Ничто ( по Kaibē) 18+
фото автора
по "Мир города" Kaibē:
----------------------------------------------------------
«Я осталась там.
Мой первый».
Maksanya
Ничто
Соня села в машину, разрыдалась.
Тоньки — единственной подруги — больше нет.
«Как ты смела? Я без тебя как?..».
Она не осталась на поминки: к чёрту всех! Без Тоньки они ей не нужны.
Покатила прочь, не следя за дорогой, нажимая на педаль газа, ехала всё быстрей. Прочь, прочь…
Примерно через час подъезжала к какому-то городишке. Сбавила скорость, увидав заправочную станцию с единственной чудовищной бензоколонкой — таковых давно не осталось по стране.
Соня свернула к заправке, сердце почему-то учащённо забилось. Подъехала, вдруг... бензоколонка вовсе не бензоколонка, а чудовище с золотыми глазами. Его когтистая лапа сделала шаг вперёд, прочертив под автомобилем борозды.
Поняла: автомобиль заправлен. Можно ехать дальше, но она и не подумала этого делать.
Чудовище после неудачной попытки взглянуть ей в душу — «потёмки!» — скосило глаз на кого-то: Соня заметила кошку.
Так, так… Раз уж они — Грифон и Лисса — в этом месте, значит, Он где-то рядом.
Вылезла из авто. Убеждена, что да, наконец, нашла тот Город, о котором слышала в детстве. Но без Него Город не был бы тем Городом.
Крикнуть: «Ты где? выходи! Кир!» что-то удерживало. Не, не страх, не робость, как никогда более чем решительна, а чутьё: она должна стать по-кошачьи мягкой, нежной.
Грифон, было, вздыбил белоснежную шерсть, из его горла вырвался клёкот:
— Не тронь его!..
Но потом, зевнул, словно говоря: «не моё это дело», отступил, за ним последовала кошка, она вовсе расслабленная, не шипела, не показала клыки и когти, лишь изредка шевелила ушами.
Соня мельком заметила: позади них откуда-то появился мужчина.
Солнце, несмотря на отсутствие здесь какого-то ни было времени года, слепило глаза.
Она прищурилась, а сердце, застучав ещё сильнее, казалось, отнимет у неё всю смелость. Внутри что-то вскинулось… Обозлилась на себя за это.
Она никогда не видела его взрослым, но узнала сразу, конечно — Кир.
Он и ребёнком был таким — рослым, крепким. Тот же потусторонний взгляд.
«Первый поцелуй… первое "нельзя"».*
Соня невольно улыбнулась и, чуть растерявшись, вытащила из сумочки сигарету.
Он шагнул к ней, поглядел искоса, поднёс зажигалку, закурил сам.
— Кое-кто спешил? За ним гнались?
— Скорее от себя. Да разве, что к тебе, как оказалось. Помнишь меня?
— Разве забудешь? Расцвела!
— Промчимся?
— Здесь чем плохо?
— А ну… твои вылупились.
Кир кивнул, выпустил струю дыма сквозь зубы, выбросил окурок, буркнул:
— Не против. Ничего так машинка. Можно?
Она молча указала ему на ключи.
Он, обойдя автомобиль кругом, сел за руль, она опустилась рядом.
Город остался позади, выехав на просёлочную дорогу, повернул в лесополосу. Остановил машину.
Разгорячённая, Соня сбросила туфли, сняла шляпку с вуалью, распустив волосы, пошла в перелесок.
Кир догнал её, прижав к себе, точно всю жизнь ждал этого момента, стал жадно целовать. Прерывисто дыша, нетерпеливо, но осторожно прижал к дереву, затем бережно опустил наземь.
Казалось, они всегда были одним целым.
Казалось, это сплетение тел во вселенной было преднамеренным, кем-то запланированным. А если нет, то сплетены две души, которым не чужда — как ни странно это звучит — плотская страсть.
Зажмурила глаза, представила: она у моря. Сейчас её накроет волной. А она либо захлебнётся, утонет, либо, напротив, от неё откатится всё, что «не её», всё что «ей не нужно», всё, что «мешает жить»; Тонька со своим дурацким абортом... жизнь, которая «будто не её»…
Море. Небо. Он. Она.
Всё кончилось довольно быстро. Под конец она вскрикнула, он протяжно выдохнул, но продолжал целовать, прижимая её к земле.
Встав, оправила смятое платье. Спросила:
— Почему ты тут?
— Я нужен Городу.
— Это сказал Грифон?
— Может быть, но я и сам это понял.
— Лисса равнодушная.
— Кошки такие.
— Не буду переубеждать.. насчёт Города. Мне пора. Семья, ребёнок, муж.
— Любишь его?
— Он хороший.
— Староват.
Соня удивилась, где он мог его видеть. Уточнять не стала. Произнесла:
— Ты иногда выбирайся отсюда.
— Посмотрим…
…
Очнулась у дома. Безо всяких мыслей сидела за рулём, глядя сквозь ветровое стекло в никуда. В зеркале заднего вида — размазанная тушь. Стерев её, едва слышно прошептала:
«Ничто не расстроит меня глубоко! Ничто».
Вечерело.
Во дворе няня — толстушка с крашеными в невероятно рыжий цвет волосами — возилась с малышом. Женщина не прочь пропустить рюмку-другую виски, о чём говорили её покрасневшие глаза. На её (как бы) сочувствующий и одновременно укоризненный взгляд, сказала:
— Задержалась. Завтра отдохните. Муж дома?
Та беспричинно смешливым, но не теряющим властных ноток голосом ответила:
— Хозяина ещё нет. До свидания.
— Да, до свидания.
Соня подхватила сына на руки, носом теребя его личико, пошла в дом.
Остановилась из-за чудовищного клёкота. Точно где-то она его уже слышала...
Заглянула в соседний двор.
Ей говорили, что этот давно пустовавший дом недавно купили, но она пока ещё там никого не видела.
Парень — вероятно, новый сосед — стоял к ней спиной. У его ног лежала кошка. Напротив него в клетке сидела напоминающая грифа птица, она-то и издавала крик.
— Птичка!
— Да, сынуля.
Соня уже отворачивалась от них, как гриф блеснул ей взглядом золотых глаз.
________________________________________
* — автор слов и музыки — Игорь Николаев
16.02.2026
конкурс "Миры Поэмбука"
Отзывы
Kaibē28.02.2026
Эта версия гораздо больше нравится) Спасибо за выбор мира и воплощение ещё одной грани бесконечного Города!
Dear01.03.2026
Kaibē, )
спасибо, Ирина!
спасибо за ваш рассказ, подтолкнувший на этот.
да, "слила воду" )
и мне нравится ;)
РОМАШКА16.03.2026
Меня коробит от одного, что ну никак не мог автор отойти от сцены пошлости в лесу, где абсолютно всё указывает на совокупление. Зачем? Для чего? Подобного полно и в нашем мире. Простите, если оскорбила ваши чувства... Неужели грани бесконечного города не обошлось бы без того?
