Исповедь агента

В сиянье глаз его — двойное дно,

как и в бутылке с лейблом "Заодно".

Шептал он: "Правда — то дешевый спирт,

ты выпьешь залпом — и уже убит".

 

И гласил беззвучно он, как паук,

что узоры ткёт из кровей и мук.

Обещал во тьме: "Изведу на свет —

где тот должен быть, но его там нет".

 

Потянулись тени изо всех щелей —

как из ножен тысячи палачей,

а из вены — кровь, из души — тоска,

из ствола — предчувствие у виска.

 

Впилась память-змейка в мое бедро —

будто в мире есть добро и зло.

Пусть хоть что-то будет в том ларце —

не инцест с ребром при худом конце.

 

Я стоял, вдыхал ядовитый чад,

понимал: забыл я свой дивный сад.

Лишь души серебряник да луна —

два осколка вечности у окна.