Стихи Василия Попугаева

Прохожий Шутливая Лира! что ты не звенишь?Игривой струною не тешишь мой слух?Что, крепом покрыта, печально лежишь,К восторгу и смеху не движешь мой дух? Лира Поэт мой скончался,Нельзя мне звенеть,Век славный прервался.Кому со мной петь?Рукой кто чудеснойКоснется струнам,Чтоб звон их небесныйГремел по лугам,Чтоб фавны, сатирыВнимали сей глас,Чтоб легки зефирыКружились, резвясь? Прохожий Поэт твой скончался, — ты, Лира, молчишь!Затем беспримерной струной не звенишь!Иль песни небесной нельзя подражать,Нельзя толь чудесно в струну ударять? Лира Высокой струноюГомер ум пленял,Но страшной косоюСатурн песнь прервал,И время катитсяПоныне рекой,За днем день стремится,За веком другой,Всё Лиры бессмертнойГлас громкой молчит,Другой несравненныйПоэт не гремит.

Блажен тот, кто велик душой,Кто чужд смешных предубеждений,Не чтит людьми народ лишь свой,Не враг других для веры мнений,Зрит в кафре брата своего,В лапонце — мира гражданина,Творенье бога одного,Одной земли, природы сына!Кто стоны бедных укрощатьГотов лететь за океаны,Готов, чтоб братьев просвещать,Лить злато в отдаленны страны. Благословен твой, Говард! прах,Ты был — друг, брат всех человеков,Трои дух ликует в небесах,Жить имя будет веки веков.Ты в мире счастьем ближних жил,Ртремился к бедным всей душою,В тебе утеху находилГонимый бедствами, судьбою!Лишь слышал ты, что кто терпелПод северным иль южным кругом,Ты с помощью к нему летел,Был благодетелем, был другом.Мир, мир тебе, священный прах!Да тень твоя, твой дух ликуетВ раю — блаженства на полях:Тебя нам вновь судьба дарует. Теки, теки в толь славный след,Теки, друг смертных несравненный;Готов венец тебе побед,Не кровью ближних напоенный,Но благодарности слезой!И ты забвен вовек не будешь:На дске истории златойНеизгладим всегда пребудешь!Неизгладим в душе моей,О Ангерстейн! О Говард новый! Блажен, блажен тот друг людей,Кто может снять с себя оковыПредрассуждений света всех —Любить как братьев все народы,Не знать себе других утех,Как зреть счастливы смертны роды!Героев слава пропадет,Тиранов мир весь позабудет,Но добрый гений век живет:Он жить в сердцах век добрых будет.

Здесь были зданиев громады,Здесь мрамор, здесь сафир блистал,Стояли гордо колоннады,Их верх до облак досягал.Здесь плески радости звучали,Гремели цепи вкруг мостов,Мечи у стражи страх вливали,Блиставшие из-за щитов.В чертогах, златом испещренных,Из камней с редкою резьбой,В блестящих тканях златошвенных,Здесь гордый обитал геройИль легкого любимец счастья,Себя считавший божеством.Он мнил, что был чужд бурь, ненастья,Что не разил его и гром;Что для него всё в свете было:Из недр сокровища земли,Что труд, искусство приносило…Но, смертный, в ужасе внемли!Покрыли горизонт туманы,Сперлйся в тучи облака,Взревели ветры, бури рьяны,И гром гремит издалека;С высоких каменных помостов,С надменных мраморных столповВаяны исполинских ростовУпали с треском меж кусковОт гордых зданий, от уборов, —Погиб в громаде властелин!И что ж представилось для взоров?Развалин ужас лишь един. Вот всё величие и слава,Вот света здешнего мечты;И мира целого держава,Богатства, чести, красоты —Всё гибнет, гибнет невозвратноПод острой времени косой.О смертный! зри, вещает внятноТебе громады глас что сей:«Когда ты жребием возвышен,Коль часть других в руке твоей,Не будь в мечтах надменен, пышенИ кровь подвластного не лей,Чтоб редкие иметь палаты,Из Перу золото достать;Не злато, утвари богаты:Покой душевный, благодать.О вы, которых обольщаетБлеск злата, красота столпов,Которых ум всегда желаетВоздушных замков и садов;Кого пленяют пирамиды,Иль сей златой Неронов дом,Иль гордость стен Семирамиды, —Покройтесь вечным вы стыдом!Сей блеск, что взор ваш так пленяет,Что чувства смертных так разит, —Несчастье смертных представляет,В нем мудрый стон и слезы зрит».

