Жизнь, которой не суждено было начаться

Жизнь которой не суждено было начаться
Надеюсь, ты поймешь меня сейчас.
Мне, правда, жутко и безумно больно;
Что жизнь моя исчезнет в этот час,
И слезы из очей текут невольно.
Я вижу свет в глубокой пустоте,
Я с каждым днем к нему все ближе, ближе,
Он мне пророчит счастье на Земле
И песнь судьбы немой старанно пишет.
Но стрелки часовые в этот миг
Бегут быстрее,словно в глупой спешке.
Я понимаю-впереди тупик.
В меня вонзает кто-то зубы клешней.
Но я борюсь, молитву говорю,
Мне ангел в этом сильно помогает.
Я не желаю влиться в ту струю,
Которую угроза обещает…
Но нет, о, нет… Зачем жестоко так?
Я не сулил тебе ни капли злости.
Внутри меня творится кавардак,
Ведь часть себя безжально хочешь бросить!
Прости, скажи, ну в чем моя вина?
Скажи мне лишь, я сразу все исправлю.
Я выпью чашу мук твоих до дна
И заживлю разорванную рану…
Но поздно впредь что-либо говорить…
Я вижу тьму в глазах и боль под чревом.
А жизнь моя-оборванная нить,
Написанная на асфальте мелом…
Меня изъяли грубо, как щенка
От сердца, в такт с которым мне дышалось.
И бросили потом в помойный бак,
Как будто мне там жить предназначалось.
Все решено! Я мертв и уж остыл,
И дух живой покинул узы тела.
Я ни секунды в мире не прожил,
Но, видно, так ты этого хотела!
Надеюсь, ты поймешь меня сейчас.
Мне, правда, жутко и безумно больно;
Что жизнь моя исчезнет в этот час,
И слезы из очей текут невольно.
Я вижу свет в глубокой пустоте,
Я с каждым днем к нему все ближе, ближе,
Он мне пророчит счастье на Земле
И песнь судьбы немой старанно пишет.
Но стрелки часовые в этот миг
Бегут быстрее,словно в глупой спешке.
Я понимаю-впереди тупик.
В меня вонзает кто-то зубы клешней.
Но я борюсь, молитву говорю,
Мне ангел в этом сильно помогает.
Я не желаю влиться в ту струю,
Которую угроза обещает…
Но нет, о, нет… Зачем жестоко так?
Я не сулил тебе ни капли злости.
Внутри меня творится кавардак,
Ведь часть себя безжально хочешь бросить!
Прости, скажи, ну в чем моя вина?
Скажи мне лишь, я сразу все исправлю.
Я выпью чашу мук твоих до дна
И заживлю разорванную рану…
Но поздно впредь что-либо говорить…
Я вижу тьму в глазах и боль под чревом.
А жизнь моя-оборванная нить,
Написанная на асфальте мелом…
Меня изъяли грубо, как щенка
От сердца, в такт с которым мне дышалось.
И бросили потом в помойный бак,
Как будто мне там жить предназначалось.
Все решено! Я мертв и уж остыл,
И дух живой покинул узы тела.
Я ни секунды в мире не прожил,
Но, видно, так ты этого хотела!

