Горловка. 1 августа 2014.

Я не знала, что в августе ноги могут утопать в ворохе сухих листьев. Если улицы не подметать. В час дня стою одна на пустынном центральном перекрёстке, цепляясь за остатки уходящего мира. Жду механической фразы "Рух дозволено", почему-то это важно. Из живых - только брошенные собаки, которые начали сбиваться в стаи. Каждая смотрит с надеждой в глаза - а вдруг позову или хотя бы расскажу - где хозяин, куда за ним бежать. Кошкам хуже. Варю два пакета каши, ещё на бульоне, и бегу с ведёрком по улице. На каждом заборе пустого дома сидит кошка с безжизненными глазами. Они знают. Проглатывая пустую кашу, заглядывают в глаза, но ничего не ждут. Немногие из них научатся убегать от обозлённых и преданных собак. Пакет ГРАДа. Падаю под бетонным забором, обняв кошку. Считаю. 27 секунд до разрывов. Не в этот раз. Кошка яростно мурчит. У неё было целых 27 секунд счастья - она 27 секунд была не одна. Бегу домой, к папе. Ещё не зная, что папа будет ждать меня всего 13 дней.