Письмо

                Алексадру Петровичу Межирову

Я к тебе путей не знаю,
но зато в родном краю
часто с болью вспоминаю
неприкаянность твою.

Те ночные разговоры
в тишине, наедине
с собеседником, который
был всегда так близок мне.

Не пророк в своей отчизне,
от души, не свысока
ты сказал, что правдой жизни
правит правда языка.

Не считаясь с расстояньем,
в сердце голос не затих,
окрыленный заиканьем
этих гласных горловых…

Звуком связаны отныне,
как невидимой струной,
у себя ли, на чужбине,
где бы ни были с тобой, –

сохраним в потемках мысли
путеводною звездой
нашу совесть – стыд корысти,
как ее назвал Толстой.

Потому что не по крови,
а по Слову состоим
мы в родстве, и тем суровей
оправдание пред ним.