Мир Прощение - Продолжение

Глава 1.

Адам очнулся в стерильной палате. Голова раскалывалась, тело ломило. Ноги не слушались, он не мог встать с кровати. Дверь раскрылась и в палату вошла медсестра.

– Лежите, Адам. Вам нужен покой. Вы очень ослаблены.

– Что со мной? – прохрипел Адам.

– Вирус G26MG. Но у вас начальная стадия. Мы можем облегчить ваши страдания, но…

– Вылечить не можете, – закончил за неё Адам. – Я знаю.

Медсестра кивнула. В её глазах читалась безысходность.

Адам отвернулся к стене. Он знал, что его ждёт. Мучительная смерть, как и тысячи других людей.

Внезапно в палату вошёл мужчина в белом халате.

– Адам, у меня для вас предложение. Мы тестируем новый препарат. Он экспериментальный, и мы не знаем, как он подействует. Но это ваш единственный шанс.

Адам посмотрел на него.

– Я согласен. Мне нечего терять.

Доктор улыбнулся.

– Отлично. Медсестра, подготовьте его.

Через несколько минут Адаму сделали инъекцию. По телу разлилось тепло, а затем наступила странная эйфория. Всё вокруг поплыло. Звуки стали громче, цвета - ярче. Он почувствовал, словно душа покидает тело и уносится, куда-то вдаль. Он часто слышал о тоннеле, где в конце должен быть яркий свет. Он летел по нему, ощущая блаженство, и вдруг, оказался в пространстве без границ. В этом странном месте Адам услышал голос. Но этот голос доносился не из этого пространства, он звучал внутри его сознания, как эхо Вечности и Бесконечности, напоминающих шепот космических ветров.

– Адам, приветствую тебя, - произнёс голос. – Я Разум с третьей планеты от Земли, ты знаешь эту планету? – послышалась ухмылка. – Ты хорошо в школе учился? Я пришел помочь землянам.

У Адама пересохло в горле, и он не мог вымолвить ни слово. Он просто парил в невесомости.

– Не пытайся говорить, Адам. Я слышу твои мысли. Ты заражён вирусом G26MG, и ты ищешь исцеление. Я знаю, как вам помочь.

Адам был ошеломлен. Как это возможно? Кто этот Разум? И почему он пришел с Сатурна, ведь это третья планета от Земли?

— Я пришел, потому что ваша цивилизация находится на грани гибели. Вирус G26MG – это не просто болезнь. Это сигнал тревоги самой планеты - есть угроза её существования.

Планета защищается от вас, как от инфекции. Этот вирус показывает людям их ошибки. Он не щадит тех, кто игнорирует экологический порядок, не наказывает, а констатирует: следи за Землёй, она — не вещь, а живое сознание. И когда вы перестаёте слушать её шёпот — приходит крик и крах в виде стихийных действий.

Слова Разума пронзили Адама. Он никогда не задумывался об этом, и не понимал, что подобное отношение может привести к катастрофе и вымиранию всего человечества. Тем временем Разум продолжал:

— Но есть надежда, Адам. Вирус G26MG можно победить. Секрет в гармоничном взаимодействии разных видов природы, а иначе в симбиозе. Вам надо найти самый экологически чистый участок Земли, где не ступала нога человека, и найти там растение. Сок этого растения смешать с кровью человека, что создаст антитела, которые уничтожат этот вирус. Но это не всё, Адам. Главное - человечество должно изменить своё мировоззрение. Прекратить все войны, надо учиться договариваться на словах дипломатическим путём: учитесь любить, и уважать друг друга, уничтожьте все человеческие пороки. Научитесь жить в мире и гармонии. Научитесь, наконец, созидать, а не разрушать.

Разум показал образец этого растения, у которого листья почти чёрного цвета, а каждый цветок, как аленький цветочек, излучающий сияние. Он рассказал и о том древнем, нетронутом месте, где корни уходят глубоко под землю и питаются влагой из подземных рек.

— Ты должен найти это растение, Адам. Ты должен спасти свой народ. И помни, что истинное исцеление начинается с сердца

Напоследок Адам сообщил Разуму, что люди дошли до текущего их состояния не от собственной жадности и алчности, а в силу развития цивилизации. Им нужны ресурсы, нужна энергия. Он попросил Разум подсказать путь к открытию нового источника энергии.

Разум задумался, но помолчав некоторое время, выдал ответ:

— Люди ходят вокруг да около того, что уже открыли, но не видят. Я дам только намёки, а дальше ты должен дойти самостоятельно.

