Шорох неба.
О, эта ночь! Как дышится в ней тесно,
Когда ты рядом — и не рядом, нет.
Меж нами — воздух, но небесный,
Не тот, что дан для примет.
Звезда дрожит, и в этой дрожи — тайна
Соединенья двух начал: огня
И холода. Ты — первая, случайная,
Я — тот, кто не виня,
Но помня всё, что было до свиданья
С тобой, с твоим дыханием, с плечом.
Мы оба — знаки, вписаны в дыханье,
Которое ни горячо,
Ни холодно. Оно — как точка, где
Встречаются две бездны: глаз с глазами.
Не надо клятв. Нам хватит ритма. Мы
Уже свершились. И над нами —
Не время — вечность. И её клеймо
На наших лицах: нежность без защиты.
Взгляни: луна в окне, и всё темно.
Но где-то там, за облачной гранитой,
Твоя рука — как луч в ночной воде.
Я узнаю её без взгляда, без подсказки.
Всё, что случилось, длится в полутьме,
Где снятся нам одни и те же сказки.
Мы не одни. Мы — пара в тишине,
Где даже звук — излишнее объятье.
И если смерть придёт к тебе во сне,
Я постучусь тебе в само предплечье,
Чтоб разбудить. И ты откроешь взгляд,
В котором небо, падая, шуршит.
И в этом шорохе — весь наш уклад:
Ни «навсегда», ни «миг». Лишь тишина
Поёт, как град.
