Тарагарщина. Роман в куплетах. Часть 1
Сижу я над кружкой остывшего чаю
И думаю: нафиг я жизнь усложняю?
Она не мудрее китайской игрушки -
Вот этой пластмассовой треснувшей кружки.
Пресна и нелепа, как пицца без сыра,
Как Дума без спикера, водка с кефиром,
Как поп без кадила, как хрен с абрикосом
Как русский, не занятый жидовопросом.
Судите: в стакан кипяток наливая,
Невольно мы терморежим соблюдаем:
Плесни не воды, а кипящего жиру -
И будет похуже, чем водка с кефиром.
Храни этот тезис до нужного часа:
Не лей кипяток - и не лопнет пластмасса.
* * * *
Ту кружку привез мне Максим Тарагара,
А может Захар... - эта славная пара
Известна со школы столь схожестью редкой,
Что путала их баба Зина - соседка.
И если Максим приводил в дом девицу,
Подъезд знал от бабушки - в ролях и лицах:
"Опять приволок ночью новую шмару!
Да кто же еще? Он, Захар Тарагара!"
Случалось, Захар надирался с получки -
До рвоты, до бреда, до полной отключки.
Наутро у лавки словес Ниагара:
"Нажрался, как мерин Максим Тарагара!"
Боюсь, эта притча на правду похожа:
Нам проще о людях судить по одеже.
В долгу оставаться считалось зазорно,
И братья боролись, боролись упорно.
Однажды попалась старушкина кошка…
Старушке пришлось вызывать неотложку.
... В суде бабка Зина вела агрессивно:
Не то, чтобы злобно, но очень активно.
Валила все в кучу: пропажу варенья,
Прожженный ковер, жесты и выраженья...
В войне без потерь никогда не бывает,
Тут кто-то находит, а кто-то теряет,
Другой торжествует, уйдя от удара...
Нашкодил Максим - посадили Захара.
Мечтать - помечтай. Но иллюзий не строй,
Не любит иллюзий тамбовский конвой.
Захар пару лет "отхимичил" в Ижевске,
Вернулся в наколках: насмешливый, резкий.
Сошелся с бабенкой - отпетою стервой,
С Максимом бухнул - и к себе, на "сто первый".
Другой Тарагара, напротив, взрослея,
Отчетливо видел, где греет сильнее.
Рабфак, институт, комсомольское вече,
Дружина, колхоз, на собраниях речи…
Максима ценили, держали в резерве,
В работе общественной он самый первый.
А как протрубили "рядов укрепленье",
Максим, не спеша, накатал заявленье.
Два равных пера не отыщешь в подушке,
Нет равных глотков в остывающей кружке.
Захара пристроили сторожем в ОРСе
(Директорше нравилась церковь на торсе).
Наколкой она до весны любовалась,
Он сел за грабеж, тетка проворовалась.
В вагоне без мест, расписанья и даты
По ребрам крушили хмельные солдаты ,
Но в морду ни-ни , и, смеясь, говорили:
" Не все еще елки в тайге повалили?"
Но елки - не палки. Урал - не Калуга.
Свое отсидел... Испарилась подруга,
Друзья утекли, как вода из навоза...
Купил "Москвичонка" и начал с извоза.
Немало пропето зеленым вагонам,
Несущим свой груз по глухим перегонам.
* * * *
...Страна колыхалась, как в шторм пенный берег,
Сжимая талоны, мы пялились в телик:
Смешнее, чем в цирке, чем в морге страшнее -
Попы, экстрасенсы, полит-чародеи,
Гадатели, шлюхи, певцы преступлений…
Резвились на радио-телеарене.
Все ждали мессию, как Золушка принца,
И принц не замедлил тотчас появиться.
Точнее, их было немало: хороших,
Красивых, речистых, на принца похожих,
Кричащих: "Долой!", "Почему?" и "Доколе?!"
В пробирке их хором повывели, что ли?
Не часто, но видел: козырную карту
Иным заменяет избыток азарта.
Средь них был заметен Максим Тарагара -
Своей радикальностью – прочим не пара!
Клеймить - от души, а рубить - так с плеча:
Он снял в кабинете портрет Ильича.
На кафедре выступил с гневною речью:
Мол, видя болячки, болячек не лечим!
За что пострадал: после длительных прений
Лишен в назиданье двух месячных премий.