Адам мысленно дал согласие к приёму информации.

— В восемнадцатом веке французский учёный Боннеман создал гравитационную систему отопления, которую применял для обогрева инкубаторов, потом её применяли для отопления теплиц. Суть работы проста. Теплоноситель циркулирует в замкнутом контуре за счёт разности давления и плотности. Посмотри сам, как при нагреве воды получается движение носителя. Горячая вода поднимается, холодная опускается.

В том же веке немецкий учёный Зеембек открыл термоэлектрическое явление, суть посмотришь сам. Люди давно используют холодильники. Используй эти знания, когда добудешь сок растения.

И ещё, Разум помолчал немного, и промолвил ещё тише:

— Смешай сок растения со слезой. У вас есть Банк сбора слёз. В состав слезы входит белок лизоцим. При механическом давлении этот белок проявляет пьезоэлектрические свойства, преобразуя энергию в ток. Его кристаллы работают не хуже кварца по выработке электричества, а сок растения это увеличит в миллиарды раз. На этом Разум замолк.

Вокруг Адама постепенно пространство начало сжиматься. И он ощутил, как сознание возвращается к нему. Открыв глаза, он узнал свою палату. Голова больше не болела, тело не ломило. Внутри него горел огонь – огонь надежды и решимости. В палату вошла медсестра.

– Адам, как вы себя чувствуете?

– Прекрасно, – ответил Адам с уверенностью. – Я знаю, как победить этот вирус.

– Что вы говорите, Адам?

Медсестра посмотрела с недоверием.

– Я говорю правду. Мне нужно найти одно растение. Оно растет в древних лесах, глубоко под землей.

Медсестра, покачав головой, позвала врача.

Его все восприняли сначала скептически, однако уверенность в голосе позволило поверить и дать шанс. К тому же терять было совершенно нечего, запасы ресурсов были истощены, и надо было что-то делать до их полного исчерпания. Вызвались добровольцы, которые решились, рискуя своей жизнью, отправиться на поиск этого растения. Среди них была и та самая медсестра, чей приятный голос он слышал в джипе.

Ее звали Елена. Эта была стройная, красивая девушка тридцати лет, с лучезарной улыбкой и большими серыми глазами.

Команда добровольцев отправились по намеченному маршруту, через палящую солнцем пустыню, через разрушенный после землетрясения город, обходя заражённые зоны. Но об этом всё по порядку…

Первое испытание, это поход по пустыне, где следовало очиститься от всяких пороков и очистить экосистему Земли.

 

Глава 2.

— Мы не можем больше жить по-старому, — сказал Адам, глядя сквозь песчаную бурю, что клеймила горизонт. Его голос дрожал от усталости, но был твёрд, как сталь. За спиной — девять людей, выбравшихся из заражённых городов, чтобы спасти то, что осталось после распутной эры. Они были здесь не просто так.

Песчаный вихрь шумел над их головами, а под ногами — трещины старых трубопроводов, заброшенных лет двести назад. Воздух пахнул кремнием и обгоревшим пластиком. Но уже через день, когда буря ушла, они начали своё дело — не с инструментов, а с себя.

— С этого дня я больше не ем мясо, — объявила Елена, разворачиваясь к группе за крошкой хлеба из мучного корня. — Никакого мяса. Это — чревоугодничество. Оно же — грех, и он же — причина гибели экосистем.

Адам кивнул:

— Каждый, кто ест мясо, — это часть цепочки, которая свела к нулю остатки фауны. У нас нет времени на восстановление. Только отказ от порока может спасти мир. Не совершивший грех, не должен умирать, - добавил он.

Они перешли к другим грехам. Гордыню — заменили простым трудом.

Елена взялась за фитильные очистители. Она показала им, как работают биологические фильтры из водорослей, собранных у оазиса:

— Гнев? Это низкие вибрации, это страшная эмоция, подпитывающая вампиров, которые высасывают твою же энергию. Только в спокойном, умиротворённом состоянии, ты можешь принимать правильное решение и справиться с проблемой.

— Лен, ты говорила, будто Бог дал нам право на всё, — возразил один из новичков. — Почему мы должны жить в нищете?

— Не в нищете. Жизнь — это не богатство. Это — баланс.

Они научились управлять водой. Безделье — исчезло. Каждое капля, каждая влага — была на счету. Использование воды было ограничено.

— Самообман? — сказал Адам, наблюдая, как молодой парень, который называл себя «эксперт», сидел в тени, ничего не делая.