Ода на случай позволения, сделанного советом на пропуск «Contrat social», сочинение славного женевского философа Руссо, представленное цензурою на рассмотрение. Ликуй Парнас, всплещите музы,Красуйся светлый Геликон,И арфы сладкия союзыТоржествен раздавайте звон, —На крыльях слава пронесисяДальнейший мира по конец,Неувядаем лавр плетисяОт благодарнейших сердец. О россы, вам не запрещаютВеликих гениев читать,Пределов вам не полагаютПо ним в отважный след дерзать.Открыт вам <путь> для просвещенья,Что Петр Великий проложил;Амфиктион — ума сужденьеВ пределах узких не включил. Руссо, повсюду уваженьеТвоим талантам отдаютИ быстра гения пареньеТвое — в пределах росских чтут.Умам великим нет препоны. . . . . . . . . . . . . .Российски мудрые законыИх славу тщатся сохранять.

Зачем искать богатства,Нам нужны ли они?Их блеск — лишь ложна слава,Их прелесть — смертный яд.Единое спокойствоЕсть счастье жизни сей,Едина добродетельНас услаждает здесь.Высоки чести, слава —Суть в мире слух пустой;Их больше по наследству,Не правдой льзя достать.Монархи, здесь гремящиВысоким саном их,Ту ж горесть ощущают,Те ж тягости несут.В сем мире невозможноСовсем счастливым быть;Нас часто то пленяет,Что служит ко вреду.Лишь тот благополучен,Доволен кто судьбойИ, титлов не желая,В спокойствии живет.

Пойте, Пиндары, героев,Полководцев и царей,Пойте громы страшных боев,Блеск оружий, звук мечей;Славьте градов разоренье,Побежденных вопль и стон;Славьте царств опустошенье,Бедств, несчастий миллион.Вашей я нейду стезею,Я хочу любовь звенеть,Я хочу струной златоюПрелести любезной петь.Что величество и слава?Что звук браней, звук побед?Что вселенной всей держава?Сонм несчастий, зол и бед!Нет покоя и на троне,Гордость коль на нем живет.Страждет сердце и в короне,Льются слезы средь побед.Рим среди торжествований,Мир когда весь победил,Жертвой был усобных браней,Кровь своих сограждан лил…Если с Лизой я играю,С ней смеюся, с ней шучу,Всё я, всё позабываю,Царств и славы не хочу!Нежны милой разговорыМне дороже всех побед,Поцелуй ее и взорыБольше мне, чем целый свет.Их я, их я буду славить,Их я буду воспевать.Петь иное ум заставит —Будет чувства принуждать.

Счастлив, кто злато презирает,Смеется пышности, частям,Богатств огромных избегает,Не ходит знатных по домам! Кто горды ласки сибаритовПрезреньем позлащенным чтетИ из наружно скромных видовСердца змеины узнает; В угодность знатну господинуКто ставит в стыд себе ласкать,Из уваженья к роду, чинуНесчастных в бедства повергать; Но в тихом круге обитаетСемейства милых и родныхИ боле счастия не знает,Как быть в объятиях драгих. Высокость нас не защищает,Богатства Крезовы от бед:И царь на троне унывает,И бедный счастливо живет.

Нет в мире злоключенья?Несчастья в мире нет?В нем только утешенья,В нем радость лишь живет? Ан нет! — я верно знаю,Зло долей лишь его, —То сердца ощущаюПримером моего! Закон неколебимыйВ природе есть любовь, —Все твари ей томимы,Ей всех пылает кровь. Но нет коль утешенья,Когда она горит,Не явно ль на мученьяНас в свет судьба родит? Свирепее сей страстиНи льва, ни тигра нет,Ее зло все напасти,Мученья превзойдет. Не раз любви жестокиЯ цепи ощущал,Не раз, не раз глубокиЯ вздохи испускал. Но втуне! СожаленьяВ предмете всё не зрел,Стонал, терпел мученья,Отрады не имел. Нет в мире злоключенья?Несчастья в мире нет?В нем только утешеньяВ нем радость лишь живет?

