Птичьи трели
~~Вот, начинаю этот сказ,
Хоть не на ридной мове,
О той стране, чей профиль в слове
Сокрыт от глаз – ей имя ЗАЗ. И где-то в центре той страны,
Ну, прямо там, где пуп земли,
Курятник на две стороны,
Сначала на две разнесли. А тот петух, что правил бал,
В немилость сразу же попал,
Чтоб гребешок свой сохранить,
Он тихо предпочёл свалить. Две птицефабрики между собой
С востока и запада ринулись в бой
За сальный, лакомый кусочек,
Да мутненькой горилочки глоточек. И сразу с этих двух сторон
Под лозунгом: «Мы успокоим гон!»
Два статных вышли петуха
Друг другу потрепать бока. Но цель той своры: под шумок,
Скорее в ридный закуток
Кормов побольше подтащить
И, кукарекнув, всё забыть. Забыть слова и обещания,
Сославшись на куриные мозги,
И, на туман греша, что не видать ни зги,
Уменьшить резко пыл старания. Но, тут не всех такой расклад
Как будто бы устроил.
В одном курятнике разлад
Отдельных стай утроил.
Двух петушков слетела стать,
С той курочкою рядом,
Себя не даст за грош топтать,
Ни покушаться взглядом. Вот гребни статных петухов,
Обмякнув, сникли, задрожали.
Всё меньше в стае простаков
В поклоне холки обнажали Небрежно пёрышки пригладив,
Не перья, сплошь крутые бренды,
Взлетела ввысь, шесток обгадив,
Срывать курячьи дивиденды. А ну-ка, двигайся, браток,
Ведь петушиной власти срок
Уже истёк, и, наконец,
Мой гребешок под сей венец Вполне готов, и не беда,
Что кто-то где-то иногда
Мечтает, чтоб для всех еда
Доступной стала бы всегда. Они то сыты, им тепло,
Дела забыты, сплошь трепло,
Вот так курятником торгуют,
И на троих сей вкус смакуют. А у меня вопрос таков:
Как долго будут за лохов
Держать нас, по кругу водить
И, как птенцов, всех разводить? А не пора ль всю эту рать
Обратно на шестки загнать,
И, не боясь, им всем сказать:
Хорош нам гребешки трепать!
И напоследок вам скажу:
Бьюсь об заклад, пари держу,
Кого б не выбрали из этой своры,
Отдачей будет вам – лишь
обещаний горы. А вожака из петушков
Так надобно искать,
Когда свой клювик наполнять
Начнёт он, лишь тогда, Когда вокруг него всего,
Благодаря ему, полно,
И всем, включая и его,
Светло, вольготно и сытно.
Хоть не на ридной мове,
О той стране, чей профиль в слове
Сокрыт от глаз – ей имя ЗАЗ. И где-то в центре той страны,
Ну, прямо там, где пуп земли,
Курятник на две стороны,
Сначала на две разнесли. А тот петух, что правил бал,
В немилость сразу же попал,
Чтоб гребешок свой сохранить,
Он тихо предпочёл свалить. Две птицефабрики между собой
С востока и запада ринулись в бой
За сальный, лакомый кусочек,
Да мутненькой горилочки глоточек. И сразу с этих двух сторон
Под лозунгом: «Мы успокоим гон!»
Два статных вышли петуха
Друг другу потрепать бока. Но цель той своры: под шумок,
Скорее в ридный закуток
Кормов побольше подтащить
И, кукарекнув, всё забыть. Забыть слова и обещания,
Сославшись на куриные мозги,
И, на туман греша, что не видать ни зги,
Уменьшить резко пыл старания. Но, тут не всех такой расклад
Как будто бы устроил.
В одном курятнике разлад
Отдельных стай утроил.
Двух петушков слетела стать,
С той курочкою рядом,
Себя не даст за грош топтать,
Ни покушаться взглядом. Вот гребни статных петухов,
Обмякнув, сникли, задрожали.
Всё меньше в стае простаков
В поклоне холки обнажали Небрежно пёрышки пригладив,
Не перья, сплошь крутые бренды,
Взлетела ввысь, шесток обгадив,
Срывать курячьи дивиденды. А ну-ка, двигайся, браток,
Ведь петушиной власти срок
Уже истёк, и, наконец,
Мой гребешок под сей венец Вполне готов, и не беда,
Что кто-то где-то иногда
Мечтает, чтоб для всех еда
Доступной стала бы всегда. Они то сыты, им тепло,
Дела забыты, сплошь трепло,
Вот так курятником торгуют,
И на троих сей вкус смакуют. А у меня вопрос таков:
Как долго будут за лохов
Держать нас, по кругу водить
И, как птенцов, всех разводить? А не пора ль всю эту рать
Обратно на шестки загнать,
И, не боясь, им всем сказать:
Хорош нам гребешки трепать!
И напоследок вам скажу:
Бьюсь об заклад, пари держу,
Кого б не выбрали из этой своры,
Отдачей будет вам – лишь
обещаний горы. А вожака из петушков
Так надобно искать,
Когда свой клювик наполнять
Начнёт он, лишь тогда, Когда вокруг него всего,
Благодаря ему, полно,
И всем, включая и его,
Светло, вольготно и сытно.