Он говорит, что помогает, но ничего не делает. Это — праздность. Грех, который убивает.

Вечером они подошли к оазису, когда дневной зной медленно уступал место прохладе, а солнце опускалось за горизонт, окрашивая пески в оттенки багрянца. Они желали встать на путь духовного пробуждения.

Хозяин оазиса по имени Карим встретил их с улыбкой. Он не предлагал им пищи из дичи или жареных птиц, добытых на охоте. Его стол был полон дарами земли, которые выращены в этом оазисе. Это холодный суп русской кухни окрошка без мяса, а также густая ароматная похлёбка из чечевицы, приправленная специями из шафрана и кориандра. Это блюдо согревало изнутри и наполнило тело энергией. Рядом стояла миска с новым неизвестным блюдом кускусом. Его готовят на пару, с добавлением сушеных фиников и изюма. Стол ломился от свежих овощей: помидор, огурцов и сладкого перца, а также листьев салата. Овощи были сдобрены оливковым маслом и лимонным соком.

Особое место на столе занимали финики, разных сортов, выращенных в пустыне. Карим им отдавал первенство, называя их не просто едой, а символом жизни и изобилия. На десерт были грецкие орехи, миндаль и фисташки, богатые белком и жирами. А запивали они чистой водой из источника. От этой благодатной и вкусной пищи, царила атмосфера умиротворения и благодарности.

И пища для них стала важным шагом на пути духовного саморазвития и познания гармонии. Когда солнце ушло за горизонт, а звёзды ярко покрыли всё небо, то путники почувствовали связь с Космосом, и звёзды им сигналили о том, что "Истинная сила – в простоте, а истинная мудрость – в единении с природой".

***

Через две недели они создали систему управления энергией. Экологический след каждого — минимален. Все жилища строились из переработанных отходов, таким образом, они очищали Землю от хлама.

— Мы не те, кто вредит и уничтожает мир, мы сохраним свою планету, — прошептал Адам, глядя на звёздное небо.

Адам задумался над экологически чистым источником энергии. Он подозвал к себе учёного физика из своей команды, и заговорил, рассуждая сам с собой:

– Гравитационная система отопления, как ты знаешь, работает на разнице плотностей…

Эдуард еле поспевал за его мыслью

– Ты знаешь, в чём состоит Эффект Зеебека?

- Знаю, конечно, - ответил в растерянности Эдуард. – На его принципе работают термопары – датчики. И термоэлектрогенераторы. Они преобразуют бросовое тепло в электричество. Есть элементы Пельтье – Зеенбека, использующиеся для нагрева и охлаждения. А зачем тебе?

Адам продолжал с блеском в глазах

— Термогенератор! Горячая и холодная пластины, Вот тут-то и начинается самое интересное. Забудь о воде, Эдуард. Забудь о фреоне, который компрессор гоняет в холодильнике. Нам нужно нечто иное. Нам нужна жидкость, которая будет циркулировать самостоятельно, без компрессоров, без насосов, только за счёт самой незначительной разницы температур и вырабатывать электрический ток! В космосе это уже давно используют, а мы что, хуже?

Эдуард слушал Адама с нескрываемой тревогой.

Голос Адама понизился до заговорщического шепота:

– Я назвал это… Эфирный пульс.

Эдуард нахмурился. Но как это? Закон сохранения энергии считается фундаментальным законом природы. Энергия в замкнутой системе не может возникнуть ниоткуда и исчезнуть в никуда. Она может переходить из одной формы в другую.

Елена в этом ничего не понимала и отошла от озарённого идеями Адама, но когда вновь подошла, то захватила их итоговый вердикт:

– Таким образом, мы получаем самоподдерживающийся цикл. Внутри – горячий газ, отдающий тепло и превращающийся в холодный сверхтекучий гель. Снаружи – холодный гель, поглощающий тепло и превращающийся в менее плотный, но еще не газообразный Эфирный пульс, который затем снова устремляется внутрь. Никаких компрессоров, никаких насосов. Только естественная циркуляция, вызванная фазовыми переходами и разницей температур. Это как дыхание, Эдуард, дыхание нашей планеты Земля! Эфирный пульс - это чистая энергия!

***

Мир восстанавливался заново. На месте древних полигонов появились заросшие лесами участки. Подземные воды стали очищаться. Возвращались мелкие животные. И даже пустыня, казавшаяся вечной, начала меняться — она оживала.

— Мы победили семь пороков, — сказал Адам, когда группа собралась вокруг первого дерева, высаженного их руками. — Не силой, не войной, а тем, что поменялось в наших сердцах.

