Анна
Утро вяло прохладой сочилось в дом.
Анна сегодня раньше смахнула сон.
- Миша, мне ко двору, - замерла на миг, -
Постараюсь вернуться. Бестужев сник.
- Буду ждать! – потянулся, закрыл глаза.
Пряно ветер в окно – началась гроза.
- Барин, барин, вставай, - тряс лакей плечо, -
Они забрали хозяйку, девку её.
- Стойте! За что?! Не смеете, лейтенант!
- Это приказ! Разберутся, кто виноват.
Царский двор. У крыльца стоит экипаж.
Статуй бесстыдных фигуры, двора антураж
Анна видит, быть может, последний раз
Из окна тюремной кареты сейчас.
Дни и ночи сливались в тяжелый ком.
Мысли – в узкие окна под потолком.
Узники в тесноте, сходили с ума.
Было в достатке – время и пустота.
Пытки, допросы… Анна и в чёрной мгле,
И через боль, на дыбе – верна себе.
Чёрным сукном обтянут дощатый борт.
Тянет толпу на площади эшафот.
Красный ковёр для знатных особый лоск.
Нет ни мольбы, ни страха, только вопрос:
«Ведь человек, не зверь?» Немой протест.
Рука не дрожала Анны: «Возьмите крест».
Ныло внутри, сжималось. Худшее – кнут.
Детское чувство надежды теснило грудь.
Вдруг смутился, в глаза посмотреть не смел,
Дрогнули пальцы мастера смертных дел:
«Закончить быстрее и дома вином залить,
Гнать от себя то, с чем немыслимо жить».
Мягко на белую спину ложился кнут…
- Пирожки! – торговец кричал в толпу…
Отзывы
Морозов Андрей Владиленович mavru06.04.2016
...пирожки да коврижки...
не громко вещала толпа...
Здорово! Ира!
«T. s. m. g. o.?»
Насколько смог, он разглядел
Души крыла, под тонкой кожей…
С азартом бьют колокола
В ладоши хлопают вельможи
На плахе, тихий, скромный кат
В руках держал топор без ножен
На площади народ дрожал
Кто следующий?! Вопрос тревожил!
Кого конвой ведёт?! Босого, он стреножен…
Кат, Ангела, успел, узнал
Насколько смог, в нём разглядел
Души крыла под тонкой кожей
Топор метнул, крестясь, сбежал…
Вельможи хором – Шоу!
Вот такое вспомнилось нынче.
Песчинка06.04.2016
Благодарна, Андрей.
