Андрея Петрова убило снарядом.Нашли его мертвым у свежей воронки.Он в небо глядел немигающим взглядом,Промятая каска лежала в сторонке.Он весь был в тяжелых осколочных ранах,И взрывом одежда раздергана в ленты.И мы из пропитанных кровью кармановУ мертвого взяли его документы.Чтоб всем, кто товарищу письма писали,Сказать о его неожиданной смерти,Мы вынули книжку с его адресамиИ пять фотографий в потертом конвертеВот здесь он ребенком, вот братья-мальчишки,А здесь он сестрою на станции дачной…Но выпала карточка чья-то из книжки,Обернутая в целлулоид прозрачный.Он нам не показывал карточку эту.Впервые на поле, средь дымки рассветной,Смутясь, мы взглянули на девушку эту,Веселую девушку в кофточке светлой.В соломенной шляпе с большими полями,Ему улыбаясь лукаво и строго,Стояла она на широкой поляне,Где вдаль убегает лесная дорога.Мы письма напишем родным и знакомым,Мы их известим о негаданной смерти,Мы деньги пошлем им, мы снимки вернем им,Мы адрес надпишем на каждом конверте.Но как нам пройти по воронкам и комьямВ неведомый край, на поляну лесную?Он так, видно, адрес той девушки помнил,Что в книжку свою не вписал записную.К ней нет нам пути – ни дорог, ни тропинок,Ее не найти нам… Но мы угадали,Кому нам вернуть этот маленький снимок,Который на сердце хранился годами.И в час, когда травы тянулись к рассветуИ яма чернела на низком пригорке,Мы дали три залпа – и карточку этуВложили Петрову в карман гимнастерки.