Несносны Тантала мученья:Он видит плод, в струях стоит,И жажда, глад его томит:Бежит плод рук прикосновенья,Вода от уст его бежит. Но ах! не те ли ощущаюМученья, бедный, в мире я?Горит, горит душа моя!Как пламень весь, как огнь пылаю! Драгой рука пред мной лежит,Уст милых слышу разговоры,Зрю белых лилий нежны горы,Хочу лобзать ее — претит. Жестоки ли, свирепы взоры?Улыбка томна — милый вид!

Не блещут златом потолоки,Индейской костью домик мой,Подпоры мраморны высокиНе тяготят столбы с резьбой.Не быв наследником Аттала,Не обитаю я дворцовИ тканей в дар, что Спарта ткала,Не получаю от льстецов.Но и богач не презираетМеня за ум, за лирный звон.Мой знатен друг, всем обладает,Но что просить? Что даст мне он?Я чту себя тогда блаженным,Как буду сыт сухим плодом.Стремится день за днем свершеннымИ месяц новый по другом.Забыв час близкой погребенья,Пожалуй мрамор обсекай,И всюду чудные строенья,Не помня смерти, возвышай,И делай насыпи высоки,Чтоб брег морской распространить,Коль блага те еще не многи,Он кои мог в себе вместить.Что пользы в том, что отнимаешьПоля соседние другихИ за пределы забегаешьСамих приверженцев твоих?С земли отцовской, из домовТы можешь бедного изгнать,Заставить, взяв с собой богов,Жену, отца, детей, — бежать.Но что по смерти богачамВ жилище вечно остается?Обитель, данная теням, —Что ж так надменный дух несется?Земля всем недро отверзает,И бедный так же в ней лежит,И царь равно опочивает.Харона злато не прельстит.Им не пленяся, ПрометеяНа свет он сей не возвратил,Из ада Тантала-злодеяИ род его не свободил.Смерть слышит бедного стенаньяПод игом тягостных работ,Не дожидаясь призыванья,Его освободить идет.

К К… Сентября… 11 часов Наконец опять счастливымЯ могу себя назвать,Быть хоть должно молчаливым,Но — престал я воздыхатьИ вкусил небес утехиПосле тяжких, горьких мук;Ныне радости и смехиПознаю я, милый друг. Как возможно удержаться,Бывши счастливу, молчать,От восторга забыватьсяИ на лире не звучать!Нет! — я был, я был счастливым,Верх блаженства ощутилИ с предметом страсти милымНежный пламень разделил. На грудях драгих, прелестныхКати милой, дорогой,В чувствах сладостных, небесныхНектар чашей пил златой,К розам нежным прижимаясьУст богини в свете сем,Как бессмертный восхищаясь,Пренесен я был в Эдем.

Сей в лазурях серебристый,Светлый месяц, луч свой сей!Лей свет, лей свет кроткий, чистый,Лей в луга, в долины лей!В них уж резвые зефирыМеж цветочков не урчат,При кусточках томны лирыЗлатострунно не бренчат.В них уж нимф и граций хорыСладких песней не поют;В них лучи златой АврорыКлой, Дафнисов не зовут, —Вьюги, снеги и морозыНа долинах, на лугахИстребили красны розы,Травку, лист на деревах;Шумны прогнали утехи,Игры, радости, любовь,Задушили в сердце смехи,Застудили в жилах кровьИ велели всем укрыться,В домах, в хижинах сидеть.Чем же, чем же веселиться,Коль на луч твой не глядеть?Коль тобою не пленяться,Как потухнет наш камин,Сердцу милы удалятсяИ останешься один?Сей в лазурях серебристый,Светлый месяц, луч свой сей!Лей свет, лей свет кроткий, чистый,Лей в луга, в долины лей!