На митингах он выворачивал душу,
Народ все кивал, одобрительно слушал:
"За правду радеет, страдал за навет..."-
И выбрали парня в Верховный Совет.
Порою народ столь ретиво кивает -
Хребет устает, голова отлетает...
* * * *
Иной раз под вечер, транзистор включая,
Захар слышал брата - как тот, обличая,
Ругал партократов - причину всех бед...
...Зевал и курить уходил в туалет.
Тихонько-легонько Захар оперился:
И домик купил, и толково женился,
Стоял во дворе почти новый "Фиат",
Но спать не давал грузовой агрегат.
Фургон присмотрел он в одной автобазе.
Начальник торгуется, ломит, зараза!
КамАЗ - не "Москвич": "По червончику с носа"-
Трудяга, кормилец - не знает износа.
Глазеть на страну из вагона окошка -
Оно безопасней, но скучно немножко...
Захар - он такой: коли рогом упрется -
Башку расшибет, только цели добьется!
Поставил завгару (и даже не раз) -
И к лету к себе перегнал тот КамАЗ.
Серьезно все взвесил, друзьям позвонил,
"Фиата" продал и контору открыл.
Названье придумал, конечно, не он,
Жена подсказала: "Давай - "Фаэтон"!"
Названье, как песня. А песня в дороге
Нужней ремкомплекта в конечном итоге.
Достал по знакомству путевой резины
И стал из Батуми возить мандарины.
"Мздоимство в России!" - бельгиец ворчал.
"Товарообмен!" - я ему отвечал.
* * * *
Бельгийца приплел я, быть может, не к месту…
Знавал одного - мелкий менеджер треста.
В Россию повез он (послал Красный Крест)
Одежду для бедных - всего двести мест.
Довез половину. И в Бресте, и в Туле
Одели ГАИ, прокуроров обули,
Судейским досталось и СЭС не в накладе,
Из мэрии тети, из таможни дяди...
"Наш нищий чиновник" - его убеждали -
"Конечно берет, но помногу - едва ли...
Повысь ему ставку, купи "Жигуля"-
И взятку мы завтра сведем до нуля!"
Пословица есть про овец и волков...
Но то не о нас - аппетит не таков!
И думаю: нафиг я жизнь усложняю?
Она не мудрее китайской игрушки -
Вот этой пластмассовой треснувшей кружки.
Пресна и нелепа, как пицца без сыра,
Как Дума без спикера, водка с кефиром,
Как поп без кадила, как хрен с абрикосом
Как русский, не занятый жидовопросом.
Судите: в стакан кипяток наливая,
Невольно мы терморежим соблюдаем:
Плесни не воды, а кипящего жиру -
И будет похуже, чем водка с кефиром.
Храни этот тезис до нужного часа:
Не лей кипяток - и не лопнет пластмасса.
* * * *
Ту кружку привез мне Максим Тарагара,
А может Захар... - эта славная пара
Известна со школы столь схожестью редкой,
Что путала их баба Зина - соседка.
И если Максим приводил в дом девицу,
Подъезд знал от бабушки - в ролях и лицах:
"Опять приволок ночью новую шмару!
Да кто же еще? Он, Захар Тарагара!"
Случалось, Захар надирался с получки -
До рвоты, до бреда, до полной отключки.
Наутро у лавки словес Ниагара:
"Нажрался, как мерин Максим Тарагара!"
Боюсь, эта притча на правду похожа:
Нам проще о людях судить по одеже.
В долгу оставаться считалось зазорно,
И братья боролись, боролись упорно.
Однажды попалась старушкина кошка…
Старушке пришлось вызывать неотложку.
... В суде бабка Зина вела агрессивно:
Не то, чтобы злобно, но очень активно.
Валила все в кучу: пропажу варенья,
Прожженный ковер, жесты и выраженья...
В войне без потерь никогда не бывает,
Тут кто-то находит, а кто-то теряет,
Другой торжествует, уйдя от удара...
Нашкодил Максим - посадили Захара.
Мечтать - помечтай. Но иллюзий не строй,
Не любит иллюзий тамбовский конвой.
Захар пару лет "отхимичил" в Ижевске,
Вернулся в наколках: насмешливый, резкий.
Сошелся с бабенкой - отпетою стервой,
С Максимом бухнул - и к себе, на "сто первый".
