врата серебряного ключа
ад пуст
Стены стали слишком душными.
Сыпятся демоны из штукатурки, и
занавески — вуаль на окошках,
скрывающая дьявола на куличиках чертовых.
Но потолок терновый гладит меня по головке,
поёт колыбельные из сотканных звёзд.
Я ничего не боюсь — пустоты не существует вовсе.
А ад пуст, они все в голове у нас.
Под неожиданным углом
Музыка больше не глушит в сознании
клокочущие гортанные звуки
из других миров, на другом восприятии,
Меня влекут за собой в лучшую
из всех вселенных и всевозможных миров.
Ты только пройди ритуал,
прими, что ты стал абсолютно другой,
и нет больше «я» — растворись оно в памяти.
Нет старых друзей, есть только схожий с фонариком
монстр, что укажет твой новый путь в этом раненом
лесу, где нет страха и боли, одиночества и даже реального.
Под неожиданным углом. Часть 2
Монстр-фонарь теперь фиолетовый
цвет излучает, — растит меня.
Это оказался не сад Эдемовский,
а кокон, где червячок — это я.
И я же портной, я же убийца:
стравлю его паром — не дам возродиться,
а из шёлка сошью с прекраснейшим видом
звёзды из его боли и криков.
лавкрафт
В холодном поту, под лампой настольной
на столу я проснулся с Лавкрафта книжонкой.
Это был просто ужасный кошмар,
светильником был этот монстр-фонарь,
но что-то было ещё — из памяти стёрто.
В комнате душно, на лице слюни, я потный.
Проходит туман, возвращаются силы,
руки затёкшие, уши слышат птичьи лиры.
Солнце встаёт, свет бьёт прямо в окна,
отражаясь от снега, растекаясь по потолку и по полу.
Умылся, проснулся, пошёл на работу.