О, странное судеб веленье,Чудесный счастья оборот!Невинный страждет в утесненье,Злодей безбедственно живет.Один в слезах смыкает очи,В скорбях, рыданьях восстает,Проводит в сетованьи ночи,В труде поносном жизнь влечет;Другой на розах засыпает,Богатств в избытке и честей,Годами радости считает,А скорбь лишь знает чрез людей.Один, быв иста добродетель,Помощник страждущим в бедах,Злосчастных, сирых благодетель,Влечет жизнь в тягостных цепях, —Лишен отеческого крова,Жены любезной отдален,Гоним свирепством рока злого,В труде под полюсом согбен;Другой, пограбя миллионы,Покрывши кровью целый мир,Наруша все права, законы,Хвалы внимает льстивых лир,Себя не чтит едва за бога,Главой, владыкой смертных всех,И внутрь блестящего чертога,Пресытясь, дремлет средь утех!Вотще питают нас надежды,Правдивость в мире не живет,Здесь чаще счастливы невежды,А добрый, мудрый слезы льет;Венцы Кромвели получают,Нероны — скипетр золотой,Камиллов в ссылку посылают,Дионам смертью платят злой.Богиня счастия слепаяДает всё людям на случай,Судьбою смертного играя,Из чаши сыплет через крайБогатства, почести, почтенье,Где слышит только гул людей, —И в то же самое мгновеньеСбирает их рукой своей.Сей мир есть место испытаний,Где смертный борется с волнойСтрастей, бунтующих желаний,Одной питается мечтой;Где мудрый втуне иссякаетВ желаньи жить лишь для людей,О бедствах ближних воздыхаетИ в узах стонет — как злодей!

Лиза! Лиза! — рассердилась,Что с тобою я играл?Так за то ты оскорбилась,Что тебя поцеловал?Льзя ли эдак быть гневливой,Толь свирепый нрав иметь?Льзя ль толь быть нетерпеливой,Что и ласки не терпеть? Роза сердится ль в лужочке,Что играет с ней зефир?Есть ли сердце в ручеечке,Что пленен им целый мир?Что порхает мотылечекВокруг бабочки своей,Что с ней резвится дружочек,Ах! в досаду ль это ей?

Струи стремитесь золотыеГранитных невских берегов!Алмазы, яхонты живыеЗефиром движимых валовЕще приятнее блистайте,Живее прядайте в волнах,Как звезды в небесах сияйте,Как искры в разных кристалях!Теченья томное журчаньеПриятней сердце, ум пленяй,И Феб немеркнуще сияньеВ лазурях боле разливай,И в запад боле не катися,Не тщись в странах других сиять,Над сей рекой остановися,Где Лизе вздумалось гулять,Где в легкой лодочке прекрасной,Расставя тонки паруса,С толпой амуров в веслах страстнойПрелестна Книд летит краса;Где с нею нимф прелестны хорыИ граций троица плывет,Где томный вид она Авроры,Дианы скромный вид несет.За нею из груди стремитсяИ сердце страстное лететь,Чтоб в счастье с прочими вделиться,Драгую Лизу ближе зреть.Злосчастный! но чего желаю?Прошу я Феба лишь стоять,Лишь только воды умоляюИх гладкость, блеск их сохранять, —Не нужно оное прошенье:Природа зрит ее красы,Она от оных в восхищенье,Для ней драги сии часы!Борей на воды дуть не станет,Напором оных не взмутит,И Феб сиять не перестанет,Когда здесь взор ее блестит.Мне б должно лодку заклинаньем,Слезами, воплем удержать,Мне б должно вздохами, стенаньемАмуров в гребле умягчать,Чтобы они остановилиСтремленье Лизу отдалить,Чтоб, тихо двигаясь, явилиМне случай взор мой насладить.Вот лодка милая сокрылась,И парус перестал белеть.Из глаз драгая Лиза скрылась —Нельзя, нельзя ее мне зреть!

Дружба! дар небес бесценный,Сладкий нектар жизни сей,Гений мира, всей вселенной,Божество души моей!Низлети с кругов эфирных,Ниспади на круг земной, —Да услышим глас в зефирныхТихих веяньях мы твой.В жилах наших огнь прольется,Сердце смертно оживит,Страшной брани огнь уймется,Агнца с волком примирит.Гордость — изверг утесненья —Истребится пред тобой,В все живущие твореньяВодворится мир, покой.Раб не будет пресмыкатьсяПред владыкою своим,Тяжки цепи истребятся,Зло рассеется как дым.Крез услышит бедных стоны,Будет сирому вниматьИ несчетны миллионыК их лишь благу собирать.Процветет страна счастливаМест Аркадии златой,Лавр зеленый и оливаСоплетут союз с собой. Дружба! дар небес бесценный,Утешитель жизни сей!Ниспустись на мир сей бренный,Дай покой вселенной всей.

Чижик, пой свою свободу,Щелкай радость, соловей,Зря с весельем на природу,Порхайте в долине сей!Сердцу миленьких зовитеВаше счастье разделить,Мук и горестей бегите,Горько, горько слезы лить!Было время, как в покоеИ я радости вкушал,Счастье чувствовал прямое,Лишь утехами дышал.Ныне всё переменилось,Помрачилося тоской,Сердце страстно затомилосьМилой Клоей, дорогой.Милы птички, берегитесьЗлобной участи моей,Злой тиранкой не пленитесь,Поздно рваться из сетей!

