Баллада о браконьерстве

Глухая полночь. За валом вал крепчающий гонит норд.

Но сеть уползла в бездонный провал через шатучий борт.

А Юрка, теша добытчика зуд, сжал шнур в тисках руки

И слушал, как тычется омуль внизу в капроновые силки.

И множа выпады и финты, под лодкой ёрзал Байкал

И сгустки студёной злой воды через борта кидал.

И бился по жилам алый сок, и леденил в груди,

Но катер прожектором ночь рассёк и стал поперёк пути.

Ветер крепчал и волна росла, а в довершенье к тому

Катер сиреной ревел и слал ракеты в ночную тьму.

Какими карами он грозил – угадывать не берусь…

«Что будем делать?» – я Юрку спросил, а он мне сказал: «Не трусь!»

«Свободы, – сказал он, – я не отдам, всю жизнь стою на том.

Когда эта сука полезет к нам, обрежем сеть и уйдём».

А ветер крепчал и росла волна, прожекторный прыгал луч.

И красною рыбой плыла луна, мелькая в разрывах туч.

И резал нам скулы ветра нож, и горбился чёрный мыс,

И я подумал, смиряя дрожь – не в этом ли жизни смысл!

Где мы гребём из последних сил, тяжёлую тянем сеть.

А кто-то сверху уже решил, что мы не смеем сметь.

Мы ношу свою достойно несём, не дрогнем в последний час.

А те, кто решают – имеют всё, а чем они лучше нас!

И мы перечим во все времена, в рамках любых систем –

Можно кому-то – можно и нам, а если нельзя, то всем.

А мне говорят – Байкал один, на всех делить не расчёт.

А молодь, всплывшая у плотин, конечно, не входит в счёт.

И много другого не входит в счёт, хоть бьёт природу под дых:

И тот комбинат, и этот завод, и сточные воды их.

И мёдом сказочным по усам проходит и это, и то…

Свою удачу берёшь ты сам, иначе не даст никто.

Но сам собой не придёт успех, свободу поставь на кон.

И если закон не один для всех, – на хер такой закон.

Доколе солон гемоглобин и сам ты не лыком шит,

Сверяй ревниво рельеф глубин озера и души.

Пока нас носит незнамо где поэзии шаткий чёлн,

Мы ставим сети в чужой воде и рыба здесь ни при чём.

И властно вторгались в полночный бред ловцы заповедных слов –

Перешагнувшие через запрет Булгаков и Гумилёв.

…А катер бензин впустую жёг, волну не смог превозмочь,

Надсадно взвыл и заглох движок, и катер погнало в ночь.

Он бросил якорь и стал, кренясь, ничем уже не грозя.

А на берегу для грешных нас костёр развели друзья.

Там нам отпустятся все грехи и будет всего милей

Кружка спирта и миска ухи из пойманных омулей.