ВОЙНЕ - АНАФЕМА
Я пишу о войне.
Эти строки теснятся и хмурятся.
Я пишу о войне:
эту боль не унять мне ничем.
Мне бы кинуть себя
в переулки и гулкие улицы,
мне б увидеть себя
в бездне глаз и с ружьём на плече.
Мне бы видеть парок
и подпалины крови на теле,
мне бы навзничь упасть,
грязь ходка разгребая сукном,
быть распятым без ног
в госпитальной холщовой постели
или взвод прикрывать
автоматным кинжальным огнём.
Я пишу о войне.
Эти строки теснятся и хмурятся.
Я пишу о войне:
мне пелёнки стирала она.
Мне, наверно, вдвойне
все страданья погибших окупятся.
Я тобой потрясён,
мировая чужая война.
Да, из кожи моей
элегантные делали вещи,
это я захлебнулся
в своей выцветавшей крови,
а потом был судьёй
над убийцами в прошлом процессе
и в тюремном дворе –
сам, клянусь! – “наци-два” удавил.
Нет, мне плакать ночами,
а утром, обросшим и тощим,
вновь в колонне плестись,
под прикладом сгибаясь в кости;
русой бабой над вестью последней
все выплакать очи;
и жену, и чужого ребёнка,
вернувшись, простить…
…Всё приходит во сне
гололобый усталый прищур отца,
всё сижу с ним в окопе:
на линии фронта метель …
Я пишу о войне.
Эти строки теснятся и хмурятся.
Я пишу о войне:
У меня на войне был отец.
Москва, 1961