В голубом лазурном сводеЯрко блеск луны сиялИ унылый вид в природе,Мрак печальный прогонял;Звездных сонмов миллионыЗолотили горизонт,Светлы их лучи граненыОтражались в синий понт…В сладком сна обвороженьиВесь род смертный пребывал,Лишь один я в исступленьиНе спал, в лиру ударял.Пел приятность лунной ночи,Пел священную любовь!Милой Кати томны очиВолновали мою кровь!Сладко в чувствах заблуждаясь,Я весь страстию дышал,Ум, приятно обольщаясь,Мне драгую представлял, —Как в средине сих мечтанийНизлетел ко мне Морфей,И в миг тот же бог терзанийПламенной стрелой своейМне разжег воображенье,Сердце боле вспламенилИ драгую в сем забвеньеСладком чувств — пред мной явил.С той улыбкой, с тем же взором,Кою в ней я за день зрел;Грации за нею хором,А пред ней Амур летел,Смехи круг ее толпились,Зефир кудри развевал,Розы перед ней родились,Лес ветвьми ее лобзал,В роще тихой и зеленойГордо Катя моя шла,Вся натура оживленныйВид, казалось, приняла…Я же в первом исступленьи,Сидя, в лиру ударял,Но при толь драгом явленьиПлектр из рук моих упал.Я летел к моей любезной,Уже… страстно целовал.Вдруг… предмет… предмет прелестныйСкрылся в облаке, пропал.Кровь моя пришла в волненье,Сон от глаз моих слетел,И увы!.. где, где явленье?Я единый мрак лишь зрел.

Сто душ имеешь ты, поверю, за собой, —Да это и когда я мнил опровергать?!.Назвав тебя бедняк, хотел лишь я сказать,Что нет в тебе одной.

Любезный мотылек,С цветочка на цветокТы там и сям летаешьИ сладкий собираешьВо всех местах медок! С лилеи, с василькаИ с розова цветкаТы носишь испареньяИ сладкие куреньяПо пестреньким лугам. Но, милый мотылек,Видал ли ты цветок?Он всех цветков милее,Всех в мире роз алее,То Лизанькин роток. С него, мой мотылек,Мой миленький дружок!Я слаще мед сбираюИ аромат вдыхаю,Мой счастливее рок.

Ода на случай нового сочинения г<осподина> акад<емика> Лепехина. Еще увенчан сединою,Почтенный старостью, умом,Лепехин! муж, любимый мною,Своей ты множишь славы гром!Еще природы в изысканьиПровед бессмертный жизни век,При славном дней твоих мерцаньи,Ты новы истины изрек! Горя к познаниям любовью,Желаньем славы вдохновен,Как Марс в полях, венчанных кровью,Бессмертным лавром окружен,Так в поле истины сражаясь,Еще твоих в закате дней,Сердечным жаром оживляясь,Блестишь ты сведений стезей! О старец истинно почтенный,Познаний истинный герой!О ум великий, несравненный,Когда окончится труд твой?Довольно в храме Аполлона,Довольно ты уже гремел,Для славы россов — Геликона,Для пользы общей — произвел. Уж время опочить герою,Уж время браней меч сложить,Поникнув лавровой главою,В покое, в тихом мире жить!Но нет — в трудах, неутомимый,Ты хочешь век свой проводить,Науки отрасли любимойОстатки жизни посвятить, И, Фебом быв на горизонтеЕвропы удивленной всей,Ты хочешь погрузиться в понте,Сияя алою зарей!Блести и славься, муж любезный,Диви еще, диви собой,Пока не меркнет луч небесный,Пока не скрылся гений твой.

