Ищу Критика! Вторник.

Ищу критика!

15 марта 2016

Пилигриммм.

ЯБЛОКИ КРАСНЫЕ. МОНОЛОГ НИМФОМАНКИ. 

Автор: Porkhuleva Dar'ya

https://poembook.ru/poem/554954

Нимфомания — это патологическое половое влечение у женщин, проявляющееся в безудержном стремлении к половому сближению с разными партнерами. 

* * *
Яблоки красные, яблоки спелые,
Простыни смятые, простыни белые...Коли дело дошло до предметов постели, хорошо, что хотя бы о пятнах нет речи…А нимфоманки на цветных простынях желание, что ли, теряют? Цвет простыней здесь – совершенно случаен, эпитет подогнан для рифмы.

Вспомнился совершенно аналогичный случай в стихотворении Макса Колесника «Мой сладкий сон». …Древним искусством с названьем ваянг… - где «искусство ваянг» было притянуто за уши для рифмы. Всё-таки не хотят авторы учиться на чужих ошибках.
Адово пламя горит вожделением,
Плоти бунтующей зов — исступлением.   Недаром есть русское название этого психического отклонения женщин – бешенство м…ки.

Яблока сок — лабиринтами венными,  Кажущаяся точность образа обманчива: вены – кратчайший путь крови, отдавшей телу энергию, – к сердцу.
Похоть по телу — губами неверными,
Рук череда, ароматов дурманящих,   Не получается ЧЕРЕДА ароматов. Чередой только что-то дискретное может сменяться.
Смелых касаний чужих обжигающих. Однако осмелюсь заметить, что и без всяких отклонений – любовь страстной женщины часто выражается подобным образом, поэтому до сего момента раскрытия заданной темы не видно.

Имя неважно, забуду со следующим,  Сразу вспомнился египетский фильм 1972-го года  «Все мужчины на одно лицо». Имя «неважно» - значит нехорошее имя. Если имя не имеет значения, следует писать раздельно: НЕ ВАЖНО.
Вижу тебя обессилившим, тлеющим    Знак препинания увидеть бы в конце строки. А что это партнёр-то таким хилым оказался! Внимательнее нужно бы быть при выборе. А то как бы конфуза не вышло…  
Горизонталь — вертикалью. Смещаемся.
Мне не напиться тобою. Прощаемся. 

Яблоки красные — с веток да россыпью,
Дьявол внутри — горделивою поступью!  А вот не верю. Вижу дьявола, смеющегося из угла, освещаемого бликами адского пламени. Не того масштаба этот грех, чтобы Люцифер надменно вышагивал. Да и не грех это вовсе, а порок, а точнее – недуг, психическое отклонение.
Простыни смятые, простыни белые,
Яблоки красные, яблоки спелые...

Так писать, конечно, можно. О разных недугах можно писать. О хромоте, глухоте, слепоте… Можно, только нужно ли? Каково читать такое тем, о которых это написано?

А их близким, знающим про беду?

Как гласит пословица, в доме повешенного не говорят о верёвке.

Я как-то ни с того ни с сего в советское ещё время на работе запел частушку: «Хорошо тому живётся, у кого одна нога…», напрочь забыв, что рядом со мной в лаборатории работал инженер, потерявший ногу под поездом. Он просто посмотрел в мою сторону – и я уже не знал, под пол мне лучше провалиться или руки на себя наложить. Вот так чёрт попутал. Исходя из таких мыслей – даже про своё увечье писать…

Но вольному – воля.

КТО ПОГАСИЛ СВЕТИЛО-ГЛАЗА ТВОИ?! 

