Ищу критика! Четверг.

Ищу критика!

11 февраля 2016.

Илья Рейм

Сколов Влад, «И море пожелтело от дождей»

Пятистопный ямб без цезуры, четверостишие, рифмовка аБаБ. (Договоримся: я всегда описываю размер, рифмовку и т.п., причём всегда буду это делать. Если они значимы для понимания чего-то, то подробно, если не очень, то поверхностно, как тут. Кому это не нужно, пропустит. Кому интересно, прочтёт: лишний пример всегда полезен.).

И море пожелтело от дождей.
И всплыли фантастические твари.
И рыбаки таскают из сетей
Тяжёлые коричневые травы.
Первая же строфа меня откровенно радует. Во-первых, она производит впечатление живой и настоящей. Во-вторых, к словам совсем не выходит придраться. Интересна рифма твари:травы. Хороший образец рифмы со сходством образа слова.

Я говорю: «Не думай о плохом».
Мы в нашей лодке ждём с тобой чего-то.
Надколотым стеклянным поплавком
Тут я, видимо, не понял, что за надколотый стеклянный поплавок, которым можно что-то вычерпывать. Может быть, просто чего-то не знаю? Был бы рад пояснению.
Вычерпываю медленную воду.
Медленная вода. С одной стороны, вроде бы эпитет не вполне обыкновенный. С другой, почему-то словосочетание кажется мне органичным и не требующим замены.

Я говорю: «Я не желаю зла».
Я не хочу ни правды, ни обмана.
Живи себе, как до сих пор жила.
Люблю тебя. Не трону. Не поймаю.
Опять необычная рифма обмана:поймаю, созвучие с сильным олевением (согласный после ударения различается, но опорный М совпадает, да и Б-П созвучие усиливает; совпадаения безударных гласных слева от ударения и длины слова менее значимы, но и они поддерживают созвучие).

Что ж, если посмотреть на то, о чём стихотворение, сразу вычленяются два пласта. Первый – простой и чисто описательный, море после дождей и два человека в лодке. Второй – в котором лодка символ, отношений ли, ситуации ли. Если первый пласт очевиден, то второй меня тянет прочесть так, что герой занят работой по восстановлению/сохранению отношений после некой «непогоды» и выражает готовность принять свою спутницу такой, какая есть, и не пытаясь «поймать» и «вогнать в рамки». На мой взгляд, оба пласта прописаны, а второй хорошо поддержан образами (дожди, травы в сетях, вычерпывание). Конечно, это если я правильно понял стихотворение.

К словам придираться не хочется совсем (разве что вопрос про поплавок остался), а форма у автора явно получилась – и ритм живой и без огрех, и музыка слова есть, и рифмовка вполне грамотная и современная. Достойно! Даже очень достойно, на мой взгляд. Хорошие стихи. Однозначных влияний тоже определить не могу, лишь по некоторым трудно формулируемым деталям можно, пожалуй, найти сходство с очень ранним Бродским, но сходство лёгкое. Приятное впечатление осталось.

ВЛАДИМИР СМОЛЯКОВ, «Рождение электричества»

Размер – амфибрахий, четверостишие аБ'аБ' (чередование мужских и дактилических рифм, но в одной строфе – вариация: аБаБ, т.е. дактилическая рифма сменились женской). Число стоп в нечётных строках – 4, в чётных – 3. Вообще строфа, в которой число стоп урегулированно изменяется, называется балладной строфой. Такая строфа (4-3-4-3) – одна из самых распространённых балладных строф, и она действительно очень часто встречается в балладах (например, в «Замок Смальгольм, или Иванов вечер» Жуковского; но вообще примеров много), иногда с появлением цезуры посреди длинного стиха и внутренних рифм. Тут, впрочем, не баллада, а явная лирика, да и ни цезуры, ни внутренних рифм нет.