Теки, корабль любезный мой,Теки, теки в водах счастливо,Да путь Венера правит твой,Да ветров веянье бурливоЭол суровый усмирит,Да вслед япига твой шумитИ Кастор и Поллукс блистают. Вергилий на тебе плывет,Доставь его, доставь в Афины,В нем часть души моей живет,Часть мне дражайшей половины!Да будет там он невредим,Корабль, не будь неумолим,Тебя стократно заклинаю. Троякой меди грудь имелИ страшны исполински силы,Кто первый ввериться посмелНа утлый челн и на ветрилы,Порывных бурь не оробел,Гиад бестрепетно узрелИ в море, презря всё, пустился. Какой тот смерти трепетал,Тот дрогнул от беды какия,На белы волны кто взиралИ на чудовища морскиеНеробким оком и душой,Являясь тверд средь оных страхов? Вотще пространный океанПределом положили богиМежду земли различных стран, —Продерзкой человек дорогиПовсюду скрытые найдет, —Чрез море и злодей плывет,Безвредно достигая брегу. Надменный, гордый смертный родНа возбраненное дерзает,С небес коварством огнь влечетЯфета племя — с ним слетаетБолезнь, недуг на круг земной —И смерть ускорила шаг свой,Что прежде медленно стремился. Дедал по воздуху парит,Хоть жребий крыльев нас лишает, —И ад себе защит не зритИ Геркулесу уступает!Но что не трудно для людей:Нередко мы в мечте своейИ неба самого желаем!

Теки в полях между цветами,Теки, любезный мой ручей!Виясь, журчи между холмами,Златокристальны токи лей! Ты часто зеркалом бываешьЛюбезной Лизаньке моей,Красы небесны освежаешьАлмазной часто ты струей; Тебе случается нагуюНередко также Лизу зреть,Дивлюсь, как, прелесть зря такую,Ключом не станешь ты кипеть. Ах! сколько счастлив ты бываешь,Столь пред тобой злосчастен я!Ты милу Лизу лобызаешь,Моя же часть не зреть ея!

Смертный! быть чтобы счастливым,Не ищи больших честен,Не давай сим блескам лживымОслеплять души твоей!Следуй рока направленно!В бурю ль твой корабль течет —Смейся вихрей устремленью,Ветер пусть твой парус рвет!Коль вдали волна катится,Что тебя с ним поглотит,Втуне смертный суетится! —Он сего не отвратит.Смерть есть зло, — но зло мгновенно!Миг — ее удар свершен;Жизнь есть благо переменно:Ныне трон, а завтра — плен!Ныне в радостях, утехах,В полном счастии живем,Завтра время уж не в смехахМы проводим — слезы льем!То по милой воздыхаем,То мы стонем о родныхИ стократно призываемСмерть в мученьях таковых.Что ж! какою непогодыЗлой бедой тебе грозят?Разъяренны, пенясь, водыЖизни вмиг тебя лишат;Но за сей ли миг, толь скорый,Хочешь ты всегда стонать!Может быть, стихии спорыИ безвредно прекратят —Ветер счастливый подует,И ко брегу приведет, —И беда твоя минует,И несчастие пройдет!Для чего ж пустым вздыханьемЖизни бремя отягчать,Коль заботой и страданьемРок неможно поправлять?Но к чему его и тщимсяСтолько мы к себе привлечь?Лучше ль жизнью насладимся,Будет коль она лишь течьЗолотой частей стезею,Градской черни средь похвал?Человек, ищи покою,Счастлив — коль его снискал.

Вотще под золотым покровом,На мягком г_а_гачьем пуху,В твоем дворце прекрасном, новом,В разлитых аромат духу,Вотще за музыкой, гремящейЗа редким Крезовым столом,В объятьях нимф, огнем горящих,С друзьями льстивыми кругом,О счастии своем мечтаешьВотще, вотще, Пигмалион!И плачу бедных не внимаешь —Разительней их грому стон.Слезе не крепок щит Ахилла,Разит невинных царства кровь.Тарквинов гордость низложилаИх принца зверская любовь. Где стон из груди излетает,Где добродетельный в цепях,Там меч свой правда вынимает,Зрит Дионисий смерти страх,И ужас мук — ему наградаСредь шумных празднеств и пиров!О добродетель, ты оградаВеликих Титов и Петров.Аврелии спокойно жили,Их Рим и мир благословит,Народы их богами чтили,Им слава фимиам курит!Но что приобрели Коммоды,Которы гнали знаний свет,Текли которых кровью годы?Во мраке кость их — прах гниет. Блюдите, сильные! законы,Храните счастие людей,Предупреждайте слезы, стоныИ правды шествуйте стезей;Как Карлы готфов, не желайтеНароды в ужас приводить,Сограждан сил не истощайте,Чтобы вселенну удивить;И лишь одних врагов разите,Не жаждайте других земель;Со всеми дружество храните:Где кровь и лавр — там терн и ель!