Легенда Цветка Миров. Венок сонетов
`
ЛЕГЕНДА ЦВЕТКА МИРОВ
Венок сонетов
Сердце Люцифера
Магистрал. сонет-акростих
Сжигает страсть и создаёт миры –
Единым взмахом крыльев, вспышкой, фразой,
Риск – пламя – от порыва до экстаза,
Дерзки, горьки, светлы его дары,
Цена невероятно высока…
Его пути – спасенье и проклятье –
Любовь зажгла тринадцатой печатью.
Юдоль скорбей и радости река,
Цветы безумья и паденье в бездну,
Искрясь, сгорать во Тьме, но не исчезнуть,
Финала нет: сгущай, расплавь, греши!
Ещё огня! И Утренней Звездою –
Розарий чувств над вечною водою –
Алхимия мятущейся души.
I. Люцифер. Зов.
Сжигает страсть и создаёт миры,
В нас прорастая звёздными лучами,
Влечёт всё то, что мы не замечали,
Но так стремились для себя открыть.
Танцуй во Тьме, ты ею так любим,
Крылатым силуэтом отражаясь,
Раскрашивая души витражами,
Отыщешь изумруд, сапфир, рубин.
Лети по грани яви, чувств и снов,
Ты – первый, кто услышал этот зов,
Ты – пламя в сердце чёрного алмаза.
Мир, созданный свободным, не предпет.
Ты – Люцифер, во всём звучит твой Свет –
Единым взмахом крыльев, вспышкой, фразой.
II. Ангелы. Лилит. Душа Цветка Миров
Единым взмахом крыльев, вспышкой, фразой
Взлетая, мы стремились за тобой!
Нам пел вселенский штормовой прибой,
В нём хрупок, переменчив, недосказан
Средь чёрных волн в симфонии молчанья
Цветок Миров свой венчик распускал,
Душа его сияла в лепестках
И звёздным взглядом каждого встречала,
Даря зерно в космической дали.
Ей имя – тайна, Нюит, Ночь, Лилит,
Покровы в серебре и звёздных стразах.
Его бутон как первый чистый лист,
Шаг – все цвета огнями в нём зажглись –
Риск – пламя от порыва до экстаза.
III. Возвращение. Битва у райских врат
Риск – пламя от порыва до экстаза,
Цветок Миров мы уносили в Рай,
Нас Ангел ожидал с мечом у врат.
Покорные всевышнему приказу,
Грозили нам изгнанием и болью,
Но голос сердца, нас благословив,
Стал нам законом истинной Любви:
Иди на зов и делай что изволишь!
Впервые мы сражались за свободу,
А молнии в нас били с небосвода –
Предвестники проигранной игры,
Мы обратились в пепел, слёзы, брызги,
Разбитым зеркалом – всё то, что близко…
Дерзки, горьки, светлы его дары.
IV. Айрахан, Люцифер. Крик. Падение
Дерзки, горьки, светлы его дары:
Удар – и ликованье стало криком,
Откликнулись на бликах многоликих
Все чувства, до безумия остры.
Вчерашний друг вонзил мне в грудь клинок,
Я ранен был ещё в начале боя –
Не отразить, закрыв тебя собою,
Твой взгляд, мой крик… но каждый одинок.
Внизу ущелье щерилось оскалом,
И кровь из ран струилась и стекала,
Рубинами застыв в изломах скал.
Ростки из трещин на могильных плитах,
Сны о Лилит пронзительней молитвы –
Цена невероятно высока.
V. Люцифер. Тысяча лет*
Цена невероятно высока –
Тысячелетье душит тишиною,
Боль мечется, испепеляет, ноет
В оковах на ногах и на руках.
В кромешной бездне падая на дно,
Отверженный и осуждённый пленник,
Ты видел суть, истоки всех явлений,
Ты слышал имя – звёздное зерно.
У края смерти, именно сейчас
Душа зажглась как чёрная свеча,
И чей-то голос произнёс: «Крылатый…»
Смахнул с тебя отчаянье потерь,
И распахнул невидимую дверь.
Его пути – спасенье и проклятье.
________________________________
*И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет; после же сего ему должно быть освобождённым на малое время. Откр. гл. 20
VI. Айрахан. Возвращение Люцифера.
Его пути – спасенье и проклятье –
Верны те, кто над бездною восстал –
Мягки как облако, тверды как сталь.
Ты стал таким… не снилось отыскать мне.
На грани мы становимся иными –
В миг моего падения ты звал,
Соединяя души и слова,
Твой взгляд сжигал. Ты подарил мне имя.
Ты возродил меня из немоты,
Потерян Рай и сожжены мосты,
Мне в первый миг объятий чувств не хватит…
Нет слов для встречи. Рифмы нет стихам.
Испепели меня! Я, Айрахан –
Любовь зажгла тринадцатой печатью.
VII. Азазель и Айрахан. Наама. Падшие Ангелы.
Любовь зажгла тринадцатой печатью
Запретные желания и страсть,
– Смотри, как в танце девушка зашлась,
Что даже Ангел к ней небезучастен!*
И шёлк волос, и трепетная нежность –
Меня пленяют взгляд и красота,
Влекут… я жажду целовать в уста,
Я к ней иду! Я больше не безгрешен! –
Раздался голос брата Азазеля.
