Он не помнил...

Он не помнил уже, как она улыбалась,

Как рукой по щеке проводила порой.

Как в ночной суете новогоднего бала,

Называла его: «Мой мальчишка, родной…»

 

Он забыл – нежный шёпот в промёрзшем подъезде,

Вольность рук, сладость губ, трепет юных сердец.

Когда мир уходил, падал вниз, словно в бездну,

Где всего два созвездия Рак и Телец.

 

Что же было потом? Что же стало на свете,

Когда ветер судьбы перешел в ураган?

И все чувства людские, как розги, как плети,

Уместились в один недопитый стакан.

 

А была суета, этот век, что подсуден,

И огромная жизнь, уходящая в смерть.

Боль стреляла в людей из незримых орудий,

Превращая живое в засохшую твердь.

 

Все меняли на крылья свои парашюты,

Все хотели взлететь от убогих мерил.

Но досадно легко обрывались маршруты.

Видно, Бог не прощал. Видно, Бог не простил…

 

А потом был рассвет. Жизнь просила пощады

На последнем предсмертном своем рубеже.

Как он выплыл, как жил, как прошел все преграды,

Он не помнил уже, он не помнил уже…