О МЫШАХ, КОТЁНКЕ И...
В квартире мыши стали появляться:
Прогрызли мне линолеум в полу.
Притом, меня нимало не боятся
И, даже, днём шныряют по столу…
И пусть стократ одной мне будет скучно,
Но я таких сожителей не жду.
И, в ванне мышь поймав собственноручно,
Я с ней, живой, на улицу иду.
Держу за хвост, сдавив его бумажкой,
Ей предрешив не сказочный финал,
И мыслю с той трепещущей бедняжкой:
«Ну для чего Творец тебя создал?!
Чтоб кинуть в дар обрадованной кошке
С досадою: мышей ловлю сама!..»
А ей, чужой, присевшей на дорожке,
Такой трофей достался задарма.
Воистину: не надо и трудиться…
Но – стоит ли «на зеркало пенять»?!
Ведь жить так дальше вовсе не годится,
И надо срочно что-то предпринять.
Х Х Х
Да есть же Ангел, сущий небожитель,
Что без меня не ступит и ноги.
Прошу смиренно: «Ты же – мой хранитель!
Найти мне где-то киску помоги!»…
А ум – за разум: мне ль как атеисту
Ему подобной просьбой докучать?!
Какой резон ему бескомпромиссно
Меня хранить и в чём-то выручать?!..
Но – что это?!.. Не истинное ль чудо!? –
Дверь открывая, под ноги гляжу,
А тут – котёнок! Вроде ниоткуда.
Да так внезапно! – Слов не нахожу…
Весь в серо-буро-огненных отметках, –
Таким родиться был его удел.
А лапки – в разных беленьких пинетках,
Как будто он их сослепу надел.
Несу его, заблудшего в сторонку,
Напутствуя: «Беги к себе домой!»
А он, под стать упрямому ребёнку,
Мяукнув, устремляется за мной.
Х Х Х
В обшивку двери впился коготками,
К замочной дырке жалостно приник…
Беру его решительно руками
И вновь – с крыльца, на выход, напрямик.
Кладу поодаль… В эту же минуту
Он – в наш подъезд, в один из четырёх,
Опять – к моей двери, а не к кому-то –
Неужто мне несёт его сам Бог!?..
Зайдя за дом, мальца там оставляю –
Он тут как тут, у запертой двери,
Где я незримо голосу внимаю: –
«Да он к тебе же просится, бери!..»
–Откуда? Чей? – соседей вопрошаю…
Никто к себе котёнка не берёт.
И, после тщетных поисков, решаю:
«Пусть у меня пришелец поживёт!»
И он живёт! Как бомжик – без прописки;
Бежать никак не хочет далеко.
Лакает супчик с хлебушком из миски,
Пьёт с радостью из блюдца молоко.
И по квартире носится в отраду.
Но ждёт – не чает, хоть бы и во сне,
Когда я на скамеечку присяду,
Чтоб тотчас прыгнуть на колени мне.
Свою мордашку под руки мне тычит;
Глаза смежив, свернётся колобком
И что-то так доверчиво мурлычит –
Да жаль, язык его мне не знаком…
Но вдруг – учуя, знать, мышиный запах –
Подобно пули, вылетит с колен
И на бесшумных, крадущихся лапах
Замрёт в углу на кухне между стен,
Где там под ним – лихая преисподня,
Куда влекут питомца грызуны…
Не смог поймать он мышку и сегодня –
Но только в этом нет его вины.
Что вновь она проела бы клеёнку –
Заверить в этом смелость не беру.
Но страх попасть в объятия котёнку
Её угнал в подвальную нору.
Х Х Х
А он ко мне вернулся, чуть не плача…
Прижав его, притихшего, к груди,
Шепчу ему на ушко, на удачу:
Мол, «дайте срок, ты только погоди!»…
О, как нужна та радужная дата
Подросшему чудному вертуну,
Когда в момент последует расплата
Непрошенному в гости грызуну!..
А он, прильнув ко мне пушистым боком,
Глядит в глаза, как в зеркало души.
И мнится мне, что просит ненароком:
«Ты про меня внучатам напиши!»..
Пишу, пишу, мой ласковый усатик,
Как ты приют в жилье моём обрёл
И как резвишься кстати и некстати,
А провинившись, юркаешь под стол…
Коль от мышей хранишь мою обитель,
За шалости тебя я не корю.
А если с нами Ангел – наш хранитель,
То я в стихах его благодарю.