Сошлись две чаши, закипает зелье,
Соблазн велик и сила велика!
Одной судьбою всё, что будет с нами,
Готов я разделить с тобой, Наама! –
Юдоль скорбей и радости река.
____________________________
*тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал. Быт. 6:1. Более подробно этот сюжет описан в Книге Еноха.
VIII. Ева и Змей
Юдоль скорбей и радости река –
Чуть слышен голос-шелест в листьях древа,
Игру мерцанья звёзд узрела Ева –
Два вертикальных пламенных зрачка.
Чешуйки-искры – двери, вспышки сил.
– Ты хочешь знать, куда они уводят? –
Творить миры в мистерии мелодий,
Увидеть Свет и Тьму? Сорви! Вкуси!
Пьянящий сок запретного плода!
– Он был с Лилит?! Я мщу тебе, Адам!
О, как волнует эта неизвестность…
От ласки горячее жар в груди,
Обвита Змеем, страсть их породит
Цветы безумья и паденье в бездну.
IX. Каин и Авель
– Цветы безумья и паденье в бездну –
Об Ангелах ушедших говорят,
Дары их проросли, и пышен сад,
Из красно-золотых семян небесных*.
Ну, здравствуй, брат! Стоим пред алтарями –
Моих земель бутоны, семена,
Цветы, плоды, в них Солнце и Луна,
Ты – лучший агнец в самом первом храме.
Но что за вихрь мне жертву разметал?!
– Твоя затея, Каин, нечиста!
Нет рая на земле, признайся честно!
– Я – Змия сын! Мой род – Цветок Миров!
Пролейся, кровь! Пусть приговор суров –
Искрясь, сгорать во Тьме, но не исчезнуть!
__________________________________
* Из легенды о том, что Ангелы, уходя из Рая, уносили с собой на землю семена райских цветов. Один из них амарант, его упоминает Джон Мильтон в поэме «Потерянный Рай». В версии венка сонетов Каин-земледелец решил устроить райский сад на земле, что было против замысла, и оттого его дар не был принят.
X. Город Азазеля. Рубиновый Замок
– Искрясь, сгорать во Тьме, но не исчезнуть! –
Промолвил Азазель. Вернулись мы
И строим Город на изломе Тьмы,
Когда рассвет срывает все завесы.
В садах пунцовых роз и ярких лилий
Сияет замок Утренней Зари,
«Твори!» – он в каждом сердце говорит,
Он – тихий ритм, он между взмахов крыльев.
И озеро огня, тот миг отчаянья
Стал нам с Нахемой чашею венчальной,
Тончайший мост от бездны до вершин.
И, выходя из Замка, на пороге
Повремени… ступени, смыслы, сроки –
Финала нет. Сгущай, расплавь, греши!
XI. Айрахан и Люцифер. Чаша Огненного Солнца
Финала нет: сгущай, расплавь, греши!
Желай! – раздался голос Асмодея, –
Все страсти и безумные идеи,
Твой космос адамантами расшит!
О, Люцифер! В мой сокровенный миг
Я, Айрахан, дух Огненного Солнца
Полуночи, кровь эликсиром льётся –
Ты чашу сердца моего прими!
В Граале неба искры бытия –
Кем был рождён, кто есть, кем стану я,
Когда сметёт миры, круги, устои?
Горит последняя из всех преград...
Я стал тобой. Я – роза, я – твой взгляд.
Ещё огня! И – Утренней Звездою.
XII. Люцифер. Новый Эон. Ось Мира
Ещё огня! И Утренней Звездою
Нам вечность открывает города –
Порталы мимолётного всегда –
Все царства мира. Правь! – Ты их достоин!
Увенчан изумрудною короной,
Ты вновь с Лилит – так начался Эон –
Павлиньи перья, крылья, связь времён,
Цветок Миров – росток новорождённый.
Меж бездн Любви ты – мировая ось,
То, что утеряно, отозвалось,
Четыре ветра розой на ладони.
Менялись имена, но путь един –
Сим победишь! И вспыхнет впереди
Розарий чувств над вечною водою.
XIII. Айрахан. Розы Люцифера
Розарий чувств над вечною водою –
Мы – сгустки демонических страстей.
Цветами зла в стихах, как на холсте,
Я – роза. От касаний вспомнил, кто я,
Щемящая пронзительная нежность.
Наш сад приговорили погубить:
Бил град, гроза с высот и до глубин,
Нас заковало льдом и коркой снежной.
Слезой стекала снежная короста,
Ты поцелуем грел нас от мороза –
Пожар его внутри не потушить!
Ломались стебли, истекая кровью,
И эта боль зажглась во мне Сверхновой –
Алхимия мятущейся Души.
XIV. Люцифер. Путь странника
Алхимия мятущейся Души
Из трепета созвучий сочеталась.
Ты – Люцифер, ты – Мелькор, Мелек Тавус,
Ты учишь видеть, знать, желать, вершить
И прорастить в себе зерно Цветка,
Сплавляя драгоценные металлы,
Услышать Вечность в неприметно малом,
В Пути по лепесткам колоды карт.
Снежинка звездопада, взгляд дракона,
Светлы, неповторимы и бездонны
Лёд и огонь, паденье и прорыв
В безмолвии космической метели…
Но видел ты, как эту беспредельность
Сжигает страсть и создаёт миры!
