Руины империи старой
Руины империи старой, забравшейся так высоко,
Что звезды светили под нею, где-то на дне, глубоко,
Трепещут под ветром усталым, величье свое потеряв.
И рванные надписи время напишет на старых камнях.
Читаю историю славы: золото льется рекой,
Правитель страны православной ведет свой народ за собой.
Церкви сверкают на солнце, и время застыло на миг,
Вот что расскажет мне камень, самый старинный из них.
Читаю историю полдня, когда солнце еще высоко,
А первые тучи разлились по небу парным молоком.
Жив еще дух первородный, не сдался врагу златокрест,
Пусть яд разливается в жилах, но сила у нас еще есть
Читаю историю смерти, народ, что без гласа принял,
Не выдержав страха людского, царь веру свою потерял,
И ночью вознесся костер, горел наш прекрасный Царьград,
Я плачу, я плачу по дому, дороги к которому нету назад.
Что звезды светили под нею, где-то на дне, глубоко,
Трепещут под ветром усталым, величье свое потеряв.
И рванные надписи время напишет на старых камнях.
Читаю историю славы: золото льется рекой,
Правитель страны православной ведет свой народ за собой.
Церкви сверкают на солнце, и время застыло на миг,
Вот что расскажет мне камень, самый старинный из них.
Читаю историю полдня, когда солнце еще высоко,
А первые тучи разлились по небу парным молоком.
Жив еще дух первородный, не сдался врагу златокрест,
Пусть яд разливается в жилах, но сила у нас еще есть
Читаю историю смерти, народ, что без гласа принял,
Не выдержав страха людского, царь веру свою потерял,
И ночью вознесся костер, горел наш прекрасный Царьград,
Я плачу, я плачу по дому, дороги к которому нету назад.

