Песнь Песней Соломона-5
ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ СОЛОМОНА
Поэтическое переложение
(Продолжение)
Глава 5
– Сестра Моя, жена, невеста!
Пришел я в сад Мой и набрал
Созревшей мирры ароматной,
И с мёдом сотов Я поел,
И Моего вина напился,
И насладился молоком.
Возлюбленные, ешьте пейте,
Плодами сада насыщайтесь,
Да будет вера в вас сильна.
– Я сплю, но в сердце сон не входит.
Вот голос милого. Стучится
Возлюбленный мой в дверь мою.
«Сестра Моя, открой Мне двери.
Возлюбленная, голубица,
Родная, чистая Моя!
Вся голова Моя покрыта
Росою, кудри – влагой ночи».
Я скинула хитон мой, как же
Мне снова надевать его?
Я ноги вымыла, и как же
Мне снова, чистые, марать?
Возлюбленный мой в щель дверную
Призывно руку протянул,
И взволновалось всё во мне.
Я встала, чтобы отпереть
Мои возлюбленному двери,
И с рук моих, с перстов моих
Струилась мирра, окропляя
Задвижки моего замка.
Возлюбленному отперла я,
А мой возлюбленный нежданно
Вдруг повернулся и ушёл.
Души моей во мне не стало,
Когда Он говорил со мною.
И снова я Его искала,
И вновь Его не находила.
И вновь звала Его, и снова
Любимый мой не отзывался.
Ночные стражи мне попались,
Изранили меня, избили
И покрывало отобрали.
О, дщери Иерусалима!
Я вас прошу и заклинаю.
Возлюбленного моего
Когда вы встретите, скажите,
Что я страдаю без Него
И от любви изнемогаю.
– Чем твой возлюбленный, скажи,
Других возлюбленных милее?
Чем он прелестней, если ты
Нас просишь, молишь, заклинаешь?
– Бел и румян любимый мой,
Других десятка тысяч лучше.
Дороже головы Его
Вы не найдёте во вселенной –
Она из золота литого.
Черны, как ворона крыло,
Его пленительные кудри.
Как голуби, глаза Его,
Когда и голубь и голубка
На берегу реки молочной
Купаются, в довольстве, в неге.
Похожи щеки на цветник,
В грядах растений благовонных.
А губы лилиям под стать,
Что запах мирры источают.
С чем руки я Его сравню?
На золотые кругляки
Они походят, но тогда,
Когда топазы в них мерцают.
Живот Его – как изваянье
Из белой кости из слоновой,
Обложенное по краям
Великолепнейшим сапфиром.
Тугие голени Его
Столбам из мрамора подобны,
Которые на золотых
Стоят подножьях. Вид Его
Сравню я разве что с Ливаном,
Величественным, словно кедры.
Ах, а уста Его, уста –
Сладчайшая на свете сладость.
И весь Он – как сама любезность.
Вот кто возлюбленный мой, вот кто
Мой друг сердечный, друг небесный,
О Дщери Иерусалима!
Поэтическое переложение
(Продолжение)
Глава 5
– Сестра Моя, жена, невеста!
Пришел я в сад Мой и набрал
Созревшей мирры ароматной,
И с мёдом сотов Я поел,
И Моего вина напился,
И насладился молоком.
Возлюбленные, ешьте пейте,
Плодами сада насыщайтесь,
Да будет вера в вас сильна.
– Я сплю, но в сердце сон не входит.
Вот голос милого. Стучится
Возлюбленный мой в дверь мою.
«Сестра Моя, открой Мне двери.
Возлюбленная, голубица,
Родная, чистая Моя!
Вся голова Моя покрыта
Росою, кудри – влагой ночи».
Я скинула хитон мой, как же
Мне снова надевать его?
Я ноги вымыла, и как же
Мне снова, чистые, марать?
Возлюбленный мой в щель дверную
Призывно руку протянул,
И взволновалось всё во мне.
Я встала, чтобы отпереть
Мои возлюбленному двери,
И с рук моих, с перстов моих
Струилась мирра, окропляя
Задвижки моего замка.
Возлюбленному отперла я,
А мой возлюбленный нежданно
Вдруг повернулся и ушёл.
Души моей во мне не стало,
Когда Он говорил со мною.
И снова я Его искала,
И вновь Его не находила.
И вновь звала Его, и снова
Любимый мой не отзывался.
Ночные стражи мне попались,
Изранили меня, избили
И покрывало отобрали.
О, дщери Иерусалима!
Я вас прошу и заклинаю.
Возлюбленного моего
Когда вы встретите, скажите,
Что я страдаю без Него
И от любви изнемогаю.
– Чем твой возлюбленный, скажи,
Других возлюбленных милее?
Чем он прелестней, если ты
Нас просишь, молишь, заклинаешь?
– Бел и румян любимый мой,
Других десятка тысяч лучше.
Дороже головы Его
Вы не найдёте во вселенной –
Она из золота литого.
Черны, как ворона крыло,
Его пленительные кудри.
Как голуби, глаза Его,
Когда и голубь и голубка
На берегу реки молочной
Купаются, в довольстве, в неге.
Похожи щеки на цветник,
В грядах растений благовонных.
А губы лилиям под стать,
Что запах мирры источают.
С чем руки я Его сравню?
На золотые кругляки
Они походят, но тогда,
Когда топазы в них мерцают.
Живот Его – как изваянье
Из белой кости из слоновой,
Обложенное по краям
Великолепнейшим сапфиром.
Тугие голени Его
Столбам из мрамора подобны,
Которые на золотых
Стоят подножьях. Вид Его
Сравню я разве что с Ливаном,
Величественным, словно кедры.
Ах, а уста Его, уста –
Сладчайшая на свете сладость.
И весь Он – как сама любезность.
Вот кто возлюбленный мой, вот кто
Мой друг сердечный, друг небесный,
О Дщери Иерусалима!
