Антиалкогольное
Попытка исповеди.
Пусть неумелая.
Где-то в небесной
Зачтётся она.
Попытка узнать
Себя с точки зрения
Убийцы и Жертвы,
Сынка и Отца...
Я жил безвозвратно,
Я умер, как падаль,
Никому не служил,
Никого не любил
Бутылку вина
Ненавязчиво прятал
В обширных карманах портфеля
И пил.
Пил беспрестанно.
Один и с друзьями,
Хотя и друзьями
Назвать их нельзя,
Писал о нюансах влияния дали
На полотна Дали —
В общем, время терял.
Терял и не только
Постылое время,
Терял адреса,
Друзей растерял,
Себя растворил
В разбавленном спирте,
Мир видел сквозь стенки
Стакана вина...
Какой там Дали?!
Какие картины?!
Мне бы найти за подкладкой штанов
"Трёшку" рублей на бутылку портвейна,
Мне бы смочить горло и рот
Нет, не водой из мёртвого крана
Не артезиански чистой слезой,
Но огненно-нежной сладостью водки,
Мне бы забыть круг мелких забот...
Лёгкое, страшное, тихое лето,
Чёрный запой.
Я уволен, я мёртв.
Я ненавижу дурацкое Солнце,
Я ненавижу оконный лёд.
В запое живу
Вторую неделю.
Не ем ничего.
Только горькую пью.
Рисую портрет рукой неумелой,
В портрете лицо своё не узнаю.
И тянутся дни,
Сплетаясь в недели,
Кутая в облако алкогольных паров
Душу мою,
Суть беззащитную,
Душу мою
И тело моё...
Ссохшийся, слабый выхожу на подмостки,
Играю на сцене смешного Пьеро.
Идиотский колпак
Так присох к рваной коже,
Что грим мне не нужен -
Плачу собой...
Звонок. Третий акт.
Открываются двери.
Чей-то от крика размазанный рот.
Капают бром. Запах хлорки.
Больница?
Где я? Как быть? Почему я спасён?
Ни
___По
______Чему
Тихий сдавленный голос,
Словно звонок через тысячу миль.
Я открываю глаза: у порога
Некто в вишнёвом
Платье стоит.
"Кто ты?"
Создание гулко ответило:
"Я это то,
Что ты видеть хотел.
Тенью ночной,
Звездой одинокою
Я была рядом,
Была в толпе...
Нет, ты не видел меня, ты метался
В поисках нового света и сна,
Ты в море бушующем искал тихую гавань
И все корабли истребил, растерял...
Теперь твоя жизнь
Ничего и не стоит,
Но всё-таки больше,
Чем твоя смерть.
Я — существо,
Я — твоя совесть
И я говорю: вылей портвейн!"
Наутро очнулся в треклятой психушке
Тяжёлым и злым был растерянный взгляд,
В палате иль камере было пусто.
"Где Совесть моя?", -
Стены я вопрошал.
Молчали те стены,
Молчали и двери,
Молчали врачи, снова капая бром,
А Совесть пришла
Всё в том же вишнёвом
На тоненькой грани между былью и сном.
"Пить больше нельзя!"
"Брось меня, наважденье!"
"Я — Совесть твоя -
От меня не уйти.
Ты тратил всю жизнь
На боданье со стенами.
Вслед за последней рухнул и ты..."
"Ни черта я не рухнул!.."
"Так все говорили".
"Я не пьянь, не алкаш..."
"Я могу завязать..."
"Что мне делать теперь?!"
"Строить новые стены".
"А если нет сил?"
"Продолжай спать..."
"Так я сейчас сплю?"
"Вот уже как два года...
Жизнь тяжела.
Но по телу и крест..."
"Я бессилен и смят,
Гвалт всемирного блуда
Заглушает мне свет
Равнодушных небес..."
"Не пеняй на зерцало,
Небеса — не советчик.
Твоё сердце, твоё Одиночество — зло.
Ты вином заливаешь груз прошедшего времени
И всё ниже и ниже клонишь чело..."
"Уходи, моя Совесть.
Без тебя хорошо жил.
Водку пил, что-то жрал,
Где-то с кем-то гулял.
Не восстанет из пепла
Город детских иллюзий.
Постарел Дон-Кихот
И смертельно устал..."
"Постарел Дон-Кихот.
Твоя правда, скиталец,
Но оставить тебя сей же час не могу.
Здесь залечат врачи — убегать тебе надо,
Убегать через стены проулками в тьму..."
Вот уже и бегу.
Ветер хлещет по телу
Ветвями и грязью
Плюёт в лицо.
А мне всё равно,
Хоть в пижаме нелепо
Выгляжу — клоун,
Что сжёг шапито.
И странно — улыбка, лицо, словно камень,
На котором нежданно распустился цветок.
Бегу наугад, дороги не знаю,
Продрог до костей, а всё ж хорошо!
Во тьме силуэт.
На мосту.
Вот-вот спрыгнет.
Я прямо туда -
Задыхаясь -
Лечу...
Ловлю за пальто,
Дёргаю резко.
Смотрю — это девушка
С мёрклым лицом.
"Что же ты делаешь,
Дурая дура?"
"Кто тебя дёрнул меня спасать?
Я только что вспомнила,
Что грязной посуде
Место на свалке.
А я грязна..."
"Нормальная ты", — отвечал ей спокойно.
"Я вся в грязи и её не отмыть,
Ты видишь рядом со мной ребёнка?
Всё правильно.
Нет его.
Он убит.
Моею рукой,
Моим бессомнением,
Моим легковерием
В силу любви..."
"Всё! Хватит выслушивать.
Я не жилетка.
Если хочешь, то прыгай.
Иначе — пошли..."
И вдвоём по аллеям,
Дворикам и бульварам
Мы всю ночь прошатались,
А, встретив рассвет,
Как попутчики в поезде распрощались,
Обещая писать.
Забывая навек...
Я не знал, я не знал, что со мной происходит.
Мне хотелось кричать и хотелось любви.
Нет телефонов у редких прохожих,
Но есть две души, ставших одним...
Я начал искать города, чьи-то лица,
Я начал менять паспорта, имена,
Я пошёл по дороге к небесным зарницам,
Я хотел снова жить,
Я хотел вновь страдать...
Моя Совесть вела меня
Вдоль по дороге,
Бросала на стены,
Толкала сквозь строй.
Полной грудью дышать,
Улыбаться сквозь слёзы
Я научился по дороге домой.
