Сороки

СОРОКИ

 

Забрезжил рассвет. Морозная дымка опустилась на землю, туманом поплыла над сопками, покрыла "сединою" леса. Зима в этом году не поскупилась на снег и холода, впрочем как всегда, у нас, в земле дальневосточной. Багровое солнце медленно поднималось над макушками деревьев, освещая косыми лучами заснеженные поля, небольшой посёлок, расположеный в распадке между сопками и полоску железной дороги, которая тянулась с востока на запад, теряясь где-то вдали. Этот посёлок, железнодорожная станция на участке Транссибирской магистрали мало кому известен. Поезда здесь проходят не сбавляя скорости, лишь два раза в день пригородная электричка делает остановку на одну минуту, чтобы высадить или принять немногих пассажиров.

 

Это утро выдалось на редкость морозным. Группа путейцев, нехотя покинув тёплый модуль толпилась на площадке у кофра с инструментами, собираясь на перегон. Намечалось окно. Мимо промчался грузовой поезд, поднимая в воздух снежные вихри, грохоча колёсными парами. Железнодорожники, ёжась от холода, провожая глазами хвост состава, вышли на путь. Шли молча. Внезапно тишину нарушило звонкое стрекотание сорок, которые появились над головами путейцев. По очереди обгоняя друг друга, делая в полёте виражи, две горластые птицы внесли оживление в ряды шествующих. Мужики разулыбались. О, этих сорок все путейцы знали. Они несколько лет гнездились на старой сосне, которая одиноко возвышалась среди невысоких берёз, окружающих всё станционное хозяйство. Гнездо распологалось прямо над путейским модулем, не высоко. Сорокам жилось здесь привольно. Их никто не обижал и в обиду не давал. Подкармливали. На козырьке крыши путейцы заботливо клали угощение для пернатых соседей, а те в свою очередь стали их постоянными спутниками на перегоне. Кирюха и Тонька, - так сорок прозвали мужики.

В это морозное утро работы выдалось много. На двухчасовое окно были стянуты все силы околотка. Мороженый щебень, бетонные шпалы, ледяная сталь... Путейцы трудились слаженно и быстро. Густой пар столбом клубился над десятками фигур на перегоне. В ярких сигнальных жилетах железнодорожники были как огоньки среди белой пелены снега, морозного тумана и пара. Кирюха и Тонька, две сороки тоже были здесь. Они перелетали с места на место, подбадривая трескотнёй своих двуногих товарищей. Путейцы перемигиваясь между собой шутили, что пора бы сшить Кирюхе и Тоньке "желтухи" и назначить бригадирами. Сороки, по всей видимости, с этой идеей были полностью согласны.

Спустя полтора часа работа на перегоне была завершена. Всё, что было запланировано - сделали. Окно почти закончилось. Через пятнадцать минут должен пойти первый поезд. Настало время обеда. Путейцы, расположившись вдоль насыпи, достав из своих сум и рюкзаков термосы с горячей пищей и чаем принялись есть. Кирюха и Тонька шныряли от одной группы мужиков к другой, собирая "дань". Им везде перепадал лакомый кусок и они от восторга громко трещали, перебивая друг друга. В какой-то момент Кирюха, полетев к бригадиру и, клянча угощение, нечаянно макнул свой чёрный хвост в кружку с кипятком. Почувствовав неладное он отскочил в сторону и присел на рельс, кивая своим мокрым хвостом. Вот тут-то хвост Кирюхи и примерз, прикоснувшись к ледяной стали. Ощутив, что попался, он стал яростно махать крыльями, пытаясь взлететь. Где-то впереди послышался гудок приближающегося состава. Тонька увидев, что её возлюбленный в беде, подлетела к нему и стала неистово трещать призывая на помощь людей. Из-за поворота на перегоне показалась голова поезда, который стремительно приближался. Путейцы увидев, какая беда приключилась с сороками, - замерли, не решаясь что-либо предпринять. Каких-то триста метров отделяло Кирюху от неминуемой гибели. "Николаевич, ты куда?!!! - крикнули мужики почти хором, клядя как их бригадир рванул вперёд к путям, чтобы помочь бедолаге. Пара мгновений и путеец, сжав двумя руками Кирюху в комок дёрнул, что есть силы и быстро отпрянул от дороги, оставив на рельсе несколько оторванных перьев. Через минуту по путям на полной скорости пронёсся грузовой состав, гневно сотрясая воздух тифоном. Кирюха был спасён. С облезлым хвостом он стал отличаться от Тоньки и теперь их практически нельзя было перепутать. Конечно, со временем недостающие перья отрастут, обязательно отрастут.