Автор: Porkhuleva Dar'ya

https://poembook.ru/poem/510124

Гулкими нотами — реквием по любви,
Зорями алыми кровоточит июль.         Автор хотела сказать, что вследствие смерти любви – июль кровоточит? Но ведь в любом июле, если нет застойных циклонов, бывают алые зори. И наступление июля едва ли связано со смертью любви. Поэтому, несмотря на то, что подача строки соответствует логическому содержанию строфы, причинно-следственной связи событий нет. Хотя здесь нет и диссонансов.
Кто погасил светило-глаза твои,   Претензия на неологизм сдвоенного слова. Однако здесь нарушены целых два литературно-стилистических принципа. Нельзя сопоставлять воедино субъекты разного рода (средний и мужской) и, тем более, нельзя сопоставлять один субъект двум или более другим. Вот ЗВЁЗДЫ-ГЛАЗА, например, имеют права на употребление.

Характерный прецедент нарушения этого принципа Маяковским в стихотворении «Необычайное приключение…» не является примером для подражания, поскольку он НАРОЧИТ. Нарочито можно употреблять многое, но это – отдельная тема.

Впрочем,  Маяковский недостаточно строго обыграл приём. Сначала у него Солнце САМО шагает, а потом ВДРУГ становится в прямой речи Маяковского-лиргероя субъектом мужского рода.

Но при всём при том – Маяковский не сливал солнце и дармоеда в одно двойное слово.

Мрак опустив на город — свинцовый тюль?! 

Крыльями тёмными бьётся в окно тоска,
Важное нами отложено на "потом",
Слепо бродили по зыбким седым пескам,
Долго скитались, напрасно покинув дом. 

Тлеют безмолвные свечи, утих рояль,
Руки дрожат над бумагой, томит строка.
Слов, что тебе не сказала, безумно жаль,
Грусть расстилается запахом табака, 

Нёбо горчит от дарящих покой пилюль,
Сердце неистово бьётся, болит в груди.
Мраком на город ложится свинцовый тюль...
Кто погасил светило-глаза твои?

Риторические вопросы имеют права на присутствие в художественных произведениях.

Задавая их, автор или лирический герой – как бы подразумевают, что всем повелевает рок, судьба или Господь. Но что хочется сказать по прочтении…

С детства помню блатную песенку. Макаревич, исполняя, исказил её, но не сильно:

Серебрится серенький дымок, 
И пестреет гарь в лучах заката.
Песенку доносит ветерок, ой, ветерок, 
Ту, что пела милая когда-то. 

Жил в Одессе парень-паренёк, 
Ездил он в Херсон за арбузами, 
Целый день мелькал его челнок, его челнок, 
С белыми, как чайка, парусами. 

 Арбузов он там не покупал, 
Жульничал и шарил по карманам… 
Крупную валюту добывал, он добывал, 
Девочек водил по ресторанам. 

Но однажды славный паренёк 
Не вернулся в город свой родимый, 
И напрасно девушка ждала, его всю ночь
У фонтана в платье тёмно-синем. 

Кто же разлучил, о крошка, нас с тобой, 
Кто нам преподнёс печаль-разлуку, 
Кто на наше счастье и покой, о Боже мой! –
Поднял окровавленную руку?.. – 

Ну, и так далее… 

В этом блатном опусе концовка расставляет всё по своим местам, давая ответы на вопросы. 
Но тем самым она, не будучи в силах отнять у песенки локальные художественные образы, заземляет главное - 
общий художественный образ всего произведения.

Автор разбираемых стихов – мудрее блатного автора. 
Общая поэтика стихотворения остаётся, читателю дано право самому поставить точку, 
ответив на риторический вопрос, кто убил любовь и погасил глаза любимого. 
И это – хорошо. Не убийство любви, конечно, хорошо. 
Убийство любви – один из главных смертных грехов.

Попробуем подвести черту.

Автор зациклилась на «пришедшем» неверном образе – и, опираясь на него, создала художественное 
произведение.

Каково же оно? Получило ли из-за неверного посыла глобальные или частные недостатки? Я не вижу.

Стоит убрать неверный посыл, заменив его на адекватный, - и стихотворение заиграет.

Как часто бывает так, что первая строфа, провоцирующая автора к написанию труда – 
оказывается самой слабой или вообще лишней, ненужной.

Важно лишь это понять, разглядеть.

