Длиною в жизнь

солнце роняет лучи на плитку,время летит назад,
я открываю ногой калитку и выбегаю в сад.
бабушка будет опять ругаться, это, конечно, зря - 
мне через месяц уже двенадцать,пятого сентября.
старую песню птенцы заводят, воздух согрет и свеж.
незамедлительно здесь проходит в сердце любой мятеж,
здесь ни один аромат не лишний - мирная благодать.
я забираюсь на ветку вишни и начинаю ждать.
где-то проходит минут пятнадцать, может быть даже час.
лишь бы усталости не поддаться и не уйти сейчас!
вот тяжело затряслась калитка, начали лаять псы - 
это пришел, наконец, Никитка, он же соседский сын.
в этом году он поедет в город и перейдет в восьмой,
носит Никитка высокий ворот с серенькой бахромой.
любить читать он про океаны и про девятый вал,
будет, наверное, капитаном, (это он сам сказал).
я от него научилась в речке раков и рыб ловить,
делать из воска смешные свечки и по собачьи плыть,
я научилась на двухколесном ездить совсем без рук.
речь не идет ни о чем серьезном, просто Никитка - друг.

пальцем вожу по окну трамвая.снова не ловит сеть.
тесты, экзамены, курсовая - только бы все успеть.
память - обрывки от фотопленок. кружится голова,
я ведь давно уже не ребенок - осенью двадцать два.
что же со мною, дурехой, стало? время летит вперед.
бабушка снова ворчит устало: "девочка, слезы - лед".
дома на полке - кусочек рая - новый букет цветов -
это подарок Никитки с края, где его порт Азов.
нынче Никитка в порту на службе. надо же, все сбылось.
только вот в нашей нелепой дружбе, видимо, не срослось.
он присылает цветы и сласти, мол, говорит, люблю,
а для меня вот такие страсти будто равны нулю.
он и умен, и хорош собою, словом, прекрасный принц:
взгляд так и манит голубизною из-под его ресниц.
безукоризненный, скажем прямо, вышел бы он супруг, 
но повторяю опять упрямо: "это ведь просто друг".
так и живу, недоумевая, в призрачной пелене. 
пальцем вожу по окну трамвая. счастлива? да,вполне.

кто бы подумал,что счастье рухнет тысячи дней спустя?
муж одиноко сидит на кухне,пуговку теребя.
мы с ним женаты уже лет двадцать, ужин варю для нас,
честно пытаясь не разрыдаться, соли кладу на глаз.
дача,уборка,семья,карьера - самый обычный быт,
а за душой ни любви,ни веры,даже и не болит.
воздух пропитан моей простудой,дымом от сигарет,
бабушка больше ругать не будет - бабушки больше нет.
жизнь состоит из одной печали, все повернуть бы вспять,
мне именины вчера справляли,стукнуло сорок пять.
было шампанское по стандарту, крики,толпа гостей.
пили,смеялись,играли в карты, ждали благих вестей.
Писем из детства приходит много,детство - счастливый срок.
розовощёко и тонконого щурится между строк.
но от Никитки не видно писем - есть у него семья,
самоуверен и независим,взрослые сыновья. 
я почему-то скучаю даже и иногда во снах
вижу сорочку из трикотажа с воротом нараспах,
вижу неистовый вечер летний,речку и треск костра,
мальчик пятнадцати-с-чем-то-летний смотрит в мои глаза.
но от таких сновидений нежных будит меня сынок -
край одеяла чуть-чуть небрежно сбросил с ребячих ног.

что-то во сне он опять бормочет,плачу от чувств избытка.
просто люблю его больше прочих.Кстати,зовут Никитка.