Сатурн

На стене Сатурн, пожирающий своё дитя.

А что-то пожирает внутри меня.

В глазницах усталость застыла кусочками льда,

Чувство жизни притупляет тишина.

 

Высыпался, наверно, последний раз в утробе.

Нет сил даже на ненависть для себя.

А поток дней лишь всё больше уродует, горбит.

Мечты переварятся в мыслях, вскипя.

 

Перспектива — улыбающаяся пустота.

В мире — среди блаженных и проклятых.

До самых краёв липкой тьмой комната залита,

В ней живой труп на постели распятый.

 

Пытаюсь выйти из себя, чтоб прийти в себя я.

Будильник — как труба Иерихона.

На веках — депривация сна, время — пять утра.

Когда уже апокалипсис Петра?