ДРУГУ
Не ной!
Ты не построил ни ковчег, ни новый мир,
Пришли варвары, чтобы похитить Рим,
Оставь им это! нам не надо это! Брось!
А это значит — жить еще не сорвалось!
А это значит — поживем еще тогда,
И хотя нас разделяют города,
Но скуку сердца нам приносит почтальон,
Ты не поверишь, но он тоже обречен.
И gloomy Sunday не наступит никогда,
Мы сдохнем в пятницу; уносит поезда
В метро… в простор подземных стуж,
Оптовый склад для чичиковских душ…
«Мы смотрим фильмы или снимся нам самим…»,
Уход немыслим, мозг невыносим.
И ветер в форточку расскажет обо всем,
Но не уверен, что все верно мы поймем,
Но не уверен, что все верно нас поймут.
И мысли добрые зашкерятся под спуд,
Когда наречия сожгут сердца людей.
А домовые молвят: «Господу видней!»,
Танцуя на емелиных костях
И на многих психотропных веществах, —
Смешному человеку снился сон.
Упал в конверт. Скорее, почтальон!
Ты не построил ни ковчег, ни новый мир,
Пришли варвары, чтобы похитить Рим,
Оставь им это! нам не надо это! Брось!
А это значит — жить еще не сорвалось!
А это значит — поживем еще тогда,
И хотя нас разделяют города,
Но скуку сердца нам приносит почтальон,
Ты не поверишь, но он тоже обречен.
И gloomy Sunday не наступит никогда,
Мы сдохнем в пятницу; уносит поезда
В метро… в простор подземных стуж,
Оптовый склад для чичиковских душ…
«Мы смотрим фильмы или снимся нам самим…»,
Уход немыслим, мозг невыносим.
И ветер в форточку расскажет обо всем,
Но не уверен, что все верно мы поймем,
Но не уверен, что все верно нас поймут.
И мысли добрые зашкерятся под спуд,
Когда наречия сожгут сердца людей.
А домовые молвят: «Господу видней!»,
Танцуя на емелиных костях
И на многих психотропных веществах, —
Смешному человеку снился сон.
Упал в конверт. Скорее, почтальон!