Бывало присядешь на краешек дня,
После «бывало» нужна запятая. «Присядешь на краешек дня» звучит необычно, но, пожалуй, небезынтересно, смешивая временное с пространственным и создавая интересные ассоциации.
запалишь чинарик заначеный,
Необычное ударение в «запалишь». Но не думаю, что нужно это править.
а вечер, цикадами тихо звеня,
начнёт моё море раскачивать.
«Моё» – чуть тяжеловатое сверхсхемное ударение в трёхсложнике. Ё ложится как раз перед ударением, которое положено по схеме. Обычно такое звучит намного тяжелее, чем ударение, после которого стоит слабый слог. Тем не менее, и так иногда пишут. Но понимать данную ритмическую особенность надо, я и воспользуюсь случаем объяснить её: для тех, кому интересно, разрисую метр и ритм строки. Остальные смело могут пропустить абзац-другой.

Когда записываешь метр и ритм сразу, надо использовать четыре символа: во-первых, есть сильные и слабые слоги (их определяет метр – схема, по которой ритм строится); во-вторых, и сильные, и слабые бывают ударными и безударными (и это уже относится к вопросу ритма, а не метра, то есть к вопросу о ритмическом строении конкретного стиха со всеми его отклонениями от схемы). Давайте договоримся о таких символах (в классических работах используют дужки и чёрточки со знаками ударений, но на компьютере их применять трудно):

Сильный ударный: !
Сильный безударный (пропуск метрического ударения): +
Слабый безударный: -
Слабый ударный (сверхсхемное ударение): =

Тогда строка выглядит так: - ! - = ! - - ! - -

Правило же простое: обозначенное мной знаком равенства «лишнее» ударение (а от них в трёхсложниках не уйти, т.к. в русском языке ударения стоят в среднем чаще, чем сильные слоги в трёхсложных метрах) легче звучит, когда оно стоит не непосредственно перед сильным слогом (восклицательным знаком). Правда, ушей правило в полной мере не заменяет, всё надо слушать, но хотя бы направление поиска улучшений знание правила часто даёт.

Присядешь на берег, а вкруг — ни души,
кусты светляками затеплены,
Кусты затеплены светляками. Формально, конечно, так не скажешь. Огоньки теплятся (так говорят даже в том случае, когда огонёк собственно тепла и не даёт), и эти огоньки – на самом деле светляки. Но опять никакого протеста у меня нет, здесь, на мой взгляд, довольно уместный перенос с одного на другое – затеплены огоньки, которые светляки, и кусты усеяны светляками. А пишется, что затеплены  светляками кусты. Если посмотреть, похожую структуру имеет и образ выше – «присядешь на краешек дня». Снова действующие лица картины перемешаны. И мне кажется, что это даже интересно!
и звёзды такие, что впору тушить,
Так горят, что впору тушить. Хотя звёзды тушить не будешь. Но, что характерно, по-прежнему столь вроде бы спорная конструкция не вызывает никакого протеста.
и море качается. Медленно.
Меня чуть смущает точка перед «медленно». По-моему, она только ломает музыкальность и не даёт какого-то нового смысла. Почему бы не оставить это слово в основной фразе?

Расплавленной медью стекается день,
Картина заката. Но уже звёзды. Так ещё может быть.
медовая лень разливается,
Вот тут, пожалуй, я всё-таки чуть усомнюсь. Разливающаяся медовая (а не вечерняя или какая-то ещё) лень – это опять, на мой взгляд, картина заката. Но уже ведь звёзды? Хотя представить себе одновременно звёзды и догорающее зарево я всё же могу.
и воздух сгущается в синюю тень,
и с зеленью моря сливается.

И море качается, дышит, и вот
потрётся о ноги котёнком —
я трогаю моря упругий живот —
большого-большого ребёнка.
Сходство моря с животом беременной женщины – это необычно! И небезынтересно, пожалуй. Замена же дактилической рифмы на мужскую меня не смутила нисколько.

И всё, что в округе, вся живность окрест
прижмётся ко мне одинокому…
и бездны глазами испуганных звезд
пронзят меня нежными токами.
Что ж, тут довольно чётко передано ощущение ночного одиночества человека и чувство включённости его в мироздание. Даже архаичное «звезд» (а не «звёзд») кажется уместным. Почему-то моему уху хочется, чтобы бездны была в единственном числе, но каких-то внятных  обоснований тому предложить не могу, возможно, это соображение субъективно и не имеет ценности.

