Шесть миллионов
Лишь чёрный дым, - всё, что осталось от людей
Бог не помог ни мёртвым, ни живым
В печах Освенцима крики детей
Их руки, руки тянутся к родным
Что делать мне,- я до сих пор живой
И память невозможно усыпить
Шесть миллионов душ во тьме ночной
Мне не дают Всевышнего любить
Лишь чёрный дым и пепел их сердец
Время пройдёт, кто-то другой поверит Богу
Он для меня полуживой мертвец
Предал который и украл у них свободу
