лиргероиня будет во власти Морфея, а не бессонницы, о каких стихах и песнях может идти речь? Разве только – во сне.
Чтобы чувства не иссыхали,
И я снова душой воскресла.   –     Ия – сдвиг. Чтобы его избежать, можно применить, например, такую форму: Чтобы в чувствах душа воскресла.

Дни шаблонные шить устала
Одиночества тонкой нитью.
Я прошу ни много ни мало:
Просто, кто-нибудь, обнимите.

Отчаяние одиночества лирической героини сложило замкнутый образ лирического стихотворения, построение верное, подход к раскрытию тезы интересный…
Однако вот ведь какое дело. В семидесятые годы прошлого века была популярной вот такая шуточная студенческая песенка.
 

Я по бережку иду, по голубому

И купаю ножки белые в пруду – ха-ха-ха-ха!

Ни друзей у меня нет и не знакомых.

Ну, где же, где я друга милого найду?

Уж давно я в теле чувствую истому,

И давно уж перезрела моя грудь…

А я по бережку иду, по голубому.

Ну, полюбите ж, полюбите ж кто-нибудь!

Ни квартиры мне не надо и ни денег,

И хомут мне обручальный – ни к чему – ха-ха-ха-ха!

Пусть он будет тунеядец и бездельник –

Без сомнения отдамся я ему.

На край света убегу я с ним из дому –

И раскрою растревоженную грудь…

А я по бережку иду, по голубому.

Ну, полюбите ж, полюбите ж кто-нибудь!

Ну, кто-нибудь!!!

О, как перекликаются, как безнадёжно перекликаются эти два произведения! Не приведи господи нашему автору прочесть свои стихи в аудитории, где эту песенку слышали. Как бы ни были воспитаны слушатели, ироничных смешков – не избежать. Поэтому, когда мы что-либо пишем, мы должны обязательно иметь в виду всё то, что написано по поводу наших сюжетов – до нас.