По технике – достойно. Интересно упомянутое выше характерное смешение в образах, которое я не склонен считать дефектом, скорее необычным элементом стиля.

На первый взгляд, вполне пейзажная зарисовка (и хорошая, кстати). Но, как это часто бывает, пейзажная лирика начинает включать в себя элементы философской – за картиной приролды, воспринимаемой героем, проглядывает вечный вопрос взаимоотношений с миром и осмысления своей включённости в жизнь и своего места в жизни. Собственно, в таком разрезе можно посмотреть почти на любую хорошую пейзажную лирику -- и Пушкина, и Тютчева, и Фета, и множества других поэтов вплоть до наших дней. За простой внешне картиной проглядывают вечные вопросы, и это и есть тот скрытый, глубинный пласт, который всегда хочется видеть в хороших стихах, та запредельность, которая делает картину глубокой и объёмной. И здесь мне тоже слышится дыхание бездны мироздания. Здорово!

Любовь Урманская, «Подруга»

Когда-нибудь это, наверное, должно было случиться: всё когда-нибудь бывает в первый раз. Верлибров я здесь ещё не разбирал, да и не хотел, в основном вследствие весьма негативного собственного отношения к этой форме в русской поэзии. Хотя я могу понять сам по себе верлибр как форму для отдельных стихотворений, победное шествие верлибра по западной поэзии – катастрофа. Не дай Бог, чтобы у нас это повторилось. Почему – долго объяснять. Да, конечно, верлибры и Блок писал, скажете Вы. Ну да, писал, спору нет. Как говорят исследователи, аж шесть штук за свою поэтическую биографию. :-)

В общем, намереваясь разбирать верлибр, предупреждаю заранее: я воспринимаю его не как обычную поэзию, а как нечто иное, иногда интересное, но иное. Тем не менее, текст есть текст, вот и посмотрим, что получится об этом тексте сказать.

Она сидела напротив меня
и, в глаза глядя,
рассказывала,
что не изменяла мужу,
что это всё сплетни и россказни.
Пылко и жарко доказывала.
Во-первых, немного усомнюсь, надо ли использовать так два почти полных синонима (пылко и жарко).

Во-вторых, рифма, на мой вкус, введена неудачно. Сама по себе нерегулярная рифма в верлибре – норма, другой вопрос – какая именно рифма. Рассказывала:доказывала – созвучие банальнейшее и, пожалуй, излишне точное. Да, это не однокоренные слова (корень в первом – сказ), но от данного факта не становится намного легче. А ведь, если уж введена такая единственная рифма в верлибре, то рифма эта создаёт сильнейший акцент на рифмуемых словах и очень выделяется.  Требования к рифме в данном случае значительно вырастают, стоит подумать, не лучше ли рифму либо уничтожить, либо подыскать что-то не столько очевидное: сейчас рифма, по моему ощущению, торчит как гвоздь в скамейке, а не как некая логичная и уместная доминанта текста.

А я
согласно качала головой
и вспоминала,
какое у нас хорошее было детство,
Вряд ли нужна запятая: однородные придаточные.
и как хорошо было не знать
её любовника.

Ведь мы – подруги…

Попробуем понять, в чём соль стиха, о чём это. Первый момент: вероятно, ЛГ переживает обман со стороны старой подруги, которая доказывает ей, что мужу не изменяла. Но можно уловить и второй: ЛГ жалеет даже не о том, что она знает об измене подруги, а том, как хорошо было не знать её любовника. Это заставляет предполагать как минимум треугольник, а может быть, что и многоугольник, если включить в него мужа. Финальный акцент (Ведь мы – подруги) заставляет заподозрить именно то, что дружба как-то мешает героине, возможно, неравнодушной к этому любовнику.

Если прочитанное мною в тексте соответствует замыслу автора, зарисовка оказывается достаточно ёмкой, хотя надо исправить отдельные слова (и особенно – неудачную, на мой слух, рифму). Но это, конечно, ДРУГИЕ стихи.