Тут первая строфа – на месте,

Остаётся убрать лишь мелкие недостатки,

что автор сделала бы и сама, когда аура свежего произведения перестала бы застить авторский глаз…

С прошедшим Праздником, талантливая поэтесса!

СКАЖИ, ДОРОГА.. 

Автор: ялунина юлия

https://poembook.ru/poem/577102

Чтобы не надоедать бесчисленными исправлениями ошибок и помарок, не превращать рецензии в уроки русского языка, исправляю основные ошибки в тексте без обращения на них внимания.

Дорога, большая дорога!
Хочу я все сразу, помногу,    ВСЕГО сразу.
Хочу дарованьем умелым
Возделывать труд, как хотела,    Возделывать ТРУД? Возделывание ЧЕГО-ТО и есть – ТРУД.
Желала и грела надежду,
Зачем-то мечтала небрежно.  НЕБРЕЖНО мечтать невозможно. АККУРАТНО – тоже.

Дорога, скажи, дорогая!
Ведь мысль же моя неплохая,   Мысль неплохая, но строка – хуже некуда.
Но колко и больно стыдиться,
Гадать, будто ждать – что случится?   Это не может быть БУДТО. Совершенно разные процессы, не способные замещать друг друга. Это нужно писать через союз или через запятую.
Нет силы, на помощь надеюсь,
Ленюсь, а мне так бы хотелось
Сказать, показать, что умею,
Но гордость, унынье лелею 
С той мыслью: "Я лучше других.
И нет во мне ноток дурных.
Я всеми родными любима.
Я просто талант, я – картина!" Автор спутала ГОРДОСТЬ с ГОРДЫНЕЙ. А УНЫНЬЕМ мысли её прямой речи никак назвать нельзя.

Дорога, я зла, я стрОптива.
Душа холодна, некрасива.
Скажи мне , дорога, как есть,
Теперь мне чужДа ваша лесть.   ВАША лесть… – а кто такие ОНИ?
Дарами полна, спору нет,   ДАРАМИ ПОЛНА – это наелась даров. ПОЛНА ДАРОВ или точнее – НАДЕЛЕНА дарами.
Но есть ли во мне малый свет?     Есть ли… – ХОТЬ малый свет? А как понять возникновение этого вопроса после утверждения о наличии ДАРОВ?
Способна ли счастье дарить?
Могу ли я нежно любить? 

Дорога, мне страшно, ведь я
Вот так и сгорю средь огня!    Откуда здесь взялся ОГОНЬ?
Ну, что ты лениво бежишь?
Зачем ты так грустно молчишь?
Молчи, а когда я проснусь,
Тихонько Отцу помолюсь.
Может, Он и услышит тогда,
Может, вдруг и зажжётся Звезда?  Обстоятельство ВДРУГ на фоне того, что Отец услышит – лишнее. ЗВЕЗДА здесь не прописана, её необходимо связать с внутренним светом.

Терзания юной, ещё не познавшей себя в делах и в любви – лирической героини – весьма уважительны. Однако ДОРОГА, вокруг которой происходит действо самопознания, никак не связана с лирической героиней и с её мыслями. Попросту говоря – притянута за уши. Да, восточные философы утверждают, что стихия мужчины – небо, а стихия женщины – земля. Однако – если и танцевать от дороги как от земли, то её необходимо тем или иным способом внедрять в рассуждения, а не просто обращаться к ней, как к собеседнику. Тем более, что беседует здесь лирическая героиня сама с собой. И риторические вопросы, которыми героиня забрасывает дорогу – лишь говорят о состоянии мятущейся души, которая, несмотря ни на что, всё-таки находит верную опору своим мыслям, обращаясь к Богу. Жаль только, что происходит это неловко.

Сочинение на тему самопознания раскрыто достаточно творчески, стремления героини похвальны. Остаётся только попрактиковаться – и набить руку в стихосложении. Некоторые перспективы этого просматриваются.

Дорогу осилит идущий.

С прошедшим Праздником!