Письмо не Онегина, но Татьяне

Дай мне руку на счастье, Танюша !

По ладони судьбу предскажу,

Я тебе буду петь, а ты слушай,

То, о чем я грущу и тужу.

 

Унеслась в тридевятое царство

Наша юность, Татьяна, с тобой,

Но как хочется мне снова в двадцать

И любить тебя страстью былой.

 

И пройтись по бульварам и скверам

С гордо поднятой головой,

Предыстории нет – нет и меры,

Что гнетет так в любви роковой.

 

Что любить заставляет с оглядкой

На прожитый в борениях путь,

Брать от счастья кусочки украдкой

И идти в свой семейный уют.

 

Боже мой ! Что ты делаешь, Таня?

Каждый раз, как с тобою столкнусь,

Ты меня как магнит снова манишь,

Я тебя и люблю и боюсь.

 

Я боюсь, что не выдержат нервы,

Может быть, у тебя иль мои,

Но наверно, я буду первый,

Для кого отпоют соловьи.

 

И, тогда, моя милая Таня,

Ты поймешь, что такое любовь,

Что любовь – это порох и пламя,

А не просто супружеский кров.

 

У меня же любовь была дважды:

Ты – одна, а другая – жена,

А лихие проказы от жажды

Стихотворного болтуна.

 

Как же мне вас любить обеих?

Я в смятеньи живу сам не свой,

Вы друг друга, конечно, стоите,

Я ж не стою ни той, ни другой.

 

Вы как дамы: черва и пика,

А мне в картах всегда не везет,

Но обеих любить – много шика,

Это публика не поймет.

 

И, наверно, козырной шестеркой

Буду бит – вот и весь преферанс,

Кто – то свистнет однажды с галерки,

И закончится мой с Вами вальс.