— Да, — согласилась Елена. Мы — изменили себя. И теперь — живём.

Дальше их путь был проложен через город, который недавно пережил землетрясение. Земля сбрасывала с себя неугодных, нарушивших её законы

Глава 3.

Город давно замолк, оставшись пожирателем времени и страха. Это мощное землетрясение, уничтожило город с населением триста тысяч человек. Когда-то улицы были наполнены машинами и смехом детей. А сейчас город был завален обломками разрушенных зданий и коммуникаций. Команда из десяти человек прибыла сюда после трёх дней этого бедствия магнитудой восемь баллов. Каждый шаг по руинам давался тяжело. Воздух был густым от пыли, а сердца — на грани усталости.

— Мы не можем держаться за этот штабной пункт, — сказал Адам. Его голос, всегда тихий, стал жёстким, как сталь.

— Здесь слишком опасно. Ищем укрытие во втором корпусе детской школы. Там потолок хоть и прогнулся, но пока держится.

Впереди шла Елена, медсестра с пятнадцатилетним опытом работы в горах и экстренных службах. Она знала этот город, была в нём раньше. Она носила с собой портфель с инструментами, пластырем, антибиотиками и кусочками сахара — чтобы быстро поднять уровень глюкозы у истощённых людей. Быстро, без лишних слов она осматривала каждого. Особенно — Марка, молодого техника, получившего удар по ноге от падающей плиты.

— Я не могу двигать ногой, — хрипло произнёс он. — Боль… как будто кто-то режет ножом.

Елена опустилась на колени, осторожно ощупала ногу, осмотрела сохранность кожи, измерила давление, послушала пульс.

— Нет, это не сломано, — сказала она. — Но повреждение связок или трещина. Сейчас сделаю импровизированную шину. И ты, надеюсь, не будешь больше терять сознание.

Она нашла обломки деревянной решётки, аккуратно склеила их капроновой нитью, которую взяла из запасов первой помощи. Закрепила на ноге Марка, как делали раньше, в горах.

— Выдержишь, — сказала она ему, глядя прямо в глаза. — Это всего лишь боль. А мы не должны забывать о своей цели.

Адам заметил, что команда начинает сдавать. Люди молча сидят на обломках, не говоря ни слова. Он подошёл к Эдуарду:

— Что делать дальше? Как выбраться отсюда? И куда дальше идти, нет связи.

— Среди руин из бетона и железа сигнал не может быть. Руины действуют, как экран, - ответил он

— Есть одна возможность, — подала голос Елена. — На крыше старой станции метро есть антенна. Работает ли она — не знаю. Возможно, там будет сигнал.

— Это путь через руины центрального рынка. Там больше всего обрушившихся конструкций. – С горечью заметил Адам.

— Знаю, — кивнула она. — Но Марк не сможет идти. А ещё двое раненых — у них травмы спины. Один — с потерей крови.

— Я позабочусь о них, — сказал Адам. — Возьму двух самых здоровых, пойду вперёд. Ты — с остальными. Иди сзади, следи за всем.

Только через два часа они достигли входа в метро. Лифты не работали, эскалаторы исчезли. Шло время. Где-то внизу, глубоко, слышались стоны. Адам решил рискнуть.

— Там кто то есть. Я иду первый, — сказал он. — Елена — за мной.

Они спустились по лестнице, где каждый ступенька была, как вызов, что дальше опасно. Когда дошли до платформы, обнаружили, что часть свода начала обваливаться. Песок сыпался, как песочные часы.

— Осторожно! — крикнул Адам. — Отходим назад!

Но Елена рванулась вперёд, увидев, как юноша лет семнадцати, заблокированный обломком, начал задыхаться.

— Он здесь! — крикнула она. — Живой! У него только кровь из носа!

— Я его вытащу, — сказал Адам, ухватившись за железобетонную балку. — Только дай секунды две.

Он дернул, перевернулся, и вместе с ним — обломок съехал в сторону. Юноша оказался на полу. Елена немедленно стала обрабатывать рану, давая ему воду из фляги.

— Держись, — сказала она. — Мы рядом. Ты не один.

Через час они достигли крыши. Антенна была повреждена, но, к удивлению, функционировала. Адам подключил мини-репитер, который нашёл в своём рюкзаке.

— Получилось, — прошептал он. — Сигнал уходит.

На экране загорелось: «Пакет отправлен. Назначение: Центр координации спасательных операций».

Елена улыбнулась — первая настоящая улыбка после землетрясения.

