Словно тот юноша робкий во мраке,
До кожи нежной, белой как мрамор,
Дрожащим движением как в страхе,
Заката луч оконной касается рамы.
Сияющий занавес скроет всю суету,
Шум уснет в объятьях лунного света,
Тьма путнику откроет другую тропу,
Он в трамвае стоя уснет без билета.
И силуэты ветвей деревьев на стенах,
Будоража фантазии испугают детей,
Под галактик пристальным взглядом,
Их материнская усыпит колыбель.
Мною давно чай позабытый остынет,
Задав атмосферу беспрерывных забот,
И скинув одежду, просто, как выйдет,
Я побреду в сторону Морфея ворот.
Мне приснится тот огонь среди снега,
Что когда-то смешного мальца обогрел,
Аромат винограда, нежнее самого неба,
Что свободу души любить словно велел.
Они навсегда станут моими друзьями,
Иль не поведу и бровью, себя обману,
Ведь так храню контур их очертаний,
Ада создал свой собственный круг.
Моему творенью позавидует Данте,
Всем этим терзаньям своими руками,
Страх разбивает, когда слышу куранты,
Но в ушедших часах тону я как камень.
Ведь меня давно уж позабыло то пламя,
И винограда тонам я и вовсе стал чужд,
Я сам те огни затоптал своими ногами,
Аромат смыл дождем, погубив среди луж.
Вокруг меня едкий дым и горючие смеси,
Смех, радостный крик, цветная картинка,
Вопросы людей, почему я снова не весел,
Мне со скуки разразиться хочется криком!
И я никак не вспомню, о чем им говорить,
Меня рассветы с закатом манят на крыши,
Мне там лично грозы с дождем велят жить,
Сдается мне, что не я, а ветер мной дышит.
Тихий покой среди звенящих их голосов,
Дабы слышать шёпот не слушай их крики,
Они им от других запирают себя на засов,
Что бы никто не услышал их всхлипы.
Я часто молчу, не произношу ни слова,
Ведь просто от криков, своих же, устал,
Душу заткнул, словно я сорвал горло,
Чувства в глазах, не гляди на уста.
И было бы куда лучше, честно,
Если бы время не прибыло с вестью,
Что все мосты как один над бездной,
Все они строятся лживостью, лестью.
Огонь — это игрушка для взрослых,
Взрослые — это давно убитые дети,
Дети — души без панцирей толстых,
И винограда лоза оплетает лишь сети.
Унеси меня, Ветер, в те далекие дали,
Холодный космос, где все ищут тепла,
Дабы мои раздумья со мной засыпали,
Я во сне, забытье, прославлял бы тебя.
Лучше беспокойный сон и кошмары,
Нежели собственных мыслей забава,
Что так бесстыдно клюют мои раны,
Пускают алую кровь, вливая отраву.
Они - персональные демоны, черти,
Морфея врата — манящая паперть,
Не стоит людям страшится смерти,
Их Ад, он внутри - чувства и память.
И переплеты, души подшитые пением,
Среди прочих, давно забытых вещей,
Будут утеряны, затоптаны временем,
Это записки моих бессонных ночей.