_____ _____ _____
Прогрызли мне линолеум в полу.
Притом, меня нимало не боятся
И, даже, днём шныряют по столу…
И пусть стократ одной мне будет скучно,
Но я таких сожителей не жду.
И, в ванне мышь поймав собственноручно,
Я с ней, живой, на улицу иду.
Держу за хвост, сдавив его бумажкой,
Ей предрешив не сказочный финал,
И мыслю с той трепещущей бедняжкой:
«Ну для чего Творец тебя создал?!
Чтоб кинуть в дар обрадованной кошке
С досадою: мышей ловлю сама!..»
А ей, чужой, присевшей на дорожке,
Такой трофей достался задарма.
Воистину: не надо и трудиться…
Но – стоит ли «на зеркало пенять»?!
Ведь жить так дальше вовсе не годится,
И надо срочно что-то предпринять.
Х Х Х
Да есть же Ангел, сущий небожитель,
Что без меня не ступит и ноги.
Прошу смиренно: «Ты же – мой хранитель!
Найти мне где-то киску помоги!»…
А ум – за разум: мне ль как атеисту
Ему подобной просьбой докучать?!
Какой резон ему бескомпромиссно
Меня хранить и в чём-то выручать?!..
Но – что это?!.. Не истинное ль чудо!? –
Дверь открывая, под ноги гляжу,
А тут – котёнок! Вроде ниоткуда.
Да так внезапно! – Слов не нахожу…
Весь в серо-буро-огненных отметках, –
Таким родиться был его удел.
А лапки – в разных беленьких пинетках,
Как будто он их сослепу надел.
Несу его, заблудшего в сторонку,
Напутствуя: «Беги к себе домой!»
А он, под стать упрямому ребёнку,
Мяукнув, устремляется за мной.
Х Х Х
В обшивку двери впился коготками,
К замочной дырке жалостно приник…
Беру его решительно руками
И вновь – с крыльца, на выход, напрямик.
Кладу поодаль… В эту же минуту
Он – в наш подъезд, в один из четырёх,
Опять – к моей двери, а не к кому-то –
Неужто мне несёт его сам Бог!?..
Зайдя за дом, мальца там оставляю –
Он тут как тут, у запертой двери,
Где я незримо голосу внимаю: –
«Да он к тебе же просится, бери!..»
–Откуда? Чей? – соседей вопрошаю…
Никто к себе котёнка не берёт.
И, после тщетных поисков, решаю:
«Пусть у меня пришелец поживёт!»
И он живёт! Как бомжик – без прописки;
Бежать никак не хочет далеко.
Лакает супчик с хлебушком из миски,
Пьёт с радостью из блюдца молоко.
И по квартире носится в отраду.
Но ждёт – не чает, хоть бы и во сне,
Когда я на скамеечку присяду,
Чтоб тотчас прыгнуть на колени мне.
Свою мордашку под руки мне тычит;
Глаза смежив, свернётся колобком
И что-то так доверчиво мурлычит –
Да жаль, язык его мне не знаком…
Но вдруг – учуя, знать, мышиный запах –
Подобно пули, вылетит с колен
И на бесшумных, крадущихся лапах
Замрёт в углу на кухне между стен,
Где там под ним – лихая преисподня,
Куда влекут питомца грызуны…
Не смог поймать он мышку и сегодня –
Но только в этом нет его вины.
Что вновь она проела бы клеёнку –
Заверить в этом смелость не беру.
Но страх попасть в объятия котёнку
Её угнал в подвальную нору.
Х Х Х
А он ко мне вернулся, чуть не плача…
Прижав его, притихшего, к груди,
Шепчу ему на ушко, на удачу:
Мол, «дайте срок, ты только погоди!»…
О, как нужна та радужная дата
Подросшему чудному вертуну,
Когда в момент последует расплата
Непрошенному в гости грызуну!..
А он, прильнув ко мне пушистым боком,
Глядит в глаза, как в зеркало души.
И мнится мне, что просит ненароком:
«Ты про меня внучатам напиши!»..
Пишу, пишу, мой ласковый усатик,
Как ты приют в жилье моём обрёл
И как резвишься кстати и некстати,
А провинившись, юркаешь под стол…
Коль от мышей хранишь мою обитель,
За шалости тебя я не корю.
А если с нами Ангел – наш хранитель,
То я в стихах его благодарю.
_____ _____ _____