— Они нас услышат, — сказала она. — Теперь можно просто подождать, а затем эвакуировать раненых.

Адам посмотрел на неё:

— Ты спасла жизнь нескольким человек сегодня, молодец Елена.

— Я просто делаю свою работу, — ответила она. — А ты — лидер. Без тебя мы бы не добрались.

Молчание затянулось. За окном, над руинами, светило солнце. Первый луч добрался до осколков стекла, и город впервые за неделю показался чуть менее безнадёжным.

Глава 4.

Лес принял их беззвучно.

Как будто вековой вздох скользнул между стволами, а воздух стал плотнее, чем в мире за пределами этого кольца древних сосен, чьи ветви смыкались над головами, словно небо забыло об этом месте. Экспедиция, уже из семи человек вошла в него тихо, почти шепотом. Никаких следов — ни тропинки, ни костей животных, ни даже упавших иголок. Земля была мягкая, покрытая мхом, который светился еле заметным фосфорическим блеском в полутьме.

— Я чувствую… — прошептала Елена, прижимая руку к груди. — Сердце бьётся быстрее, но не от страха. От чего-то… старого. Живого.

Адам замер, разглядывая мхи, которые казались не просто растениями — они пахли эфиром, как если бы каждый лист был наполнен воспоминанием о первых днях мира.

— Это не просто лес, — сказал он, голос его был хриплым от удивления. — Это что-то другое. Контрольное место. Где всё ещё живёт душа планеты.

Они пошли дальше, пока не нашли вход — разлом в скале, почти незаметный, затянутый плётками лиан. Под землёй, в глубине, где свет исчезал уже через десять шагов, они включили фонари.

И вот что они увидели.

Древо. Его ствол, толщиной - обхвата семи человек, был окрашен в оттенок, близкий к чёрному, с переливами. Листья — темно-зелёные, почти черные, как будто поглотили все лучи. Они свисали, как крылья летучей мыши, а цветы, подобны аленькому цветку из сказки, мерцали слабым сиянием, когда ветер проходил сквозь них.

— Боже мой… — прошептала Елена. — Это не может быть настоящим.

— Может, — ответил Адам. — Иначе, почему здесь нет насекомых? Ни одного. Ни одной паутины. Воздух… он не дышит, но он живёт и хранится.

Они осторожно, с инструментами, которыми работали в био безопасных лабораториях, начали срезать один лист. Лезвие скользнуло по поверхности, и из него потёк сок — тёмный, вязкий, с легким жаром. Когда капля попала на кожу Елены, она вспыхнула — не болью, а теплом, как будто организм узнал это, своё первое рождение.

— У меня… ощущение, будто кто-то говорит мне: «Я знаю, что ты терпишь».

— Что ты говоришь?! — крикнула она, отпрянув.

— Я не понимаю, — прошептал Адам. — Но это не случайность. Это — коммуникация. Пространство здесь умеет слышать.

Глава 5.

Цель экспедиции достигнута, и они вернулись в свою экспериментальную лабораторию, в которой смешали сок с образцами крови пациентов с вирусом G26MG и получили антитела. Вирус — тот самый, что уничтожил 70% населения, оставив лишь тени людей в клетках, запертых в вечном сне. Через три часа после добавления экстракта — произошло чудо.

На микроскопическом уровне клетки начинали само разрушаться, но не потому, что были повреждены — они перестроились. Мембраны стали прочнее, иммунная система начала активировать гены, которые давно считались выключенными.

Елена смотрела на экран, её глаза были влажными.

— Они живут, Адам. Люди… они могут проснуться.

— Да, — прошептал он. — Потому что дерево не просто даёт жизнь. Оно помнит, как она зарождалась. Оно знает, как остановить конец.

А в соседней комнате находилась мини электростанция, на основе без самогонного аппарата. Только по змеевику струился сок дерева, смешанный со слезами. Две пластины, прикреплённые к медному змеевику и к колбе, давали достаточно энергии, чтобы обеспечить электричеством всю лабораторию. Часть жидкости уходила из змеевика по трубке на улицу, где охлаждалась наружным воздухом. Но, в силу неведомых сил природы, наоборот, нагревалась и возвращалась в батареи, отапливая лабораторию. После снова возвращалась в импровизированную электростанцию, проходила по змеевику и далее по замкнутому циклу – без каких либо насосов.

И впервые с тех пор, как люди потеряли веру в себя, в лаборатории, где раньше было только тишина боли, раздался радостный смех.

 

И эта радость была настоящей!