Другой Тарагара, напротив, взрослея,
Отчетливо видел, где греет сильнее.
Рабфак, институт, комсомольское вече,
Дружина, колхоз, на собраниях речи…
Максима ценили, держали в резерве,
В работе общественной он самый первый.
А как протрубили "рядов укрепленье",
Максим, не спеша, накатал заявленье.
Два равных пера не отыщешь в подушке,
Нет равных глотков в остывающей кружке.
Захара пристроили сторожем в ОРСе
(Директорше нравилась церковь на торсе).
Наколкой она до весны любовалась,
Он сел за грабеж, тетка проворовалась.
В вагоне без мест, расписанья и даты
По ребрам крушили хмельные солдаты ,
Но в морду ни-ни , и, смеясь, говорили:
" Не все еще елки в тайге повалили?"
Но елки - не палки. Урал - не Калуга.
Свое отсидел... Испарилась подруга,
Друзья утекли, как вода из навоза...
Купил "Москвичонка" и начал с извоза.
Немало пропето зеленым вагонам,
Несущим свой груз по глухим перегонам.
* * * *
...Страна колыхалась, как в шторм пенный берег,
Сжимая талоны, мы пялились в телик:
Смешнее, чем в цирке, чем в морге страшнее -
Попы, экстрасенсы, полит-чародеи,
Гадатели, шлюхи, певцы преступлений…
Резвились на радио-телеарене.
Все ждали мессию, как Золушка принца,
И принц не замедлил тотчас появиться.
Точнее, их было немало: хороших,
Красивых, речистых, на принца похожих,
Кричащих: "Долой!", "Почему?" и "Доколе?!"
В пробирке их хором повывели, что ли?
Не часто, но видел: козырную карту
Иным заменяет избыток азарта.
Средь них был заметен Максим Тарагара -
Своей радикальностью – прочим не пара!
Клеймить - от души, а рубить - так с плеча:
Он снял в кабинете портрет Ильича.
На кафедре выступил с гневною речью:
Мол, видя болячки, болячек не лечим!
За что пострадал: после длительных прений
Лишен в назиданье двух месячных премий.
На митингах он выворачивал душу,
Народ все кивал, одобрительно слушал:
"За правду радеет, страдал за навет..."-
И выбрали парня в Верховный Совет.
Порою народ столь ретиво кивает -
Хребет устает, голова отлетает...
* * * *
Иной раз под вечер, транзистор включая,
Захар слышал брата - как тот, обличая,
Ругал партократов - причину всех бед...
...Зевал и курить уходил в туалет.
Тихонько-легонько Захар оперился:
И домик купил, и толково женился,
Стоял во дворе почти новый "Фиат",
Но спать не давал грузовой агрегат.
Фургон присмотрел он в одной автобазе.
Начальник торгуется, ломит, зараза!
КамАЗ - не "Москвич": "По червончику с носа"-
Трудяга, кормилец - не знает износа.
Глазеть на страну из вагона окошка -
Оно безопасней, но скучно немножко...
Захар - он такой: коли рогом упрется -
Башку расшибет, только цели добьется!
Поставил завгару (и даже не раз) -
И к лету к себе перегнал тот КамАЗ.
Серьезно все взвесил, друзьям позвонил,
"Фиата" продал и контору открыл.
Названье придумал, конечно, не он,
Жена подсказала: "Давай - "Фаэтон"!"
Названье, как песня. А песня в дороге
Нужней ремкомплекта в конечном итоге.
Достал по знакомству путевой резины
И стал из Батуми возить мандарины.
"Мздоимство в России!" - бельгиец ворчал.
"Товарообмен!" - я ему отвечал.
* * * *
Бельгийца приплел я, быть может, не к месту…
Знавал одного - мелкий менеджер треста.
В Россию повез он (послал Красный Крест)
Одежду для бедных - всего двести мест.
Довез половину. И в Бресте, и в Туле
Одели ГАИ, прокуроров обули,
Судейским досталось и СЭС не в накладе,
Из мэрии тети, из таможни дяди...
"Наш нищий чиновник" - его убеждали -
"Конечно берет, но помногу - едва ли...
Повысь ему ставку, купи "Жигуля"-
И взятку мы завтра сведем до нуля!"
Пословица есть про овец и волков...
Но то не о нас - аппетит не таков!
